Маша и её медведи (СИ)

─ Спасибо, Мир, ─ искренне поблагодарила, получив в ответ чуть нервную улыбку.
Облегчение затопило сознание, и я позволила себе расслабиться, не подозревая о поджидающей меня опасности…
Заснули мы вроде нормально – я на своём краю, Мир на своём, и беды, как говорится, ничто не предвещало… Но где-то в середине ночи я вдруг проснулась от весьма необычных ощущений. Во-первых, было очень жарко, и стоило разлепить тяжёлые ото сна веки, я поняла, что ко мне прижимается тело, причём, не просто прижимается – Мирослав умудрился зажать моё бедро между своими сильными ногами, сомкнув вокруг меня горячие руки, и изредка потирался внушительным возбуждением о ничего не соображающую меня. Однако окончательно пробудиться меня заставило иное.
Сам Мир спал, похоже, совсем не отдавая отчёта в собственных действиях, а вот его организм жил своей, отдельной жизнью. Губы парня вполне уверенно обнаружили мою грудь, и именно это чувство, что меня кто-то пожирал, не дало снова закрыть глаза.
А сонный медведь делал своё дело. Прикусывал соски, втягивал их в рот с силой, облизывал, заставляя меня глотать неприличные звуки, чтобы никого не разбудить. Ему что, мамы не хватает? Я вроде где-то читала о таком, но чтобы испытать подобное на себе? И вроде будить его нельзя – испугается же, и оттяпает мне грудь ненароком… Что мне делать-то с таким лунатиком?
Ни на что особо не рассчитывая, свободной рукой дотянулась до волос парня, начав осторожно поглаживать его по голове, шепча:
─ Всё хорошо… Я здесь, Мир. Спи…
Не веря своему счастью, через какое-то время я почувствовала, как хватка ослабевает, и Мирослав даже двигаться перестаёт, отпуская меня и все части моего тела на свободу, поворачиваясь на спину. Издав вздох облегчения, я поправила одежду, встав с постели, и на всякий случай, решила прогуляться вниз – дать себе остыть, а заодно подумать, как мне спать дальше.
Сумасшествие!
А спустившись на кухню, обнаружила там Натана. Он стоял в свете раскрытого холодильника, глотая молоко прямо из бутылки, при этом даже не замечал, что оно течёт по его обнажённой груди. Блин, я теперь о молоке вообще думать не смогу в ближайшее время…
Заметив меня, мужчина бросил странный взгляд в мою сторону, не спеша всё убрал, а потом, захлопнув дверцу и погружая помещение в полумрак, расцвеченный луной, с издёвкой поинтересовался:
─ Ты чего пришибленная такая? Пижамка не подошла?
Я до сих пор была настолько шокирована, что ответила, забывая даже, с кем разговариваю.
─ Просто Мир… ─ пробормотала, невольно касаясь чуть болезненно ноющей груди и глядя куда-то мимо оборотня. ─ Он немного меня покусал.
─ Он тебя укусил?! ─ вдруг оказываясь рядом, обеспокоенно спросил он, тут же хватая за плечи.
И, молниеносно прислонив меня спиной к холодильнику одной рукой, другой мужчина бесстыдно задрал верх моей пижамы, чтобы не мигая уставиться на дело губ своего брата. Судя по его резко пожелтевшим глазам, меня ожидало что-то очень нехорошее…
  
7.
 
Маша
Он всё продолжал смотреть, пока моя грудь под его диким взглядом становилась лишь чувствительней, при этом он молчал, а у меня просто не было слов. Я не понимала его реакцию, мысли запутались окончательно, превратившись в комок, с которым поиграл кот, а сердце отстукивало бешеные ритмы африканских племён, и оборотень наверняка прекрасно его слышал.
Я думала, что он уже навсегда завис, и даже собралась с духом, чтобы как следует возмутиться – разум возвращался слишком медленно, – но Натан вдруг подался вперёд, и его рычащий шёпот прошёлся по всему позвоночнику, когда губы едва коснулись уха.
─ Не обольщайся, ─ сказал-рыкнул мужчина, придвигаясь ещё ближе, пока мне деваться было некуда. ─ Я не могу гарантировать, что последствий не будет, так что потерпи.
─ Что ты… ─ не успела я спросить о его планах, как его рот накрыл один болезненно-ноющий сосок, и чужой язык осторожно прошёлся по недавнему следу, оставленному другим оборотнем, чтобы мои колени ослабели, а мозг, наконец, начал работать. ─ Да какого хрена вы все творите?!
 
Я забыла, что мои руки были свободны, и уже занесла одну над мужчиной, чьи действия обескуражили настолько, что я даже не сопротивлялась, только вот ударить он мне не позволил – перехватил на подлёте к щеке, прислоняя над моей головой за запястье, и тоже сделал с другой, когда я повторила попытку. Даже если бы постаралась, не вырвалась из этой по-настоящему звериной хватки.
─ Не дёргайся, ─ рыкнул он в миллиметре от моей груди. ─ Хочешь, чтобы сюда остальные прибежали?
Губы бережно обхватили второй сосок, и медведь начал нежить его языком, то и дело возвращаясь к первому, а я даже возмутиться не могла – ладонью он закрыл мне рот, продолжая удерживать мои запястья одной правой, и это ему ничего не стоило. Я не знала, как относиться к ситуации. Да я от истории с Мирославом отойти не успела, а на мою грудь вновь было совершено подлое нападение!
Кажется, мужчина серьёзно увлёкся своим занятием, а мои попытки донести это до него превратились в позорные стоны, но его это не останавливало – оборотень облизывал меня так, словно моя кожа была покрыта мёдом. Все медведи любят мёд…
А потом что-то изменилось. Неуловимо, но всё же я почувствовала перемену в его поведении, когда его губы вдруг стали яростно спускаться вниз по коже, хватка на моих руках ослабла, но я не решалась отойти – внутреннее чутьё подсказывало, что мне и правда стоило замереть. Я перестала сопротивляться, застыв, пока Натан опускался передо мной на колени и… принюхивался. Вёл носом по телу, превратившись в самое настоящее животное, и, судя по всему, человеческая половина ему отказывала, ведь эти жадные вдохи не моги принадлежать адекватному мужчине.
Сердце ушло в пятки, когда он зарычал где-то на уровне моих бёдер. Не знаю, что он там учуял, но его ладони резко и совершенно неожиданно схватили за ягодицы и в один миг развернули к нему спиной. Надёжно удерживая в таком положении, оборотень начал стягивать с меня пижамные шорты зубами! Я чувствовала его горячее дыхание кожей, при этом понимала, что он не совсем вменяемый, однако предпринять что-то против казалось мне невозможным – в голове то и дело начали вспыхивать ненужные сейчас воспоминания о бывшем, однажды попытавшемся принудить меня к близости. Тогда я сумела воспользоваться тем, что он перебрал, и убежала, но Костя был простым человеком, а вот Натан…
─ Прошу, остановись, ─ взяв себя в руки, спокойно попросила я, душа панику, хотя никогда бы не призналась себе, что эти почти бережные прикосновения незнакомца вызовут во мне куда больше желания, чем пьяные приставания официального парня.
Сперва я решила, что медведь и правда ко мне прислушается, ведь он перестал делать то, что делал, так что вздох облегчения вырвался сам по себе. Опрометчиво и как же наивно… Мужчина вовсе не собирался прекращать. Он медленно провёл ладонями вверх по рёбрам, прижавшись ко мне всем мощным, твёрдым во всех местах телом, и вскоре мои руки опять сковали в тисках над головой, только на сей раз я оказалась более уязвима. Натан был одет лишь в простые домашние штаны, а потому высвободить свою давно восставшую каменную плоть для него было раз плюнуть, и как только он это сделал, я прекрасно ощутила его готовность. Горячий и кажущийся огромным член, устроился точно между моих всё ещё обнажённых ягодиц, начиная медленно двигаться вверх-вниз.
─ Натан, пожалуйста… ─ я не знала, о чём прошу больше – чтобы он остановился или продолжал – странное чувство овладело мной в тот момент, и мне показалось, что тело больше мне не принадлежит. Несмотря на краску стыда, заливающую моё пылающее лицо, несмотря на саму ситуацию, в которой мы оба оказались, я не могла поверить, что испытываю самое настоящее возбуждение от действий нахального зверя, который просто не владел собой! Вернее, это я думала, что не владел, но на самом деле он себя контролировал, иначе мы бы с ним давно были в другом положении, и это удивляло гораздо больше, чем моя на него реакция.