Эй, Всевышний! Я в третий раз ребенок?! Том I (СИ)

Генерал, как я. Опытный, могущественный правитель, провёдший род через человеко-демоническую войну и выбивший для иллити право жить на этих землях. Маг уровня Императора, безо всякой праны представляющий в ближнем бою серьезную опасность. Вот, кем был Зар’та Иллити.
— Мне передали, что ты очнулся. Как себя чувствуешь?
— По ощущениям, я полностью здоров, господин Зар’та.
Деду подобное обращение не понравилось, но он сдержал свой взрывной темперамент, плавно опустившись на размещенный рядом с моей кроватью стул. Одновременно с тем витающая вокруг него подавляющая аура слегка ослабла, а я, совершенно неожиданно для самого себя, сумел разглядеть в Зар’та те его черты, которые им тщательно скрывались.
Дед предстал передо мной сейчас волевым, но уставшим, перенервничавшим человеком, искренне за меня волновавшемся.
— Сто четырнадцать умножить на семь.
— Семьсот девяноста восемь. — Ответил я практически моментально, чем заслужил одобрительный кивок. — К чему это?
— Лучший способ проверить, в норме ли ты. Да и мне было интересно, так ли ты смышлён, как рассказывал Амстер со слов твоего отца. Амстер — это мой второй сын.
Добавил, видимо, для того, чтобы я не чувствовал себя неуютно из-за своей неосведомлённости.
— Я знаю. Отец мне многое рассказывал. Об иллити, о ваших порядках, о его семье…
— О наших порядках, внук, и о нашей семье. Пусть я когда-то и изгнал твоего отца, но и он, и ты остаётесь моими потомками, сыном и внуком. Вы отказались от рода, но род от вас — нет.
— Разве изгнание не приравнивается к этому? И… что с моими родителями?
— С этими олухами всё в полном порядке, но увидеться с ними ты не сможешь ещё по меньшей мере два месяца. Молчи, дай договорить. — Моя попытка возмутиться услышанному была жёстко подавлена самым обычным предложением, сказанном самым обычным тоном. Но почему-то моя животная часть восприняла их как приказ, ослушаться которого смерти подобно. — Думаю, тебе интересно, что случилось в тот день. Как тот, кто выслушал всех, выступивших в этом театре абсурда, я расскажу всё с самого начала…
Сначала было слово, и…
Нет, это не совсем то «самое начало», о котором мне поведал дед. В его рассказе началось всё с мамы, а именно — с того, что она потеряла меня на рынке и собралась было возвращаться домой, как неожиданно наткнулась на своих давних товарищей-авантюристов, оказавшихся в Рокстоуне и как раз идущих к нам домой.
Встреча отвлекла её на какое-то время, после чего она спохватилась и попыталась покинуть товарищей, но некто Гер, обладающий способностью вызывать и управлять зверьми, предложил проверить, всё ли со мной в порядке при помощи одного из своих питомцев. Ворон, которому я так и не открыл окна, удостоверился в том, что я дома и занят своими делами, — на тот момент я пытался забыться в чтении, — и отрапортовал о том хозяину, санкционировав тем самым грандиозную попойку по случаю встречи старых друзей. К тому моменту туда и отец подтянулся, с радостью приняв такое предложение.
Правильно — Золан ведь такой смышлёный, и волноваться точно не будет…
Ага, трижды. По истечении неведомо какого по счёту часа я наверняка уже был на взводе, напридумывал себе чёрт пойми чего — и принялся превращать родной дом в цитадель имени великого себя, вытесняя ману мамы и заменяя её своей.
Естественно, мама это ощутила. Естественно, испугалась и подняла панику. Не слишком естественно, но в качестве авангарда выступила зверолюдка по имени Вастиш, являющаяся магом А-ранга и матёрым авантюристом. Превосходная физическая форма и специфическая магия позволили этой женщине первой достигнуть нашего дома, где она и угодила в ловушку, растерялась — и упустила меня, побоявшись ранить ребёнка, который с этим делом и сам неплохо справился, обзаведшись всеми видами истощения, ранами и ожогами.
В своё оправдание я сказал деду, что пытался защититься ото что-то сделавшего с моими родителями врага, и в ход пошли все доступные средства. Тот по достоинству оценил всё мною предпринятое многообразие, похвалив за широкие познания в алхимии, — а выбрать среди сотен склянок именно ту, что может сдетонировать при неосторожном обращении, дилетант точно не смог бы, — посоветовав в будущем учитывать и вполне реальную с моими запасами маны возможность закопаться глубоко под землю. Уж там-то обнаружить человека, не зная, где искать, почтии нереально.
 
Но несмотря на ободряющие слова, под конец разбора полётов я был совершенно разбит. Это надо же — перепугал всех, кого мог, чуть не ранил подругу мамы, разрушил улицу перед домом… и пересёк черту, из-за которой можно и не вернуться.
Что такое благословение иллити? Для рядового члена рода, это дар ото всех предков разом, в который каждый из семнадцати вкладывает некое количество своей силы. «Вес» благословения выражается в количестве татуировок, а кто именно вложил бОльшую часть сил можно понять по остальным свойствам, будь то внушительный резерв маны, увеличение физических способностей, перекос тела в сторону духовной или телесной энергии и прочая, прочая.
Например, Судья одаривал приглянувшихся ему иллити глазами, что видели подлинную суть вещей, и глаза эти были тем сильнее, чем больший процент занимал в потомке этот самый Судья. А сила Архитектора позволяла творить действительно масштабные заклинания наивысших рангов с непозволительной для остальных лёгкостью. Или, что вернее, избранные Архитектором потомки просто видели и ощущали куда больше, чем обычные маги, и за счёт этого лучше разбирались со сложностями.
Так или иначе, но благословения каждого из семнадцати предков были по-настоящему уникальны, а их смешения были крайне редким явлением, из-за чего только обладатель такого коктейля и мог в них разобраться.
К чему я веду? Да к тому, что помимо Генерала во мне успел отметиться кто-то ещё. И под «отметиться» дед подразумевал не какую-то жалкую крупицу силы, а вливание, практически равное таковому от Генерала. Именно из-за этого я не мог одновременно использовать для формирования заклинаний и руки с ногами, и крылья, а мои ныне фиксированные запасы маны вполовину уступали таковым у деда. Генерал во мне раскрылся где-то на шестьдесят процентов, а ещё сорок занял другой предок, на время запечатавший свой дар для того, чтобы я не перегорел.
Но если речь идёт обо мне, то можно гарантировать, что всё будет развиваться по наихудшему сценарию, читай — через жопу.
Своими неразумными действиями я совершил невозможное, сломив печать на второй половине благословения… и тем самым разделив свою душу на две неравные части, одна из которых, грубо говоря, принадлежала Генералу, а другая кому-то ещё.
Это, конечно, был не раскол, которого я и врагу бы не пожелал, но тоже ничего приятного. Подозреваю, что пойманный ранее приход являлся следствием этого разделения, но точно пока сказать нельзя. Требовалось время и на то, чтобы я полностью восстановился, наведя мосты между обеими частями души, и на то, чтобы можно было разобраться с новыми способностями.
— К сожалению, в роду крайне редко появляются иллити, благословленные одновременно не одним и не множеством, а двумя предками. Из-за этого мне сложно сказать, чего тебе стоит ожидать.
— Но способ выяснить это есть?
— Есть. Вот только каждый случай слияния сил предков уникален, наша история не помнит повторений. Известно только, что неспособный совладать с обеими частями своей силы иллити… преждевременно гибнет.
— И… сколько у меня времени?
— От нескольких дней до десятков лет. — Ну да, случай-то уникальный, етить его за ногу. Ну ничего, работа с тонкими материями почти моя специальность, ведь я сотню лет впахивал главным жрецом Всевышнего. На уровне принеси-подай-убей-и-закопай, конечно, но хоть какой-то опыт явно лучше его полного отсутствия. — Ты сам не чувствуешь в себе никаких изменений?
— Отсутствие боли в моём случае — уже изменение. Спасибо, дедушка.
— Рано благодарить, внук. — Так сразу и не скажешь, но Зар’та буквально светился от счастья, стараясь всеми способами это скрыть. — На основе рассказов твоих родителей у меня есть предположения по поводу второго из семнадцати, одарившего тебя, но их ещё нужно проверить. Чем раньше — тем лучше.