Попаданкам не изменяют, дорогой дракон, или Замуж за истинного (СИ)

Ах, какая-то часть меня уже хочет разрыдаться, всё и всем рассказать. Всё то невозможное, что со мной произошло за последние дни. Пусть сами разбираются. Мне тяжело, я совсем теряю себя. С каждым шагом ступать всё сложнее. А что будет дальше?
Все суетятся из-за парада, на котором королевская семья вместе со мной должна посетить самые важные точки королевства Файрэ-Лира. Мало мне монстров вокруг, впереди маячит ещё один клубок змей…
А Ричард… Он сказал, что отпустит меня. И плакал в коридоре вчера. Когда я водой ускользала из его рук.
Что если он решил, что освободить меня навсегда и точно способ только один?
Может быть, тот его призрак, что просил меня перевязать рану, его явление… может быть, это было прощанием?
— Принцесса? — холодный, низкий до одури голос генерала заставляет меня вздрогнуть и резко обернуться.
— А-а, — слетает с губ, — это вы, лэрд Риордан…
Я совершенно не помню, было ли какое-то общение у Виктории с этим статным, красивым (они похоже все красивые по-мужски — особенность такая) драконом. Или они знакомы только на формальной ноте?
Придётся импровизировать. Как и всегда.
Я натягиваю на лицо улыбку, средненькую такую, посредственную, максимум, на что сейчас способна. Да, рыдать хочется, что-то чем дальше, тем чаще, но второй шанс мне дан не зря, а если буду расстраиваться, расстроятся и фэйри, а если фэйри расстроятся, то…
В общем, их гневливое, голографическое выражение лица — последнее, что я увижу в своей новой жизни.
И никакие хлопанья ресницами не спасут.
Дракон с жадностью осматривает меня, пока я пытаюсь выделать из своей мимики что-нибудь приемлемое.
— Что вы здесь делаете? Хотите убедиться, что орки не нападут на Её Величество из засады? — сложив руки на груди, ехидничаю я. Сложны в мире всего две вещи: протиснуться в игольное ушко и балансировать на грани сложного характера принцессы. — И что показали замеры?
Он хмыкает. Ни один мускул на его мужественном, суховатом лице не дрогнул. Глаза такие же ясные и живые, как у принцев, кажутся мне менее человеческими. Есть что-то в них одновременно и слишком сложное для восприятия человечки и слишком примитивное, животное, необузданное.
— Ничего особенного, как понимаешь, это стандартная процедура, — вроде ничего такого Риордан не говорит, а у меня по телу бегут мурашки. Может быть, дело в его голосе, или стате, или взгляде… Чёрт его знает, но мне это не нравится.
Впрочем, мне стоит сосредоточиться на словах. Стандартная процедура? Ой ли…
Скорее всего, королева не может прибыть в мои гнилые покои прямо сейчас, она ведь явно занятая особа, а очень хочется, поэтому припёрла братца — собирать сплетни.
Озвучивать свои мысли я, конечно же, не собираюсь, и миленько так улыбаюсь. Дракон же продолжает:
— Но было кое-что странное. Я полагаю, беглый преступник, нарядившийся военным. Якобы присланный сюда для того, чтобы разведать обстановку. Ничего не знаешь о нём?
— Н-нет… — говорю от волнения, с дуру, проще говоря. И на шатких ногах-ходулях подхожу к кровати, чтобы скромно устроиться на уголке.
Чёрт. Да ведь я же сама записку писала. Как теперь отвертеться?
И ведь, правда, отличный был план, если бы дракон не заявился в Файв-Улл сегодня же!
Дьявол…
Он делает шаг ко мне.
Полагаю, что обычно принцесса Виктория должна принимать гостей в других комнатах, но представители короны шастаются направо и налево прямо в спальню.
Некоторое ещё и двери выбивают…
При мысли о Ричарде скручивается в узел что-то на дне желудка.
Я с трудом сглатываю и поднимаю на лэрда Риордана глаза.
Он ухмыляется. Но вовсе не так широко, обаятельно и дерзко, как остальные драконы, с которыми я уже успела познакомиться.
О, нет, в исполнении Риордана усмешка — это лишь суровый намёк. Тень призрака.
Хоть с линейкой за ним ходи и измеряй эмоции…
— Странно, а письмо было написано от вашего имени. Вашим почерком. Что скажете на это, принцесса Виктория? Кто. Такой. Евпатий?
В последнем его вопросе есть жёсткий, не терпящий увиливаний оттиск. Даже страшно становится. И я дохожу до того, что думаю снизойти до полуправды. Но испытующий взгляд слишком сильно приковывает моё внимание, слишком сильно заставляет напрягаться.
 
Спина прямёхонькая, губы плотно сомкнутые, брови слегка приподняты. Это я про себя.
Мол, Евпатий?
Какой ещё Евпатий?
— Ви! — вдруг кричит Риордан, почти что гаркает. Я вздрагиваю от неожиданности и осознания, что общение всё-таки не было формальным. Ви… Будто бы так её мог звать кто-то относительно близкий.
Но… Ведь не было же и с ним у этой женщины отношений?
Учитывая, что здесь ещё где-то меня дожидаются мужчины из гарема — не удивлюсь.
Впрочем, генерал не выглядит как человек, которого устроила бы роль любовника.
— Ваш сын, — отвечаю я, всё никак не решаясь начать распутывать клубок вранья. Потому что не знаю, кто этот дракон на самом деле такой и какие цели он преследует. Не знаю о его совместном с Викторией прошлом. И просто не могу расслабиться.
Риордан по-тёмному так ухмыляется, снова с какой-то будто бы натугой, словно каждая его мышца стальная и вовсе не податливая, несмотря на плавящий жар, исходящий от мужчины.
— Да, так зовут моего старшего сына, — произносит он сурово. — И да, действительно, принцесса Виктория, почерк не ваш.
Его глаза сверкают золотистым. Я невольно вздрагиваю. Снова.
Потом и вовсе покрываюсь неприятными пупырками страха.
Чёрт.
Это хорошо или плохо? Рука сама выводила нужные строчки на официальном языке Файрэ-Лиры — рэлире. Поэтому я не подумала, что почерк может сильно отличаться. К тому же управляющий Йоханн ничего не заподозрил.
— Хотите сказать, — произношу взволнованным шёпотом, — кто-то подделал письмо от моего имени, пытался подражать моему почерку?
Я поправляю юбку, словно беспокоясь о собственной безопасности.
— Но кому могло такое в голову прийти и ради чего, генерал? — слегка хмурюсь.
Не надо думать, что я хорошая актриса, меня трясёт по своим причинам, я просто имею долю самообладания, чтобы использовать это на своё благо. Но надолго меня не хватит. На самом деле… всё так странно… С Ричардом и даже Скайлером я чувствовала себя свободно, словно что бы ни сказала и ни сделала, попаду в нужную волну и не вызову подозрений. Да, мой муж постоянно странно смотрел на меня. Но наши головы затуманены истинностью. А остальные, включая слуг, будто бы и не заметили подмены. Риордан же будто каждое мгновение сомневается в том, что я — это она. Возможно, я себе всё это надумала, но не с кем другим мне не приходилось так судорожно балансировать на краю, никто не прожигал таким жёстким взглядом. Без издёвки, без желания, как другие драконы… Нет, этот играет в инквизитора. И я сегодня его прекрасная жертва.
Он слегка дёргает углом губ (вспоминаем про линейку).
— Да, я отдал письмо на экспертизу. Почерк подделан почти идеально. Но всё же некоторые буквы написаны странным образом, нетипичным для вас, принцесса Виктория, — тут уже мне чудится, что он меня раскусил, поскольку на этом «принцесса…» сделал нешуточное такое ударение. — И не под тем углом… В общем, налицо нечто странное. Времена сейчас не спокойные, сама знаешь, у соседей беспорядки, скоро парад, а тут ещё и прекрасная новость об истинной связи… Я здесь, чтобы взять ситуацию под контроль. Но прежде чем сделаю это, нужно понять, что именно происходит.
Я киваю немного нервно и даже всхлипываю.
— Да… Надеюсь, что всё разрешится хорошо. Поймайте злоумышленников. А то… мне так страшно. Ещё и от Ричарда нет вестей…
Хлопаю ресницами, невинно смотрю на генерала. Наверное, не в духе Виктории. Но, может быть, он в крайнем случае подумает, что я издеваюсь?
А это уже в характере, уже канон.
Он кивает. Медленно, будто с сомнением.
— Я позабочусь о тебе и твоей безопасности, — произносит с нажимом, — беспокоиться не о чем.