Аркадий в космосе (СИ)

— Мама, как ты в этот бизнес попала? Алкогольный сектор самый закрытый обычно.
— Да, это просто хобби, я в год не больше пяти сотен бутылок закрываю, только для друзей. Аркадий — самый крупный потребитель продукции. Ингредиент основной выращиваю в саду перед домом.
Дальше пошли галопроекции дома и участка. Все как в порядочных еврейских семьях. Только подобной техники объёмного изображения нет на Земле, или в зачаточном состоянии. После пары рюмок на подобные мелочи внимания не обращали, я многозначительно молчал, играя назначенную роль. Но щёки надувал, как просила.
Даная рассказывала свою историю, дополняя рассказ видеозаписями из архивов наручного искина. Интересное кино складывалось, сам впервые подобные подробности узнал о героине-землячке. Вояка ещё та.
— Ну что, перебираетесь поближе ко мне?
— Надо подумать.
— Заодно подумайте, кто мне сообщит о смерти правнуков? Обязательно на похороны приеду.
От подобного циничного аргумента обалдели. Многозначительность слетела, но и дети с внучкой застыли в изумлении.
— Бабушка, ты чего? — дёрнула за рукав внучка, её по малолетству не проняло до столбняка.
— Внученька, бабушка собирается прожить 250 лет и предлагает вам тоже, но папа с мамой не хотят так долго.
— Мама, вы чего? — безумно веский аргумент перевесивший все сомнения. Устами младенца… убедился в реальной жизненной ситуации.
Разговор пошёл по конструктивному руслу. Я стал лишним, бутылка «высохла», местные напитки не привлекали.
По прилёту Главный нас обрадовал, грузоподъёмность платформы пространственного тоннеля удалось поднять на 16%. Лимита на напитки теперь хватит. Для пассажиров-переселенцев не более 50 кг на человека, их трое, хватит. Никакой ручной клади не признаю, только в пределах лимита. Даная выбила по 60, не смог отказать. Сразу и оповестил.
— Господа попаданцы-переселенцы. Норма багажа, включая дамские сумочки, составляет 60 кило на человека. Дети подпадают под общую норму. Весы имеют абсолютную погрешность в 0,5 грамма. Лишний вес утилизируется. У мамы лимит свой, это Даная Кротова, а то тут их две.
Не могу сказать, не посчитал, нам пополам остаётся, если транспорт оставляем. Надо было одному за саженцами смотаться, но скучно.
Оставил родню вещи собирать. Тут речь уже пошла о передаче бизнеса партнёром, фирма продвинутая в части компьютерных технологий, включая безопасность. Недвижимость необходимо продать по доверенности. На всё определили 10 суток, запас времени нужно иметь.
Попрощавшись погнал в гостиницу, забронировал заранее. Незачем лезть в чужую семью, чьи проблемы мне не знакомы.
  
Глава двадцать вторая. 
 
Приключения в областном городе
 
Хорошо пройтись по родному городу, когда основная проблема решена. Дети заняты срочными делами с недвижимостью и частной компанией на паях. Захотелось просто погулять. Другого развлечения близкого по духу просто не вижу. Незаметно оказалась в районе вокзала. Здесь жизнь кипела. Магазины, кафе, ломбарды, банки и прочая пена цивилизации областного центра.
Сканер наручного искина перевела в активный режим в ментальном диапазоне. Может опять Вакура обнаружу по связи. В киоске купила бутылку боржоми, неплохая попалась, оригинал. Пить можно и приятно, ностальгия акцентирует вкусовые ощущения.
Чуть не подавилась, сильно погрузилась в чувства. Сканер засёк не очень мощный сигнал, но короткий. Искин тут же выдал вектор направления на источник. Горизонтальная проекция указывала дом на другой стороне улицы, аппликата [11] выделила первый этаж, «Антикварная лавка», Фавел и Ко. Как не думай, а теперь придётся проверить. Чужая технология не должна попасть в плохие руки. Сама была уверена, что лучше моих и быть не может априори.
Фавел. Узнала сразу, он на всю лавку был в одиночестве, лет не больше тридцати, пацан, но уже держит магазин. Лавка, каких появилось много, ассортимент в глаза не бросался, но состроила заинтересованность и попыталась сориентироваться по визуальному осмотру, сигнал не возобновлялся, а запись расшифровке не поддавалась. На Земле аппаратура в этом диапазоне работать начнёт не скоро. Близость лавки к вокзалу указывала и на скупку вещей без документов, подтверждающих личность. Как правило, и личности известны без документов.
 
Простой осмотр результатов не дал, ничего похожего и не очень не наблюдалось. Поиск требовал контактного сканирования вещей на прилавках, явно земные можно и не трогать, но поди определи.
— Фавел, мне нужна помощь, — поняла, что без хозяина проблемы не решить. Но использовать только в тёмную. Знаю, как.
— Всегда к Вашим услугам. Как к Вам можно обращаться?
— Без лишнего этикета, просто леди Даная.
Парень даже растерялся от моей простоты, но так надо для дела. Задави и властвуй, кто-то сказал применимо к ситуации.
— Так что вы хотите, леди Даная.
— Я хочу пройтись по всем вашим вещам руками, даже по тем, что на витрину не выставлены. Наверное, придётся закрыть на время магазин. Потерянные возможности компенсирую.
— Не думаю, что это возможно. Ваше предложение вызывает опасение. Наш магазин имеет безупречную репутацию. Рисковать не могу, хотя ничего против Вас лично не имею. Кто-то может рекомендовать?
Вспомнила пароль. В Америке дали хорошие знакомые, единый на все случаи жизни.
— А если Изя из Рима, через одесского Мойшу из Нью Йорка передаёт привет, это стоит рекомендации? — пошла с козырного туза. Парень даже подпрыгнул, то ли от неожиданности, то ли от громких имён, их и произносить в суете не следует.
— А если Вы немного подождёте, леди Даная, — и вопросительно посмотрел в лицо, — мне уточнить надо, очень редкий случай. Как Вас можно представить по телефону?
— Даная Кротова, для Изи просто Дана.
Звонить Фавел убежал в соседнюю комнату, меня бросил со всеми «сокровищами». Он не успел возвратиться, как пришёл вызов мне, конечно от Изи. Упустить момент старик не мог. Умеет дорожить хорошими людьми, а я из них.
— Дана, если бы ты знала, как рад. А самой набрать номер тяжело.
— Изя, дорогой, не говори глупости. Как ты там на чужбине, здоровье выпить рюмочку позволяет? Скажи, что не дождёмся, мне легче на душе станет.
— Даная, как рад! Мой родственник может тебе помочь? Только скажи.
— Даже не знаю, но хочу посмотреть, что на витринах лежит и что под прилавком дожидается и то, что на прилавок бесполезно и ставить.
— Так в чём дело?
— Методы разглядывания у меня свои. Магазин лучше прикрыть на полчаса. Обещаю ничего не разрушить. Ты меня знаешь.
Фавел шептал в полголоса, что магазин уже закрыт на санобработку.
— Дай ка племяшу трубку, чтобы не перезванивать, всего два слова.
Сказал три, у меня телефон как репродуктор орёт: «Помочь и перезвонить». Ничего не имею против, контроль — прежде всего, когда дело касается долга чести. Не смотрите, что еврей.
— Фавел, я сейчас пройдусь по всем экспонатам на полках и под прилавком, а ты собери на столе то, что в дальних и ближних загашниках, даже ненужное на взгляд умного человека. Для чего — знать не нужно. Если найду, куплю. И кофе заварить прикажи, если умеете. В докладе отметят, как положительную инициативу. Изя меня как дочку любит.
Проверка витрин и пыльных подприлавков заняла 20 минут, к каждому экспонату необходимо прикоснуться, для уверенного срабатывания сканера. Ничего, чтобы могло выдать сигнал, что зафиксировал включённый поисковый сканер наручного искина. Импульс был единичным, только точный вектор направления и удалось установить. Но он же был. Стол заваленный непонятным хламом не дал результатов, всё в пределах повреждённых изделий из меди и серебра 18–20 столетия отроду, происхождение земное. Никакое изделие, произведённое на родной планете, в этом диапазоне ментальных волн работать не может. Но уверена, что через некоторое время экспонаты после ремонта займут место на витринах. Тут важно недорогого мастера найти.