Эй, Всевышний! Я в третий раз ребенок?! Том I (СИ)

Ну, тут я умываю руки: замаскировать ТАКОЕ не удастся даже при всём желании. Если только совсем не тратить маны на подпитку оружия, что реально, но не слишком-то приятно. Да, прочность не снизится, да и способность резать-рубить останется на уровне отличного немагического оружия, но… как мне смотреть в глаза тем, кто прознает о том, как я использую эти полтора-два килограмма адамантита?
С другой стороны, это лучше, чем просто его хранить. Компактно, опять же — подпитав оружие маной, я заставил его превратиться в жидкую каплю размером со всё тот же диск, разместив её на спине, между лопаток. Отваливаться та не спешила, даже если я переставал её подпитывать тем мизерным количеством маны, которое требовалось для управления.
Но, скорее всего, в автономном режиме расходовались ресурсы самого диска — всё то, что ему удалось накопить…
Жезлы? Посохи? Спасибо, но нет — у меня есть холодняк!
Вдосталь наигравшись с подарком, — знал учитель, что мне точно понравится, и чем я всё равно начну пользоваться! — я закопал все вырытые мною ямы и хотел было уже уходить, как от одного из крестов послышались голоса. Спрятав крылья, я убедился в том, что при мне нет ничего особенного, — а каплю адамантита ещё попробуй найди! — и вышел посмотреть, кто решил посетить эти кресты на холмах.
Я и незнакомый мне крестоносец церкви увидели друг друга одновременно, но на моё появление он отреагировал малость неадекватно — замер, крепко схватив рукоять висящего на поясе меча.
Чует моё сердце, предстоят объяснения…
— Здравствуйте. С вами, совершенно случайно, нет высокого крестоносца с чёрными волосами и добрым взглядом? Так будет проще объяснить, что я тут делаю.
Крестоносец, мужчина постарше, чем мой прошлый собеседник, кивнул:
— Есть такой. Смотри только, не убегай. Мы — крестоносцы великой церкви, зла тебе не причиним.
Вот как раз мне вы всякое причинить можете, а я терпеть не буду — начну отвечать…
А что получится в итоге я даже предположить не могу. Крестоносцы могут быть как и чуть более сильными, чем обычный человек, бойцами, относясь к четвертому рангу, так и королями меча, что равно второму рангу. На третьем находились мастера меча, а на первом — императоры, которых было мало, и вряд ли церковь послала хотя бы одного в такую дыру, как Рокстоун. В случае начала схватки я смогу сбежать от мастера, но уже король меня догонит и сделает очень больно.
Разница в силах между этими рангами колоссальна, и это я ещё опыт не учитываю, которого у высокоранговых мечников-долгожителей весьма и весьма немало…
— Кёльн, тут парнишка — говорит, что тебя знает!
Я был готов разразится градом заклинаний и резко набрать высоту, а мечник — просто меня схватить. Ну, я бы тоже не стал убивать ребёнка, попытавшись его просто поймать при необходимости… Но вот так угрожающе держать меч точно не стал бы. Дети всякие могут попасться, и нервные в том числе.
А кроме меня в городе есть как минимум Гериан и ещё парочка детей-иллити, способных так со страху вдарить, что останки и не найдешь потом.
— Кто? — Повезло. Тот же самый крестоносец. Но как меня угораздило с ними здесь пересечься? А всё просто — долго провозился с экспериментами, хоть и мог сразу отлететь подальше от объекта, потенциально представляющего интерес. Ну, весьма призрачный, конечно, но всё-таки. — О, это ты, мальчик. Что ты здесь делаешь? — Я покосился на и не думающего принимать расслабленную позу крестоносца-номер-один. — Графит, не пугай ребёнка.
— Прошу извинить. — Мужик с мужицким именем — Графит — вытащил что-то из сумки на поясе. — Хочешь конфетку?
— Спасибо, но я сыт. — Весело киваю. Столь разительные перемены в одном и том же человеке просто не могут не вызывать улыбки. — Господин крестоносец, что вы тут делаете?
— Ищем наследие твоего покойного учителя. У него должен был храниться один довольно редкий предмет, но среди его имущества ничего похожего не обнаружилось. Об этом же месте он много писал в своих дневниках. Тебя ведь зовут Золан?
— Верно.
 
— И ты — демон… — Я напрягся, что, очевидно, не укрылось ото взгляда крестоносца. — Не беспокойся, без причины я никогда не подниму руку на того, о ком столь лестно высказывался человек-легенда.
— Да и дети — просто дети, независимо от расы. Я не хотел тебя пугать. — Повинился Графит. — Просто удивился, что тут, так далеко от человеческого жилья, повстречал ребёнка.
— Завтра мы с родителями уезжаем в Рилан, и я решил хоть раз посетить место, о котором так много говорил учитель. — Тем временем к нам вышло ещё трое крестоносцев, но в разговор они не вступали — просто посмотрели на нас, а после разбрелись по округе, принявшись прочёсывать местность. — Вы думаете, что учитель оставил нужную вам вещь здесь?
— Да. Он слишком часто упоминал это, казалось бы, обыкновенное место.
— Очень часто. — Утвердительно киваю. — Но здесь нет ничего, кроме крестов, скал и леса.
— Думаю, только на первый взгляд. Глассовер любил загадки, так что, возможно, он оставил подсказки для своего преемника. — Кёльн прошествовал мимо меня, опустившись перед одним из крестов на колено. — Может, ты видишь здесь что-то необычное?
С такими пейзажами несложно было сделать вид, будто присматриваешься — я просто огляделся, насладился пейзажами и собирался уже сказать нет, когда подал голос один из крестоносцев…
— Здесь ткань-блокиратор!
…ть! Про тряпочку-то я и забыл, увлёкшись самим подарком!.. Вот взгляд Кёльна возвращается ко мне, его всегда широко распахнутые, добрые глаза превращаются в узкие, холодные бойницы…
А потом силуэт крестоносца смазывается столь резко, что я не успеваю даже толком шевельнуться. Но звон столкнувшейся стали раздался не где-то ещё, а позади меня, что позволило мне выйти из ступора, выпустить крылья и приготовиться разразиться каскадом заклинаний. Благо, тут было, по кому бить — из дрожащего меж деревьев воздуха выходили люди с разным оружием, но неизменно в броне тёмных оттенков с грубой, но узнаваемой эмблемой — змеиный глаз в лапе ястреба.
Символ, в царстве людей вызывающий ярость и гнев у воинов, и внушающий страх рядовым обывателям. Символ ордена идущих вслед за смертью, подчинённых Королю Демонов, что правит демоническим континентом…
Пока Кёльн сражался с кем-то равным себе высоко в воздухе, остальные крестоносцы также вступили в бой. Враг, я надеюсь, показался всем своим составом, так как даже этих двенадцати воинов с учётом того, что бился с Кёльном, для пятёрки крестоносцев явно многовато. В какой-то момент проскользнула мысль, требующая от меня скорейшего побега, но она была быстро отброшена в сторону.
Пока я стоял, не решаясь вступить в бой, одного крестоносца ранили, а Графита, бросившегося демонам наперерез и попытавшегося не подпустить их ко мне, вдвоём начали теснить.
Враги. Опасные, стремящиеся убить любой ценой. Те, кто находится сейчас по другую сторону баррикад, подчиняясь восставшему Королю Демонов. Я мог бы посчитать их нейтральными, но моя защита уже приняла на себя явно смертельное заклинание, брошенное одним из двух магов нападавших.
Что ж, пусть так; стоять и смотреть на то, как гибнут честные, отчаянно защищающие меня люди, я не собирался.
Поднявшись в воздух, я смог в подробностях рассмотреть строй врага, состоящий из трёх групп атаки формата два-два-два, тройки защитников, пары магов и одного крайне сильного мечника, сражающегося с Кёльном. Отголоски их битвы в виде ударных волн и пучков концентрированной праны доносились даже досюда, и при достаточном невезении от них можно было умереть.
Следовательно — забывать о любителях подраться в воздухе было нельзя.
После раздумий длиной в секунду я избрал своей целью одного из магов, сосредоточившегося на поддержке своих товарищей, сцепившихся с крестоносцами. Его заклинания были точны, моменты для удара — отлично подобраны, и своих он не задевал совершенно.
Я так вряд ли смогу, так что мне остаётся только бить по отдельным группам врагов.