Вторая армия (СИ)

Гванук слышал вопль Ли Чжонму издалека. Бросив все дела, он несся по коридорам замка. Что-то случилось. И в глубине души адъютант догадывался что (уж больно с тревожными лицами прошли в покои генерала посланцы из Хакаты). Догадывался, но гнал от себя эти тревожные мысли. Искал другую причину.
«Может, меня решил отчитать за поездку? — думал он на бегу. — Садака, конечно, пообещал всё сделать — но он был очень напуган. И даже не мог это скрыть».
Ну, не было больше причин вот так кричать! Поход Ариты завершился крайне удачно! Да и как могло быть иначе, когда против тысячи воинов и трех пушек ни разу не выступило больше сотни человек. Общие потери составили не больше десятка, пороху пожгли мало (второй замок вообще без боя сдался, узнав о судьбе первого). Единственное, по срокам не уложились. Ну, не учли, что добычу на себе волочь тяжеловато…
И корабли под пушки подготовили вовремя. Всё шло строго по гра-фи-ку…
— Немедленно! — без предисловий выкрикнул старик, едва маленький, но любопытный нос Гванука сунулся в дверной проем. — Конного гонца в Хакату: стрельбы отменяются! Бамбуковый полк, всю артиллерию, вообще всех военных — в полной выкладке доставить к Дадзайфу! Срочно!
— Началось? — округлил глаза адъютант.
— Ты еще здесь? — сузил глаза генерал Ли, но смягчился. — Да, началось. Сёни выступил, торговец приплыл в Хакату и рассказал. Мы теряем время!
И Гванук помчался. Всадники Сука рванули в Хакату, чуть позже еще несколько вестников (но уже из полка Ариты) помчались к союзникам. Время играло последним на руку: его не оставалось вовсе, так что можно легко «не успеть» прийти на помощь. К вечеру все силы Армии Южного двора собрались возле замка. Обоз также был подготовлен. Его сделали минимальным, но с двумя десятками пушек без обоза никак нельзя. Горожане так быстро собраться не успевали и обещали выступить утром.
Старый генерал их ждать не стал и приказал выступать прямо почти на закате.
— Скорее! Скорее! — понукал он полковников. — При большом желании Сёни смогут сюда добраться дней за пять! И два дня из них уже прошли! Мы должны встретить их там, где нам удобно!
— Но почему бы не принять бой в замке? — Арита знал о плане, но понимал, что отбиваться за стеной всегда легче, чем драться в поле.
— Их так много, что они способны просто блокировать и город, и замок, — пояснил Ли Чжонму. — Если бы они упрямо лезли на стены и умирали под ними — я был бы только за… Но, думаю, опыт Оучи их чему-то да научил. Увы, Арита, одни и те же уловки по нескольку раз не работают. Я бы, имея столь огромные войска, просто отрезал замок от всего мира и уморил бы нас с голоду… Пока мы сами не выйдем из-за стен и не поляжем… К тому же, нам необходимо не просто отбиться от Сёни, а именно разбить. Разбить! Чтобы тут все, наконец, поняли, что против нас воевать — это еще хуже, чем воевать против императора Сёко и его сёгуна. Понимаешь?
Гото Арита подумал и кивнул. А вот Гвануку казалось, что за стеной всё равно надежнее…
Оказалось, что четыре тысячи — это очень много людей. Страшно много для того, чтобы организоваться в колонну, двигаться в едином ритме. Отряды мешали друг другу, долго не могли найти свое место, кто-то постоянно затормаживал общее движение. Так что до ночи прошли совсем немного — стены Дадзайфу позади всё еще отлично видно. Но Ли Чжонму, тем не менее, был доволен.
— Ничего-ничего. Зато притерлись, поняли, как надо двигаться. Завтра с утра — сразу в путь! А ночевали бы в замке, потеряли бы на это больше половины дня.
И он оказался прав. Армия Южного двора с рассветом быстро свернула лагерь и уже гораздо увереннее отправилась в горы. Там, конечно, двигаться было очень сложно. Особенно пушечным упряжкам и прочим повозкам. На горы убили весь второй день и только на третий выбрались в долину Онги. Онга — довольно крупная река, что несла свои воды с юга на север — в самое сердце владений Сёни.
— Большим войском они могут прийти к нам только по этой долине, — генерал водил пальцем по карте, которую жестоко трепал свежий горный ветер. — Либо вдоль побережья, но крайне маловероятно, что они выберут тот путь. По этой долине и идти легче, и кормиться в пути проще. Теперь осталось подобрать хорошее место.
  
И уже ближе к полудню, рыская на лошадях из стороны в сторону, штаб такое место нашел. Это был широкий пологий склон, спускающийся к северо-востоку — в сторону Онги. Здесь было где развернуться не только пехоте, но и коннице. Слева склон ограничивал приток Онги — маленькая, но бурная речушка с высокими берегами. Гванук уже понимал, что прикрытый фланг — это большое подспорье в бою. Справа вот ничего такого не было. Позади склона находилось лесистое плато, а впереди, внизу — бесконечные поля, да небольшое озерцо, к которому прилепилась деревня.
— Вот деревня — это плохо, — жевал нижнюю губу генерал. Но времени у Армии Южного двора было мало — враг мог появиться в любую минуту.
Вся кавалерия сразу была направлена в долину — сдерживать врага на тот случай, если тот появится раньше времени. Опять же, со строгим наказом: простых людей не грабить и не притеснять. Даже предлагать им уйти в безопасные места, ибо скоро тут будет… кроваво.
А пехота почти сразу сгрузила боевое и походное снаряжение и взялась за мотыги и лопаты, которых прихватили в изрядном количестве. Часть отошла наверх, к зарослям, и обустраивала лагерь, но большинство начали возводить насыпи. Ли Чжонму лично обошел выбранное место и буквально на земле чертил, как должно выглядеть укрепление.
Хитрый старик не стал отсиживаться в готовом замке, а «взял» замок с собой. Воины вгрызлись в склон, в котором земли было меньше, чем камня, и начали воплощать начерченные линии. Гванук с удивлением смотрел на вырисовывающиеся валы. Почему-то это оказалась не одна сплошная стенка, как он сам бы сделал. Это были отдельные сооружения — маленькие крепостицы. Но опять же, странные! Не квадратные, не округлые, они вообще состояли всего из двух стенок, сходившихся под широким углом. И угол этот был направлен на предполагаемого врага — во всех пяти крепостицах.
Не выдержав, Гванук даже решился потревожить своего командира.
— Почему так странно, мой генерал? Почему углами? Почему отдельно, а не общим укреплением?
— Потому что пушки, мой мальчик, — Ли Чжонму был очень напряжен, но сейчас в его голосе вдруг проснулись теплые нотки, которых О не слышал уже довольно давно. — Будь у нас одна сплошная стена, то враг мог укрыться прямо под ней. Там он оказался бы недосягаем для нашего оружия. Это называется слепая зона. И даже если делать фор-ты прямоугольными — всё равно какие-то участки не будут простреливаться.
Он на пальцах изобразил, как квадратные в плане стены мешают стрельбе.
— А вот такие укрепления — реданы — не дадут врагу укрыться. С одного редана можно легко стрелять вдоль стены соседнего. Врагу негде укрыться. Для этого и промежутки нужны. Также они необходимы для движения наших войск.
Ниппонцы — крайне трудолюбивый народ. Трудолюбивее чосонцев — это Гванук был вынужден признать. До вечера ре-да-ны полностью достроили. Благодаря уклону, внутри валы были чуть выше пояса, а снаружи — больше человеческого роста. Даже такого роста, как у Звезды или Ариты. Между каждым оставалось пространство менее чем в сто шагов. Когда под вечер на место добралось ополчение Хакаты — для них работы уже не было. Генерал Ли только показал перед сном криворукому Мите Хаате предполагаемые позиции его отряда: как раз между центральным укреплением и обрывистым берегом горной речки. Удобное место, его трудно обойти.
— Оставь часть войска на ночь здесь — на всякий случай, — приказал генерал Ли городскому полковнику.
Мита Хаата привел с собой около двух тысяч человек: немного стрелков, но, в основном, копейщиков, частично со щитами, как у Стеновиков. Теперь общее войско составляло примерно пять с половиной тысяч. Такое число Гвануку внушало гораздо большее уважение. Еще лучше стало на следующий день — Южную армию нашли всадники Садаки! Вскоре подошел и сам князь с отрядом кланов Рюдодзю и Мацуура. Совсем немного — не более тысячи — причем, половина на конях.