Фрилансер. Битва за будущее (СИ)

— Но если я раньше времени погнал коней, если считаешь, что не потянешь — скажи, я пойму. И отговорю Фрейю…
— Нет-нет, ты не так понял! Я не хочу отказываться!.. — заверещал на том конце принц. — Просто… Я привык, что мне не доверяют. Вообще, ни в чём. Спасибо тут, в Овьедо, дворец с беженцами доверили, и то дело. А у тебя… Атомная инспекция!..
— Эдуардо, есть подозрения, что кто-то «увёл» несколько боеголовок, чтобы сделать термояд. Тот самый, от которого словно бутон цветка недавно раскрылся целый купол. Всё серьёзно.
— Вот и я о том же, всё слишком серьёзно для маленького меня. Но… Хуан, я не подведу! Сделаю всё, что от меня зависит, просто имей в виду, что могу и знаю я очень мало. Но буду стараться, честно! Когда вылетать?
— Сейчас, Фрейя состыкуется с военными, согласуете с ними. И подбери время прилёта на объект так, чтобы ты прилетел только после приземления группы Сто двадцать первого. Ну… Во избежание. Мало ли?
— Понял.
* * *
Я меняю будущее. Меняю подход, систему восприятия, систему отдачи и приёма команд, принятия решений. Именно это и хочу сделать — чтобы будущее стало лучше. То есть, прекрасным. Прекрасное далёко… Снова пророческая песня, но я не удивляюсь. Наставница сказала чётко, у меня есть способности. Да, не ас вроде неё и коллег, ТАК не смогу. Но меня постоянно будет обуревать пожар изнутри — будут прорываться и сжигать оные способности. По её словам, кто-то находит себя в творчестве — выплёскивает способности на бумагу, или в виде снятого фильма, или написанной музыки. И я, не став биоэнергетиком, отказавшись идти по этому пути, чтобы не сгореть, буду вынужден топить себя в творчестве. Это для таких нормально. И вот тут и прорывается всякая сверхъестественная хрень, которую невозможно объяснить, но которая кажется предельно логичной, если присмотреться к моей персоне поближе. Подсказка свыше? Да, можно сказать и так. Но на самом деле нет — я просто думаю в каком-то направлении, делаю что-то в этом направлении, и сигналы «свыше» приходят именно с этого направления, в котором работаю. Всё в мире взаимосвязано, магии не существует. А раз так — то это не знак и не подсказка, а инструмент. Ага, вот эта старинная лирическая песня про будущее, поющее нам серенаду издалека — мой инструмент в собственном творчестве. Будущее благодарит нас, что мы его исправили. Оно светлое, в серебряной росе, ибо мы в нём победили… И хочется верить, что у нас на самом деле всё получится.
Но для этого надо работать. Много работать! В том числе используя инструменты и механизмы, которые никто, несмотря на то, что решение на поверхности, в околотронной клоаке до сего момента брать на вооружение не решался. И сделать это по большому счёту могу только я… И Адриано, без вариантов.
Три пробирки. Запаяны сверху — безопасны. Толстое небьющееся стекло. Спешить пока некуда, Алиса совсем недавно отдала приказ, и членов совета директоров клана Рубио её орлы сейчас задерживают и везут в офис их главной клановой компании, всё в процессе. Приказ об этом Фрейя выпустила под утро, такая реакция, учитывая бюрократию, это скорее быстро, чем наоборот. Изабелла по моим подсчётам в текущий момент должна доехать до оного офиса и навести там шороху, взяв здание под полный контроль — с нею аж четыре группы клановых бойцов — на всякий случай. И мне надо туда, без вашего покорного слуги священнодействие не начнётся… Но вначале политика. Союз с потенциальным очень сильным в своей сфере партнёром. А ещё… Я не хочу класть все яйца в одну корзину. И даже готов смириться с утечкой и сам «слить» инфу и готовящейся Союзом бомбе, но не полагаться всецело только на наших армейских аналитиков, кто там на кого в их среде работает — тот ещё квест всё выяснить. Но даже если там нет предателей… Атомнадзор анализ сделает, отчитается, и если это действительно тяжёлый гидрид лития — подтвердит… Но они — чиновники. Не надо их недооценивать, как и перехваливать тоже не надо. Они видят забор — и описывают забор, и видеть, что делается за забором — не их проблема. А мне нужна более полная картина, с раскладам по перспективам. А потому через час (Альфа толком ещё не ожила, а уже такие пробки, ё-моё!) после разговора с Эдичкой мой кортеж парковался у памятного ресторанчика в куполе Манзони, рядом и их высоткой. Охрана юркнула внутрь, проверка, и голос в ухе:
  
— Чисто!
— Выхожу.
Вылез из машины, вошёл внутрь. Неудобно так, если честно, когда вокруг тебя постоянно толпа, плотное кольцо охраны. Иногда совсем не завидуешь королеве, которая живёт в таком режиме нон-стоп более двадцати лет. Но что делать, положение главаря банды обязывает (вот Марифе сволочь, теперь эпитет не отвяжется!)
Манзони охрану убрали — как и просил. Доверяют. Моя же прошлась, всё проверяя, по помещению, затем все, кроме Сюзанны и четырёх её кобылиц, разошедшихся в разные стороны чтоб не мешать, удалились.
Будущий друг сидел за столиком в центре, и, что удивительно, его сервировали фруктами. Правда только фруктами — еды не было.
— Безопасно, сам при тебе что хочешь съем, — понял он о чём думаю по взгляду, взял с блюда красивый манго и откусил. Вокруг брызнул сок, рука его стала липкой, но я на такое лишь поддерживающе улыбнулся. Подсел и взял с подноса гуаву. Тоже откусил, но у меня не брызнуло.
— Зачем хотел видеть? — Глаза Адриано были усталые, но полны живого интереса. Ни «здрасьте», ни «до свидания», но это как раз не заботило от слова «вообще». Для нас именно так общаться — норма.
— Вопрос первый, как дела со взрывотехниками? — Это скорее был дежурный вопрос, и будущий друг это понимал.
Пожатие плеч, причём неуверенное.
— Работаем. Успехи есть, но проблема пока не решена. И это… Шимановский… Мы тратим на решение много денег. Неприлично много денег. Своих. С которых не будем иметь прибыли. Даже в ноль не отобьёмся. Понимаешь, о чём говорю?
Я пожал плечами.
— Именно потому, что вы вкладываетесь за свой счёт, и вам нужно будет что-то предложить для покрытия расходов, у меня второй вопрос. Скажи, ты хочешь вернуть свою семью в Большую Политику? Большую это значит не только планетарного масштаба, а вообще?
Пауза, обалдение, Адриано на время даже челюстями двигать перестал. А манго был очень сочный, рот его тоже уже весь сладкий. И даже на белоснежную рубашку капнуло.
— Если скажу «нет», ты поверишь? — усмехнулся он, поняв по моему лицу, что я не насмехаюсь и не «простреливаю» пробным.
— Разумеется. — Я отложил надкусанную гуаву на пустое выставленное передо мной блюдо, вытер руки влажной салфеткой, кои также предлагались на столе, и вытащил из внутреннего кармана две из трёх пробирок. Молча поставил их на стол. Манзони ждал комментариев, но с вопросами лезть не спешил.
— Адриано, не буду спрашивать, насколько хороша тут система прослушки и подавления, — начал партию я. — Но если она не идеальна — вы ничего от моего предложения не получите, да ещё и огребёте. За «утечку».
— Продолжай. — Глаза будущего друга сжирали пробирки, хотя он вряд ли понимал, что это. Просто представлял масштабы новой предлагаемой мною интересной игры на высшем планетарной уровне. Глаза его предвкушающе блестели, как у заправского наркомана при виде дозы.
— Это только что, час назад, изъято на складе временного хранения, — продолжал я. — Груз оставлен индо-пакистанской бандой, плотно работающей и с Землёй, и с коллегами со всего Востока на Венере, широкого спектра национальностей. Первое — хочу, чтобы вы всё-всё по этому порошку проверили. Вообще всё, включая фамилию начальника смены, при котором это было произведено, если достать такую информацию вдруг получится. И второе — у тебя редкий шанс. Если по порошку всё подтвердится, да плюс ваши инвестиции во взрывотехников… За сотрудничество с нами ты можешь затребовать кучу плюшек. И Фрейя (за королеву говорить не могу, но когда очнётся может стать поздно) их удовлетворит.
— То есть могу очень хорошо поторговаться, — задумался он.