Моя простая курортная жизнь 6 (СИ)

— Ммм, — одобрил я. — И почему бы этой новой версии не попробовать что-нибудь новенькое?
— Например, посетить твой дом? — фыркнула вредина. — Где руки распустить проще, чем, например, в кафе?
Мне как-то даже стало обидно за мои руки.
— Между прочим, я джентльмен, я их полностью контролирую.
— Ну конечно, — девичьи пальчики продолжали гулять по моей груди, тиская меня все увлеченнее. — Стоит отвернуться — и твои руки сразу уходят куда-то не туда…
— А твои руки? — обратил я внимание на двойные стандарты.
— А мои руки, — парировала их хозяйка, — могут быть, где я хочу, — и спустила их практически до моего пояса, — а твои руки должны быть там, где я скажу. В конце концов, я девушка, я больше теряю…
Эх, Дана, смотрю, даже в новой прошивке до фига багов. Пока ты думаешь о том, чего теряешь, ты теряешь еще больше. Но ничего, я это тебе перешью…
За разговором и тисканьями меня мы незаметно добрались до школы, оставили самокат на парковке, пересекли двор, поднялись по крыльцу. Однако даже не успели дойти до расписания, как на нас налетел мой фандом.
— Ром, привет! — Алена звонко чмокнула меня в щеку, не сводя при этом лукавых глаз с моей девушки.
Следом и Даша молча, но не менее звонко чмокнула меня в ту же щеку, тоже при этом коварно поглядывая на мою девушку. Две паршивки словно проверяли ее новую прошивку на прочность. Однако Дана два-ноль с честью выдержала это испытание, сделав вид, что их не видит. Но это было только начало.
Едва две мои одноклассницы скрылись за углом, как появилась одна ее.
— Привет! — с довольной миной выдала Влада, останавливаясь рядом. — Опять вместе, да? — и, не дожидаясь ответа, тоже чмокнула меня в ту же щеку.
И чего сегодня все такие нежные и приветливые? Тут же, словно поджидали момент, из-за угла опять выскочили Алена и Даша, подлетели ко мне и опять чмокнули в уже зацелованную щеку. А затем все три, злодейски хохоча, скрылись за поворотом.
Дана проводила их прищуренным взглядом.
— Нет, твои подруги меня не бесят…
Скоро это стало девизом дня.
— Твои подруги меня не бесят, — все более раздраженно повторяла моя милашка каждую перемену, как мантру.
А мои подруги будто приняли это за вызов — и весь день тестировали ее терпение. Перемена начиналась с того, что ко мне из своего класса неслась Дана, за которой неслась Влада — и по пути они не разговаривали. Разговаривать начинали только, когда обе достигали меня.
— Да хватит уже, блин, за мной ходить! — поворачивалась к преследовательнице моя милашка.
— Да я не к тебе, я вон к ним! — заявляла колючка, показывая на выходящих из моего класса Алену и Дашу.
Те переводили глаза с одной на другую, останавливались на Дане и расплывались в хитрющих лыбах.
— А мы к тебе!..
На что моя девушка горестно вздыхала и бросала в меня взгляд, так и говорящий «и все равно твои подруги меня не бесят!» А они словно считывали это и продолжали ее бесить. Честное слово, они даже меня уже начинали бесить. Ибо от них было не скрыться, не спрятаться — теоретически, конечно, можно бы уединиться в одной из уютных тихих школьных подсобок, но кое-кто же принципиально по подсобкам не ходит. Даже в версии два-ноль. Так что все перемены, возведя меня до позиций айдола, мой фандом накидывался на мою тушку со всех сторон — с утроенным энтузиазмом прямо на глазах у моей девушки, которая не бесилась рядом.
Однако к большой перемене она явно захотела оценить всю глубину моей фанбазы.
— А из твоих одноклассниц с кем еще у тебя было? — заинтересовалась Дана, когда по пути в столовую нам удалось ненадолго уйти от слежки.
— Я не веду список. Если интересно, спрашивай — отвечу.
— Ну раз предложил… — мигом зацепилась за возможность моя милашка.
И пошла по списку всех — всех! — моих одноклассниц. Сначала моих, потом своих, а потом вообще прошлась по каждой встречной девушке в школе — даже про парочку учительниц спросила. Это было как игра в морской бой — хоть и вслепую, но крайне увлеченно. По ее мнению, я такой потрясающий парень, что меня хотела буквально каждая. И если я не спал с каждой, то это лишь вопрос моей стойкости, не более. Мне даже лестно стало.
  
Разговаривая, мы зашли в столовую, взяли подносы, набрали еды, заняли тихий столик у окна, и только к этому времени я оценил, как сильно изменилась Восточная Старшая — а всего-то надо было уйти из нее одному человеку. Впервые за все мое время в этой школе она стала похожа на школу, а не на тоталитарный лагерь имени одного величества. Причем радовались не только ученики.
— Королев год назад выпустился, — краем уха услышал я болтовню директора, — Измайлова в этом году. Самые проблемные ушли, наконец хоть можно выдохнуть…
Радость достигла таких масштабов, что ходили слухи, что комитет по этике упразднят, а даже если и не упразднят, то прежней власти ему уже никто не даст — да никто и не рвался занимать место Императрицы. В общем, у школы наступали легкие времена. Зато, говорят, в Карповском универе, куда поступила зараза, резко натянули поводья.
Катерина, кстати, удивила всех. Все думали, что она пойдет на управление отельным бизнесом, но ее величество, видать, решило, что отельный бизнес и так у нее в кармане. Чему ей там учиться? И пошла — внимание! — на государственное управление, как бы намекая, что вслед за карманными отелями ей хочется иметь еще и карманный город. Страшно представить, что будет, когда зараза таки дорвется до управления — в лучшем случае просвещенный абсолютизм, а в худшем — весь Карпов окажется в ее личном кармане. Но, как и прежде, рвавшееся к власти зло не пытался остановить никто.
Из этого безразмерного кармана пока ускользал только парень. Вопреки всем прогнозам, сплетням и ожидания Мишель таки свалил обратно в Лондон, и весь «Веселый Карпов» сейчас, затаив дыхание, следил, что будет дальше — активно обсуждая, чем же закончатся эти отношения на расстоянии (все были уверены, что они рано или поздно закончатся). Словно раздразнивая всех еще больше, аккаунт главного ньюсмейкера сменил аватарку — теперь там красовалось его селфи с Катериной. Уже не заблюренная зараза в открытую целовала фаворита в щеку, а он смотрел прямо на зрителя с таким выражением, будто спрашивал «а чего добился ты?» Хотя в его случае правильнее было спрашивать у себя «а чего я потерял?» Мягко подсказывая ему чего, двойняшки отметились в комментариях: «а она что, и доступ к твоему аккаунту получила?» — и этот коммент, по ощущениям, лайкнула половина Карпова. В любом случае так открыто радоваться, что попал в сети, было недальновидным поступком, но он никогда не умел думать наперед.
— Твои подруги меня не бесят… — пробормотала рядом Дана и обреченно впилась зубами в булочку.
Мои три подруги, как три наведенные торпеды, цепко оглядели столовую, нашли объект бомбежа и с подносами наперевес кинулись к нашему столику.
— Это тебе! — плюхнулась на соседний стул Алена и придвинула ко мне компот.
— У меня есть, — кивнул я на свой стакан.
— А нам для тебя ничего не жалко! — Влада положила мне на тарелку еще одну булочку.
Даша задумчиво осмотрела свой поднос, выбирая, чего ей для меня не жалко, а затем щедро плюхнула поверх булочки Влады кружочек огурца.
— Угощайся! — великодушно выдала эта щедрая девушка.
Следом весь мой фандом выжидающе уставился на Дану — мол, смотри, как мы тут твоего парня подкармливаем, нормально, не бесит?
— Даже не рассчитывайте, — заявила моя милашка. — Я теперь, можно сказать, другой человек!
— О, другой человек… — лукаво прищурилась чертовка. — А домой ты к нему уже ходила?
— А это не ваше дело, — с невозмутимой улыбкой парировала моя девушка.
— А что так, Полину стесняешься? — ухмыльнулась Даша.
Паршивки словно весь день искали брешь в этой Дане два-ноль. Целуя меня в щеку, тиская, закармливая, бегая за нами, они эту брешь так и не обнаружили — хотя раньше она была очевидна. Теперь же снова ее нашли. При одном лишь упоминании имени Полины по милому личику моей девушки скользнула мрачная тень, и я увидел, как одна хитрая попка расплылась в ехидной лыбе.