Старшеклассник без клана. Апелляция кибер аутсайдера (СИ)

— Слушай, а ты умная, — говорю через пару секунд. — Не только красивая.
— Больше не тормозишь?
— Наверное, нет.
* * *
Утром ещё раз перечитаю.
Могу двое суток быть в дороге, не знаю, как и что получится. Возможна сдвижка по часам туда/сюда — самолёты в воздухе по 7 часов и т. д.
  
Глава 23
 
Рыжий был серым, угрюмым и явно невыспавшимся. В школу по аллее перебирал башмаками, старательно глядя себе под ноги и время от времени зевая.
— Привет! — Эрнандес и Мартинес словно ждали его перед воротами.
Очень странная по сочетанию троица, которую раньше трудно было даже представить вместе, обменялась хлопками ладоней.
— Чё-как? — латиноамериканки, казалось, пристально всматривались в одноклассника, словно стараясь уловить нюансы, понятные только им.
— Десять часов, сто пятьдесят монет. — Выдал ребус убогий. — Кстати, на. Спасибо большое, остальное — по графику.
Он протянул несколько банкнот. Эрнандес, не считая, кивнула и засунула их в задний карман брюк.
Свидетели беседы напряглись и заинтересовались: сцена явно расходилась с привычными сценариями.
Испанки равнодушно проигнорили волну группового любопытства, хотя в интерфейсах её точно заметили.
— Б*я, жёстко, — вздохнула Мартинес. — Ты ж так долго не вытянешь.
— Поглядим, — пожал плечами очкарик без очков. — Есть такое слово "надо". Вчера же пришлось всё, что было, отдать; плюс…
— Я В КУРСЕ. — Перебила Айя, указывая пальцем на подругу. — Можно без подробностей.
— До чего занятный контекст, — раздался голос Рашида, подошедшего к разговаривающим со стороны школьного парка.
— Тебя звали? — мгновенно сагрился Седьков, поднимая брови. — Брысь отсюда, мудила.
Повисла нездоровая тишина.
— Ты здорово заблуждаешься насчёт всего. Вообще насчёт всего, — Лысый предсказуемо пропустил мимо ушей ремарку дурачка. — То, что тебе случайно повезло пару раз, не делает тебя ни человеком, ни полноценным. В этой связи…
— Считаю до трёх, — пожал плечами Рыжий, поправляя дешёвый потёртый рюкзак за спиной. — Пошёл на**р отсюда. Один. Два.
У Лысого не хватало передних зубов, выбитых вчера. Губа и мягкие ткани десны имели видимые следы медицинского вмешательства, из-за этого звуки получались смешными и непривычными.
От школы к беседующим торопились члены группы Рашида, старательно прислушиваясь к происходящему — кое у кого из них расширения японского производства показывали своим владельцам даже фокусное усиление слуха.
Убогий скользнул по компании взглядом и равнодушно сплюнул под ноги.
Эрнандес и Мартинес, переглянувшись, явно обменялись в виртуале парой слов, потому что в следующий момент обогнули Седькова и Али по дуге и загородили дорогу южанам.
— Подождите! — Лысый оценил манёвр слабого пола по-своему. — Так, латинос. Вы тоже в деле? Приняли сторону конфликта, я правильно понимаю?!
Эрнандес пренебрежительно бросила что-то по-испански.
"Путо"? "Кулеро"?
Сказано было негромко, потому переводчики большинства точного текста не уловили.
Рашид, стоявший к испанкам ближе других, похоже, расслышал всё и даже успешно перевёл: он мгновенно покраснел, сжал кулаки и принялся разворачиваться к Ане.
— Я с тобой не закончил! — рука Седькова ухватила здоровяка за ткань дорогого пиджака и рывком вернула к себе. — Ты впёрся в чужую беседу, чтобы что-то сказать? Жду. Два с половиной.
— До чего занятные у нас в школе начались спектакли по утрам, — обычно хриплый голос Хамасаки прозвучал как-то слишком звонко. — Даже интересно, что дальше будет.
Сама японка раздвинула пару старшеклассников, чтобы подойти поближе.
Её с удивлением пропустили вперёд: обычно она так себя не вела и подобного откровенного интереса ни к чему не демонстрировала.
— Отойдите, э! — Южане запнулись перед латиноамериканками, тоже лихорадочно обсуждая что-то в чате.
Мартинес выбросила вперёд средний палец правой руки:
— Пойди козе п*сюн по****и.
 
— Не нужно рассказывать МНЕ, что я должна делать. — Обманчиво мягко подхватила Эрнандес. — А то я могу подумать, что какой-то козо*б с экватора решил мною поруководить. И это будет очень плохо для козо*ба.
— Женщина, с дороги! — самый решительный из рашидовских двинулся вперёд, аккуратно касаясь ладонью плеча баскетболистки и пытаясь отодвинуть её в сторону.
Именно этот парень (в школе знали все) старательно соблюдал некие мутные древние каноны и с противоположным полом общался очень своеобразно.
Что интересно, тактильных контактов со школьницами он по возможности вообще избегал в принципе: объяснял какими-то правилами.
— О. Нури решил латиноску полапать! — его товарищи заржали, мгновенно меняя фокус внимания.
Говорили они не по-английски, но на этот язык переводчики у большинства реагировали хорошо: диаспора активно размножалась и соплеменников Рашида в обществе становилось всё больше и больше.
— Меня лапают, — спокойного кивнула Эрнандес, накрывая ладонь Нури своей.
Делая шаг в сторону, проворачиваясь и загибая кисть парня под неестественным углом.
Тот резко вскрикнул, поднимаясь на цыпочки и семеня по дуге.
Мартинес, широко раскрыв глаза от возмущения, резко толкнула его двумя руками в грудь.
Нури улетел с аллеи на газон, по траве, спиной вперёд.
— Хренасе импульс. — Раздалось от говорящих. — Это что за расширение?
— Надо искать. Небоевое, но да. Импульс ого-го.
Южане замерли, на долю секунды сбившись с шага.
— СТОП! — Эрнандес подняла вверх ладони. — Muchachos, пока по-хорошему: стойте где стоите и не лезьте в чужой разговор. Хорошо меня слышите?
— Твоё какое дело?
— Э-э-э, ты чё?
— Объясняю. Стояла, общалась с Рыжим. Рашид влез без спроса в МОЮ беседу. Теперь мой вопрос вам: вы решили, что можете заруливать латиносами? Теперь ещё мной пытаетесь покомандовать? Я правильно понимаю ситуацию? — баскетболистка процитировала Лысого и оглянулась по сторонам, будто призывая в свидетели присутствующих.
— Рашид подошёл к Рыжему, не к вам! — экспрессивно выплюнул Нури, поднимаясь с газона. — И это был вообще не женский разговор, — добавил он непоследовательно. — Ваше счастье, что вы не парни! — Он принялся обиженно отряхивать брюки.
— Тпруууу! — Мартинес изобразила, как натягивает уздечку на лошади. — Рыжий разговаривал С НАМИ. У вас что, повылазило? Или это ты специально, для затравки, решил моё внимание привлечь?! Так тебе сейчас продолжение не понравится!
— Вы — женщины. Бабская беседа не считается. Мужчины — первые в списке. — Нури, упрямо набычившись, вернулся на дорожку. — Ты. — Он поймал взгляд Айи. — Если ты ещё раз… я не посмотрю, что ты женщина! Ты поняла?! Предупреждаю по-хорошему! А теперь уйди с дороги!
— Хи-хи-хи-и, — Мартинес картинно захлопала в ладоши. Её взгляд стал необычно холодным. — Слышь, питекантроп, ты не у себя в пустыне среди верблюдов. Предупреждаю в ответ: дернешься — пришибу.
— Заодно наш юг сможет оценить все преимущества цивилизации, — вздохнула Хамасаки со своего места. — Некоторые самцы зависли в средних веках и до сих пор не в курсе: уже давно рулят расширения. Мужской ортодоксальный расчёт на преимущество бицепса больше не актуален.
— Цивилизация с трудом пробивает дорогу в некоторые части материка, — поддержали соотечественницу Саджо и Онода.
Они не любили именно Нури за, как они говорили, догматичность и узколобость.
А ещё поговаривали, что ключевая в агломерации розница принадлежала японцам. Основной поставщик баранины-органик — "НУРИ И СЫНОВЬЯ" — являлся монополистом и последние два сезона гнул цены, не различая крупный опт и мелкую розницу.
Доходило вплоть до доставки "клиенту к двери" — в этом случае супермаркеты становились вообще ненужными в цепочке поставок.
Рашид неожиданно бросил вперёд пятерню, схватил Рыжего за грудки и напряг мышцы: теперь очкарик был зафиксирован у него на расстоянии вытянутой руки.