Black Sabbath. Симптом Вселенной

— Джим Симпсон как-то вечером позвонил мне и спросил, слышал ли я новости, — рассказывает Оззи. — Я такой: «Какие новости?» Он говорит: «Ваш альбом попал в британские чарты!» Я ему: «Да иди ты на х*й!»
Оззи всю ночь не спал, чтобы поскорее купить музыкальные газеты, в которых публиковали национальные альбомные чарты.
— Был вечер среды, Melody Maker и NME выходили по четвергам, и я не мог уснуть, потому что сам хотел все увидеть черным по белому, и буквально с шести утра каждые пять минут спрашивал: «Газеты уже привезли?» Когда газеты привезли, у меня ноги подкосились, и я сел на порог и прочитал в газете: «Black Sabbath, впервые в чартах»… Я не мог сказать ни слова, поверить не мог! С тех пор моя жизнь понеслась вверх, словно ракета!
Гизер, который, похоже, не читал тех же газет, что и Оззи, вспоминает, что узнал о том, что альбом попал в Топ-30, иным способом:
— Я до сих пор помню, как мы впервые услышали об этом на радио. Мы ехали на концерт в «Манчестер-Политехник», в те дни альбомные чарты всегда объявляли по Radio One в субботу днем, и мы их слушали. Мы включили радио в микроавтобусе, и тут говорят: «Двадцать восьмое место этой недели, Black Sabbath!» И мы такие: «ЧТО-О-О?!» Мы чуть не сдохли. Мы поверить не могли! Мы были в шоке — и это мы просто ехали в Манчестер и слушали радио!
Буквально за несколько недель Black Sabbath поднялся до восьмого места. Но если группа и ее поклонники были в восторге, то вот лондонская музыкальная пресса оказалась ошеломлена и даже откровенно враждебна.
— Они просто возненавидели нас, когда мы добились успеха, — сказал Гизер, — потому что о нас никто не написал ни единой статьи, они нас не знали. Когда наш альбом в первую же неделю попал в чарты, они удивились: это что вообще за херня происходит?
Впрочем, не все было плохо. International Times, тогда — самая передовая музыкальная и культурная газета Великобритании, конечно, тоже не преминула поругать альбом — по довольно справедливому выражению рецензента Марка Уильямса, «заявления Vertigo в прессе об интересе группы к черной магии» являлись просто «хайпом, лишь дополнявшим изначальную пластичность релиза». Но в конце концов Уильямс пришел к выводу, что «Black Sabbath нашли сравнительно несложную формулу из прямолинейных мелодий и контрапункта, добавили к этому мощи и огня и исполняют композиции с большим инструментальным мастерством (особого внимания заслуживает гитарная работа Тони Айомми) и заразительным удовольствием». Группе было не все равно, хотя они всячески и притворялись, что все равно; успех тем временем становился все заметнее, и за концерт им уже платили не пять, а двадцать фунтов. По словам Гизера, они на самом деле осознали, что добились успеха, когда приехали в марте в «Бот-Клуб» в Ноттингеме, «нас привезли туда на машине, а не в микроавтобусе, и в гримерке мы нашли унцию гашиша. Мы такие: да, вот это жизнь!»
К лету за концерты им платили уже даже не двадцать фунтов, а трехзначные суммы. И все это пришло без хитовых синглов, без интереса музыкальной прессы, практически без радиоэфиров, вообще без телевидения и лишь с очень небольшой долей веры в себя. Скорость их взлета была настолько потрясающей, что они были ошеломлены. После того как они взяли себе имя и музыкальную идентичность Black Sabbath, реакция на их первые концерты всегда была положительной. Но не настолько, чтобы они могли представить, насколько быстро разлетятся слухи об их дебютном альбоме. Билл говорил:
— Я был удивлен, потому что всегда жил с настроением «ничего и никогда не получится», понимаешь? Я привык жить у черты бедности, как и мы все. Это было удивительно и совершенно неожиданно.
— Это было здорово, — вспоминал Тони, по-прежнему улыбаясь даже десятилетия спустя. — Все были так взволнованы. Я лично испытывал невероятный кайф, потому что это было таким достижением, чем-то, что ты в принципе себе не представлял. И не забывай, что в те дни нас все, бл*дь, ненавидели и в прессе не писали ничего хорошего. Не знаю почему. Может быть, потому, что мы тогда были другими. А может быть, м-м-м… может быть, мы просто были недостаточно утонченными, не знаю.
    
3. Приносящие войну
 
Название Black Sabbath, может быть, ничего и не значило до того, как одноименный альбом вломился, словно непрошеный гость, в двери Топ-10, но сейчас, весной 1970 года, весь мир, похоже, восполнял упущенное время. Буквально через несколько недель с Джимом Симпсоном связался исполнительный вице-президент Warner Bros. Records Джо Смит с предложением выпустить альбом Black Sabbath в Северной Америке. Смит, болтливый бывший промоутер из Нью-Йорка, был среди тех, кто пытался осовременить каталог компании. Отпочковавшийся от кинокомпании Warner Bros. Pictures лейбл Warner Bros. Records добился немалого успеха в Штатах в начале шестидесятых благодаря таким артистам, как Петула Кларк, The Everly Brothers и Peter, Paul & Mary. Но лишь когда в 1967 году Смит возглавил их отдел подбора артистов и репертуара, лейбл впервые обратил внимание на новое, «длинноволосое», альбомно-ориентированное поколение музыкантов. Первым его удачным контрактом стали The Grateful Dead, чей одноименный дебютный альбом стал золотым. Но отношения с The Grateful Dead у Смита не сложились. Вскоре после того, как Смит стал вице-президентом компании, он произнес речь на вечеринке в честь группы в Сан-Франциско, в которой объявил, «какой огромной честью стало представить The Grateful Dead и их музыку всему миру»; лидер группы Джерри Гарсия саркастически возразил: «А я хочу сказать, какой огромной честью для The Grateful Dead стало представить миру Warner Bros. Records». Когда на второй альбом Dead, Anthem Of The Sun, ушло почти 100 000 долларов и шесть месяцев работы, а в американских чартах он провалился, Смит умыл руки. Следующий значительный проект Смита, Ван Моррисон, чей первый альбом, Astral Weeks [9], записанный всего за три дня, стал классическим и разошелся тиражом в несколько сотен тысяч. Тогда Смит понял, как лучше всего работать дальше: искать нетребовательные британские коллективы, которые хотят добиться успеха в Америке и готовы для этого прилежно работать. Он лишь укрепился в этой идее, когда следующий альбом Моррисона, Moondance, записанный опять-таки сравнительно быстро и дешево, попал в Топ-30 американских чартов и разошелся общим тиражом в три миллиона.
Купаясь в лучах критического и коммерческого успеха Moondance, в марте 1970 года Смит, читая британский профессиональный журнал Music Week, заглянул в альбомные чарты и заметил в первой десятке группу, о которой даже не слышал никогда: Black Sabbath. Он тут же снял трубку и сделал несколько звонков. Узнав, что у группы нет ни контракта в США, ни менеджера-тяжеловеса, Смит тут же ухватился за шанс, предложив Симпсону договор, где все пункты были составлены в пользу «Уорнеров»: скромный аванс наличными и «стандартные контрактные» отчисления (редко больше нескольких центов за одну проданную пластинку). С точки зрения музыки у Смита просьба была всего одна — убрать Evil Woman с американской версии альбома, потому что эта песня уже хорошо известна в Америке и, как правильно догадался Смит, не совсем репрезентативна для творчества Sabbath. Вместо нее в альбом попала песня, записанная во время того самого однодневного лондонского сеанса, но не прошедшая первоначальный отбор — Wicked World. Это была одна из многих песен, которую группа придумала, по словам Гизера, «лежа на спине в студии, покуривая травку и слушая Led Zeppelin». Они с удовольствием поставили ее на американский альбом вместо Evil Woman, которую ненавидели.
Больше ничего на американской версии Black Sabbath Warner Bros. менять не стали — кроме списка песен на обложке и самой пластинке. Обеспокоенный тем, что альбому не будет предшествовать сингл, Смит предложил разделить длинные треки на части — по крайней мере, названиями, — чтобы они показались более доступными для американского радио, да и покупатели, по его словам, тоже подумают, что не зря тратят деньги. Группа, радуясь просто тому, что издаст пластинку в Америке, с удовольствием согласилась, хотя, судя по предложенным названиям, они не совсем осознавали всей серьезности просьбы Смита. Таким образом, Behind The Wall Of Sleep оказалась разбита на два трека — колдовское акустическое вступление получило собственное название, Wasp. Сорокасекундное вступление Гизера к N.I.B. назвали Bassically. Центральные треки второй стороны пластинки, Sleeping Village и The Warning, теперь соединялись свежеименованным вступлением A Bit Of Finger.