Старшеклассник без клана. Апелляция кибер аутсайдера (СИ)

— Тебе же лучше! — добавил Ник, висящий на левой руке. — Поживёшь лишку ещё до экзекуций. Да успокойся ты!
— Чем это мне лучше? — очкарик, потерявший свои очки, похоже, начал приходить в себя.
В его близоруком взгляде появилась некая осмысленность, а на лице отразилась работа мысли.
— О, кажется, оно вернулось, — заметила Хамасаки, отходя от китаянки и наблюдая окончание спектакля из-за спин соотечественников.
— Куда вернулось? Что "оно"? — мгновенно заинтересовался Саджо.
— В себя. Оно — существо, потерявшее стёкла. Вон, смотри, в его глазах мысли появились. А до этого только пена изо рта не шла.
— А-а-а.
— Тебе не жить! Ты труп! — Рашид, бешено хрипя, старался сбросить захваты сразу пятерых.
— УЙМИСЬ! ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ! — Гарсия, темперамент которого был никак не меньше, устал от попыток докричаться до соученика.
Кивнув своим, чтобы держали крепче, он сделал шаг и врезал здоровяку в сплетение.
Не то чтоб Рашида вырубило от такого, но определённый эффект удар явно возымел:
— ТЫ?!. - бритый перенёс фокус единственного открытого глаза на латиноса. — КАКОГО…?
— Шокер — это перебор. Я сделал ставку не затем, чтобы ты срывал условия, — холодно пояснил импровизированный рефери. — Пи*дишь его бесплатно — это твоё дело. Но тогда сперва оплати мне проигрыш! Когда я ставлю деньги — соблюдай собственные правила.
— Рашид, договор был о другом! — подхватили стоящие рядом. — Какого…?
— Да, оплати срыв условий сперва. Потом хоть запытай его.
— Да, Лысый, братва права. Договор был про кулаки, ноги, его рожу и честную драку! А не про тазер и чит!
— Решили втопить за дурачка?! — нехорошо удивился здоровяк, не успевая сообразить, чего от него хотят и зло глядя на неожиданно единое большинство.
— На шокер сбежится охрана. Твой счёт могут заблокировать до выяснения. Нахрена твои проблемы другим? — пояснила Юлия скучающе. — Кто за тебя платить-то будет? У твоих шестёрок столько нет.
Близкие лысого заскрипели зубами, но возразить было нечего.
В следующий момент до бритого дошло:
— Тьфу ты… ПАРДОН ВСЕМ! Братва, я не со зла, по тупости.
— В смысле? — Гарсия, вглядевшись в лицо бритого, кивнул своим.
— Когда норадреналин в крови растёт, у меня пара секторов изредка барахлит, — Рашид попытался ткнуть указательным пальцем в висок, но на обеих руках добросовестно висели товарищи латиноса. — Проблемы с контролем, короче… редко, но бывает.
— Вот считай, что тебе помогли, — проворчал, успокаиваясь, Диего. — Справиться с твоим заскоком. И с норадреналином до кучи. И от полиции авансом отмазали, потому что незарегистрированый даже нелетал в школе — это срок, если на территории применил.
— Ну-у-у, далеко не всегда и не автоматически срок, — вздохнула со своего места Юлия, потягиваясь. — И срок условный, но так-то да, точно перебор. Рашид, нам из-за тебя шум по школе не нужен!
Несколько парней, смотревших на неё сзади, сглотнули слюну и сделали шаг вперёд, выражая поддержку.
— Да отпустите вы уже меня! — выдохнул бритый, возвращая лицу нормальный цвет. — Всё! Раунд закончен. Согласен с вами, погорячился.
— Успокоился? Точно? — Гарсия взял здоровяка за запястье.
— Да!
— Проигрыш пари признаёшь? Или сможешь продолжать бой?
— Глаз болит. Не-а, сейчас не смогу. — Хмуро согласился здоровяк, пытаясь проморгаться. — Давайте сюда, что там у вас.
Три пары рук протянули экраны с активированными на списание денег кьюар-кодами.
— Да погодите вы! — Рашид по очереди поднёс свой смарт к каждому из гаджетов. — Нате… Расчёт.
Виртуальный искин (примочка и исключительная монополия нынешних старших классов) добросовестно подбил итоги и перевёл причитающееся на нужные счета в безакцептном режиме.
— О-у! А ты куда лезешь?! — бритый, провожая тоскливым взглядом уплывающие в виртуальном интерфейсе суммы, удивлённо задрал брови, обращаясь уже к Хамасаки.
— Шутишь? — ответно удивилась она. — Зайди в файл! Помотри, кто какие ставки делал!
— Э-э-э…? — лысый старшеклассник провторно развернул перед собой диаграмму.
 
Посмотрел на неё.
Вчитался в пояснительный текст внизу.
Раскрыл с усилием второй слезящийся глаз и посмотрел ещё раз.
Затем позволил себе изумиться:
— Слушай, я даже не сержусь, заметь! Но могу спросить, какого чёрта ты на него столько влупила? Вы что, договорились…? — по мере размышлений вслух на его лице отражалась работа мысли. — Тебе что-то известно?!
— Я могла договориться за твоей спиной о том, что ты не выиграешь? — азиатка иронично изогнула бровь. — И проиграешь ЕМУ? Из-за пальца в глаз, который ты банально зевнул? Серьёзно?
— Бл*. Да. — Признал очевидное Рашид после секундного размышления. — Не могла, нечем крыть. О таком не договоришься и не угадаешь. Вернее, тебе со мной надо было договариваться, чтобы я глаз подставил… ХАМАСАКИ, ПАРДОН! Был неправ. Извини, мозги не варят, — повинился он, непроизвольно косясь в разрез рубахи одноклассницы.
Японка снисходительно усмехнулась его интересу. К подобному она давно привыкла: внешностью природа, родители и космической стоимости имплант, установленный индивидуально в закрытой клинике в младенчестве, её не обидели.
— Так вот куда весь выигрыш уплыл, — их быстро обступили человек десять. — Вернее, к кому. Миру, а правда, чего ты на Рыжего забилась? Угадать ты не могла, спору нет. Но ты ведь и не ошиблась же с прогнозом? КАК?
— Женское предчувствие, — серьёзно ответила японка, забирая три четверти всех ставок в одни руки благодаря своей, самой большой, сделанной вовремя на убогого. — Я всегда говорила: мозги — далеко не всё для прогноза. Момент чувствовать тоже надо. А вы меня никогда не слушаете.
— Ну-у-у, если строго и прагматично говорить, то Рыжий не победил, — в порядке дискуссии заметил её соотечественник Онода, который тоже ставил против Рашида, но гораздо меньше подруги.
— А я и не сказала, что он победит. Прочитай внимательно мои условия, — с парнями японка спорила неохотно, особенно с соотечественниками, но тут чего-то упёрлась.
— "Продержится с минимальными повреждениями". Хм, — Онода увеличил голограмму так, чтобы видно было всем. — Угадала, как пророк, — глаза японца широко раскрылись.
Настолько, что сделали его похожим на латиноса.
— А что за странная формулировка? — на правах подруги поинтересовалась Юнь.
— Что в голову взбрело, то и написала, — отмахнулась Хамасаки. — Интуиция, говорю же. Логика была такая: всё равно арбитр — искин. Ставки и платежи рассчитываются им автоматически; главное, чтоб он меня понял. А он понял.
— Хм.
— Ну, Рашида додику было не побить, это даже не обсуждается, — продолжила подбирать слова Миру. — Но было видно, что именно сейчас он упрётся: на роже же написано. Вы чё, не поняли?
— Скорее, не смотрели, — закусив губу, ответил за всех Диего.
— А у этого даже взгляд изменился, когда он по аллее топал! А Рашид привык, как нож в масло. В общем, он должен был споткнуться! — азиатка подняла просветлевшие глаза, довольная тем, что разобралась и сама. — Разовое стечение обстоятельств и неожиданность! Как-то так. Понятно теперь? Я слушаюсь предчувствий, — Хамасаки положила ладонь на левый нагрудный карман.
Присутствующие ничего не сказали и задумчиво мазнули взглядом по Рыжему.
Зазвенел звонок, объявляя начало нового дня.
— Погнали! Если не разойдёмся — или охрана явится, или из администрации кто-нибудь припрётся!
Площадка перед входом принялась стремительно пустеть: у школьного начальства святого было немного, но время уроков соблюдалось более чем строго, в том числе и очень непопулярными методами.
— Ты труп, — пообещал Рыжему убийственно спокойный Рашид, старательно сматывая провода шокера и убирая его в карман под присмотром членов других группировок. — Теперь ставка твоего налога будет тройной, персональной. Жду бабки после урока на следующей перемене.