Отверженный VIII: Шапка Мономаха (СИ)

Ехали примерно полчаса, и уже в дороге я выяснил, что мы с Каролиной остановились в одном отеле. Сначала я удивился такому совпадению, но Айше сказала, что это лучший отель в районе Стамбульского Государственного музея. После этого совпадение перестало казаться странным — было логично, что и мне, и баронессе подобрали отель недалеко от места, в котором нам предстояло провести довольно много времени.
Не успел водитель заглушить двигатель на стоянке перед отелем, как у двери микроавтобуса появился охранник баронессы — видимо, всё это время дожидался нас, боясь пропустить приезд хозяйки. Он распахнул дверь и протянул в салон руку, приглашая Каролину на выход. Я уже приготовился долго ждать, но юная баронесса быстро выскочила из салона. Можно даже сказать, очень быстро. Я, прихватив сумку, вышел следом.
Отель был большой и очень красивый. Когда мы вошли внутрь, в глаза бросилась не столько роскошь, сколько изысканность этого места. Во всём чувствовался стиль — от деталей интерьера до униформы персонала. На ресепшене скучали несколько красивых девушек, к одной из них подошли мы с Айше, к другой — баронесса со своим охранником.
Управились быстро: я показал сотруднице отеля паспорт, она проверила мою бронь по базе и тут же выдала мне магнитный ключ от номера. Каролину оформляли немногим дольше. Айше дождалась, когда немка получит ключ, после чего обратилась к ней:
— Завтра у нас выходной, советую потратить этот день на знакомство с нашим городом и его достопримечательностями. А послезавтра жду Вас в десять часов утра в академии. Встречаемся у центрального входа. Или в девять пятнадцать здесь в лобби отеля — я приеду за Робертом и могу забрать Вас.
— Её Сиятельство приедет в академию, — сказал охранник баронессы.
— Я поеду с Робертом! — отрезала Каролина.
Охранник спорить не стал — лишь бросил на меня недовольный взгляд, будто я был в чём-то перед ним виноват. А мне, если уж на то пошло, и самому не нравилось, что эта странная девушка уделяет мне слишком много внимания.
— Тогда до послезавтра! — улыбнувшись, Айше попрощалась с баронессой и, ловко выхватив у меня из рук пластиковый ключ, направилась к лифтам, я поспешил за ней.
Мой номер находился на четвёртом этаже, и это меня немного расстроило — я люблю красивые виды с верхних этажей. Но я быстро напомнил себе, что приехал не развлекаться, расстройства и след простыл.
Выйдя из лифта, мы с Айше прошли почти в конец коридора — к моему номеру; красавица открыла магнитным ключом дверь и вошла первая, я сразу за ней. Осмотрелся. Разумеется, с тем гостиничным номером, куда мы прибыли телепортом, этот даже сравнивать было нельзя. Это был если не президентский номер, то уж точно какой-то суперлюкс. Очень уж он был большой и богато обставленный.
— Президентский номер, — сказала Айше, прошла на середину огромной гостиной, положила магнитный ключ на массивный деревянный стол и добавила: — В нём однажды останавливался сам Конрад Зигфрид Виттельсбах.
Я даже примерно не представлял, кто это такой, но на всякий случай многозначительно кивнул, после чего заметил:
— Очень красиво, но я бы без проблем остановился в номере попроще.
— Номер попроще нам не подходит, — пояснила Айше. — В отеле запрещено использование магии, повсюду стоят артефакты контроля. И лишь в нескольких номерах магия разрешена. По периметру, конечно, стоят блокировщики, но внутри можно делать всё, что не нанесёт урона отелю. Мне было велено поселить Вас в таком номере.
Видимо, Александр Петрович опасался, что в обычном номере без возможности наложить на себя различные защиты я буду слишком уязвим. И мне такой подход нравился. Вообще, получалось, что я могу каждый вечер порталом уходить домой, а возвращаться поутру. Как показала практика на примере Хусейна, проспавшего у себя дома переворот в каганате — это идеальный вариант обеспечения безопасности на ночь.
Но всё же отправляться домой на ночь не стоило. Раз Айше не сказали, зачем я прибыл, значит, ей не доверяли. А раз ей не доверяли, то ожидать от неё можно было чего угодно. Например, в номере могла быть установлена скрытая система видеонаблюдения, которую никакая магия не помогла бы вычислить. Безусловно, такие предположения отдавали паранойей, но лучше было перестраховаться и не показывать, что обычный немецкий студент, пусть даже и аристократ, владеет пространственной магией.
 
Я подошёл к дивану и бросил на него сумку, мельком взглянул на себя в зеркало. С непривычки вздрогнул — ну не успел я ещё свыкнуться со своим новым образом. Вроде изменения были не такими уж и большими, но они были, и из зеркала на меня смотрел чужой человек. От мыслей о моей новой внешности меня отвлекла Айше.
— Мне нужен Ваш студенческий билет, — сказала красавица. — С паспорта я сняла копию, но билет лучше предъявить в оригинале.
— Кому предъявить? — не понял я.
— В дирекцию Государственного музея, — пояснила Айше. — Я сейчас поеду оформлять Вам допуск в музей и его хранилища, чтобы Вы могли попасть туда на выходных и близко ознакомиться с интересующими Вас экспонатами.
Я быстро достал из кармана студенческий билет и протянул его Айше, она забрала документ и с сожалением произнесла:
— А выходной в музее уже завтра.
— Это плохо?
— Если не успею сегодня оформить допуск, то не очень хорошо — придётся ждать неделю до следующего выходного.
— А в обычный день туда нельзя попасть?
— Можно. Но только в часы работы музея — с девяти до девятнадцати. При скоплении народа Вы сможете посмотреть на интересующие Вас предметы лишь с расстояния. А в выходной в музее никого, кроме охраны, нет. Понимаете, что это значит?
— Понимаю, — ответил я. — И, конечно, лишнюю неделю здесь сидеть не хотелось бы.
— Поэтому я постараюсь сделать допуск сегодня и избавить Вас от такой необходимости.
— Благодарю Вас, госпожа Доган.
— Для тебя Айше.
Это было неожиданно — такой резкий переход на ты. Я, признаться, растерялся, а восточная красавица улыбнулась и посмотрела на меня таким чувственным взглядом, что у меня к горлу подкатил ком.
— Ты же не студент, зачем нам эти формальности? — негромко произнесла, практически прошептала, Айше, посмотрела мне прямо в глаза и снова улыбнулась.
— Незачем, — ответил я и улыбнулся в ответ.
Она смотрела на меня, я — на неё. Теперь я позволил себе рассмотреть госпожу Доган очень хорошо.
Несмотря на мой ещё довольно молодой возраст, я видел уже много девушек и женщин. Видел красивых, при виде которых на лице невольно возникает улыбка, которыми хочется любоваться и любоваться; видел сексуальных, чей вид заставляет учащённо биться сердце, кого хочется поскорее затащить в постель; но Айше не принадлежала ни к тем ни к другим.
Она была красива, сексуальна, но помимо этого, в ней была ещё невероятная убийственная харизма и какая-то тайна. Айше больше всего походила на эдакую femme fatale — чарующую, сводящую с ума, желанную, но при этом неприступную и загадочную. При виде такой женщины многие мужчины чуть ли не теряют рассудок и готовы сделать всё, что она попросит. Не ради секса или расположения, а просто потому, что она попросила.
«Надо очень любить искусство, чтобы с такой внешностью и харизмой работать помощницей директора музея, — подумал я. — Или это не основная её работа».
Красавица тем временем снова улыбнулась и посмотрела на меня уже по-другому — словно пыталась во мне что-то разглядеть. Она протянула руку к моему лицу, осторожно провела пальцами по моей левой щеке и произнесла всё тем же тихим бархатным голосом:
— Ты мне сильно кого-то напоминаешь, но вот не могу понять, кого.
Руку от моего лица Айше не убрала — так и продолжала держать ладонь на моей щеке и смотреть мне в глаза, обезоруживающе улыбаясь. Сердце моё забилось чаще, и меня бросило в жар. Это было удивительно и непривычно.
Сначала я ничего не мог понять, а когда разобрался, то пришёл в восторг от этой женщины. Как же здорово она работала, с каким профессионализмом всё провернула. Я даже невольно улыбнулся от восхищения. И, чего уж греха таить, мне было приятно, что я её раскусил.