Отверженный VIII: Шапка Мономаха (СИ)

— Вот как только придёт в себя, сразу начнёт радоваться, — съязвил я и принялся выученным ещё в академии заклятием останавливать немке кровотечение.
— Кто это, вообще, такая?
— Понятия не имею. Представилась баронессой фон Мальтиц, но я не уверен, что это её настоящее имя.
— А почему она голая лежала на твоём диване? — продолжила сыпать вопросами моя девушка.
— Хотела меня соблазнить, — честно ответил я.
— Зачем?
— Я не меньше тебя хочу знать ответ на этот вопрос. Ты же понимаешь, что я не такой идиот, чтобы приглашать девушек для развлечения, зная, что с минуты на минуту прибудешь ты?
— Но она лежала голая на твоём диване. Как она на него попала?
— Я её туда положил, — признался я и, поняв, что это не только ничего не объясняет, а лишь больше запутывает ситуацию, добавил: — У меня много вопросов к ней. Я планирую допросить её с ментальным воздействием, если хочешь, можешь присутствовать при допросе, и сама спросить её обо всём, что тебе интересно.
— Хочу.
— Ну, значит, договорились. А сейчас давай не будем терять время попусту. Бабушка тебе рассказала, что здесь со мной произошло?
— Вкратце. Сказала, что надо помочь тебе кого-то найти и допросить. Ну и приглядеть за тобой, чтобы глупостей не натворил.
— Что-то я сомневаюсь, что она про глупости говорила, но сделаю вид, что поверил тебе. Сейчас мы отправим баронессу фон Мальтиц к бабушке в башню, и надо уходить из отеля побыстрее. Найдём укромное место, поставим маяк, дождёмся Тойво с Дьянишем и уже вместе будем думать, как нам выполнить задачу.
Я достал мешочек с кристаллами, активировал портал, надел на шею Каролине артефакт и принялся ждать, когда врата полностью сформируются. Дождавшись, взял баронессу на руки и закинул в портал вторую за вечер красивую обнажённую девушку. Представил, как удивятся дежурные в башне, и невольно улыбнулся.
— Сколько у нас есть времени, чтобы покинуть отель? — спросила меня Мила.
— Чем быстрее, тем лучше, — сказал я. — А что?
Вместо ответа, Мила крепко обняла меня и поцеловала.
«Минут пятнадцать — двадцать точно есть», — подумал я, расстёгивая тренировочный костюм своей девушки.
И в этот момент раздался стук в дверь.
  
Глава 22
 
Стук повторился. Я вздохнул и застегнул молнию на костюме Милы. Стучали негромко, но настойчиво и долго — секунд тридцать, практически без перерыва.
— Кто это может быть? — шёпотом спросила Мила, когда стук прекратился.
— Не знаю, — ответил я.
— А какие мысли на этот счёт?
— Нехорошие.
— И что будем делать?
— Бежать.
— Не скажу, что план оригинальный, — заметила Мила. — Но проверенный. Только вот как мы будем отсюда бежать? Мы, вообще, где находимся?
— В отеле в центре Стамбула, — ответил я. — Сейчас придумаем, как бежать, но сначала надо кое-что найти.
Я подошёл к тому месту, где раздел Айше перед отправкой порталом, поднял её платье, протянул Миле и сказал:
— Тебе надо будет его надеть.
— Для чего? — поинтересовалась Мила.
— Чтобы быть максимально похожей на одну девушку.
— Ну после того, как меня перекрасили в чёрный цвет, я поняла, что мне надо быть на кого-то похожей. Но для кого предназначен весь этот маскарад? Мне обязательно переодеваться прямо сейчас?
— Можно позже.
— Это хорошо. Если придётся драться, не хотелось бы это делать в платье.
Мила аккуратно сложила платье, а я тем временем нашёл и выпотрошил сумочку Айше, вывалив всё её содержимое на столик. Добыча мне досталась следующая: телефон, пульт от автомобиля, связка ключей, кошелёк с платёжными картами и какой-то документ в виде пластиковой карты с фотографией госпожи Доган — возможно, удостоверение личности. Больше ничего ценного и интересного в сумочке не оказалось.
Мила взяла документ и с интересом его рассмотрела, точнее, фотографию на нём, после чего сказала:
— Если надену очки, чтобы скрыть форму глаз, и втяну щёки, то очень даже сойду за неё. Документ выдан шесть лет назад, за такое время человек меняется. А богатый человек тем более.
 
— Ты по фотографии определила, что она богатая? — поинтересовался я.
— Я определила это по машине, — ответила Мила, разглядывая пульт от автомобиля, который потом положила в карман вместе с документом.
А я распихал по своим карманам всё остальное. Телефон был заблокирован, но я всё равно решил забрать его с собой — на всякий случай. Но только я положил его в карман, как он тут же зазвонил. Я достал аппарат, посмотрел на экран — на нём высветилась незнакомая мне фамилия, судя по всему, турецкая. Впрочем, звонить мог и фон Лангерман — мало ли как его обозвала в своей записной книжке Айше. Сбрасывать звонок я не стал, просто вернул телефон в карман и спросил Милу:
— Насколько хорошо ты говоришь по-турецки?
— Достаточно, чтобы меня понимали, и я понимала других, но моих знаний не хватит, чтобы сойти за турчанку, — ответила Мила.
— Это не нужно, — сказал я. — Нам понадобится, чтобы ты лишь объяснила охране коттеджного города, в какой коттедж держишь путь.
— До этой охраны надо ещё добраться, — резонно заметила Мила. — Ты решил, как будем отсюда уходить?
Ответить я не успел — снова раздался стук в дверь, только в этот раз либо стучали кулаком, либо, вообще, пинали. Похоже, кто бы там в коридоре ни находился, он не заботился о том, чтобы его действия не привлекали внимания. В подтверждение этим моим мыслям следующий удар в дверь был похож на удар тараном. Или каким-то другим тяжёлым и твёрдым предметом.
Защита работала, в том числе и защита от физического урона, но я понимал, что всё это относительно. Все заклятия, наложенные мной и Дьянишем, хорошо укрепили дверь, но вовсе не превратили номер в неприступную крепость. И как долго продержится дверь, зависело от навыков тех, кто пытался её выбить. Я очень надеялся, что она не подведёт и продержится до тех пор, пока я что-нибудь придумаю.
Дверь не подвела, а вот дверной проём оказался не готов к столько яростному напору — после очередного удара закрытая дверь вместе с коробкой и куском стены влетела в номер. При этом сама дверь была целая и невредимая, на ней ни царапинки не было.
Глядя на это, я схватил свою девушку за руку и крикнул:
— Уходим в сдвиг!
Мила одобрительно кивнула. Она могла всё это сделать сама, но в случае ухода в сдвиг по отдельности, мы не смогли бы видеть друг друга и лишились бы возможности коммуницировать. А нам надо было обсудить ситуацию и придумать, как из неё выйти.
Я быстро начитал заклинание для ухода в сдвиг с «пассажиром», и наступившая почти сразу же звенящая тишина подтвердила, что у меня всё получилось. В этот момент в номер ворвались двое мужчин. У одного из них я сразу же заметил заклинание каменной руки. Видимо, он своим гранитным кулачищем, размером с голову быка, и выбил дверь с фрагментом стены.
— Выходим в коридор и бежим к пожарной лестнице, — сказал я Миле. — Артефакты контроля уже явно сработали, ещё когда нашу дверь ломали, поэтому нет смысла осторожничать. Теперь нам надо как можно быстрее добежать до машины.
— И уехать до того, как прибудет полиция и спецслужбы, — добавила Мила. — Думаю, их уже вызвали.
Я тоже был уверен, что служба безопасности уже вызвала всех, кого положено вызывать в случае применения боевой магии в стенах отеля. Ведь помимо того, что явно сработали артефакты магического контроля, ещё и по камерам было видно, как выбивали нашу дверь.
Тем временем два незнакомца, проникнувшие в наш номер, быстро его обошли и, не обнаружив нас, принялись довольно эмоционально разговаривать. О чём — мы слышать не могли, да и не важно это было по большому счёту.
— Побежали! — сказал я Миле.
Мы одновременно выскочили в коридор, и тут же я услышал доносящуюся из номера ругань. Означать это могло лишь одно — мы вышли из сдвига. Похоже, в коридоре стояли не только артефакты контроля, но и подавители магии. Правда, было непонятно, как выбивший нашу дверь здоровяк, получил каменную руку, но это меня сейчас вообще не должно было волновать. Сейчас все мои мысли были о том, как нам убежать от фон Лангермана; я нисколько не сомневался, что боевых магов ко мне прислал барон.