Отверженный VIII: Шапка Мономаха (СИ)

И вот осталось лишь несколько часов до момента, когда клинок принесут Эджертону в руки. Почти в руки. Конечно, просто так его никто не отдаст, за меч придётся драться, но это уже были мелочи; герцог всё продумал, он был уверен, что всё пойдёт по плану, по его плану, и в этот день знаменитый меч сменит хозяина. Премьер-министр откинулся в кресле и закрыл глаза. Так он и просидел до прихода секретаря — предвкушая скорое обладание знаменитым мечом.
Секретарь быстро забежала в кабинет, поставила на стол перед шефом поднос с чашкой чая и сэндвичем на тарелке и молча покинула кабинет. Когда за секретарём закрылась дверь, Эджертон открыл глаза, взял чашку и сделал несколько глотков. К сэндвичу он не притронулся — оказалось, что от волнения аппетит пропал напрочь.
Премьер-министр подошёл к двери кабинета и наложил на неё магическую печать, чтобы никто не мог проникнуть внутрь. После этого он направился к одной из стен и начитал заклинание — на стене тут же проступили очертания двери. Дождавшись, когда заклятие иллюзии полностью спадёт, герцог приложил к двери руку, та тут же засветилась и спустя несколько секунд немного отошла. Эджертон толкнул дверь, вошёл в образовавшийся проём и оказался в небольшой пустой комнате.
Закрывшись изнутри, герцог начитал ещё одно заклинание, после чего одна из стен засветилась, стала прозрачной и исчезла, открыв ещё одну небольшую комнату. В этой комната стоял сейф — огромный, квадратный метра по два в высоту, ширину и глубину. На двери сейфа располагалось несколько замков, сам он переливался от наложенных на него различных заклятий. Эджертон осторожно обошёл сейф, приложил руку к стене за ним и начитал очередное заклинание. В стене что-то щёлкнуло, но внешне ничего не произошло. Однако герцог протянул к стене руку и… рука прошла сквозь стену в расположенный за ней тайник. Когда премьер-министр вытащил руку обратно, в ней был небольшой золотой футляр. Эджертон открыл футляр и достал из него крупный бриллиант, весом более ста карат в платиновом обрамлении и на толстой платиновой цепи.
Это была главная ценность Гарольда Эджертона, самое дорогое, что у него было — бриллиант Кохинур, один из пяти Великих магических артефактов.
Как же нелегко было герцогу в своё время заполучить этот артефакт. Сто лет назад, когда в мир вернулась магия, Кохинур украшал корону английского короля Карла Пятого, как до этого украшал короны его предков более трёхсот лет, делая каждого короля или королеву Англии сильнейшим магом империи, а заодно и всего мира.
С возвращением магии Кохинур вновь превратился из королевской реликвии в могущественный артефакт, однако Карла Пятого ждал неприятный сюрприз — в отличие от своих предков, он обладал очень слабым даром. И даже Великий артефакт не помог изменить ситуацию.
За первые пять лет после возвращения магии несчастный король смог продвинуться лишь до девятого уровня. И это несмотря на постоянные тренировки, кучу амулетов и сильнейший родовой источник Виндзоров. Возможно, дело было в преклонном возрасте Карла Пятого, а может, Сила просто по какой-то одной ей ведомой причине, решила, что с него хватит и девятого уровня.
Так или иначе, империя оказалась в опасности. На фоне усиливающейся под боком у Британии Священной Римской империи с молодым и чрезвычайно одарённым в магическом плане императором и встающим за океаном на ноги Ацтланом это было опасно. Но главное — Вильгельм Пятый и Хосе Первый, обладали не только сильным даром, но у каждого из них был Великий артефакт.
И в отличие от английского короля, императоры Священной Римской империи и Ацтлана могли использовать силу своих артефактов по полной. Над Британией нависла угроза. Во главе империи нужно было срочно поставить великого мага, но таковых в наличии не было. Единственная наследница Карла Пятого — его дочь Виктория Вторая, хоть и была более одарённой, чем отец, но тоже в плане магии звёзд с неба не хватала. По всем показателям пределом Виктории мог стать шестой уровень. Это означало неминуемую катастрофу в будущем, возможно, в ближайшем. Без великого мага у Британии не было никаких шансов снова стать великой империей.
 
Единственным шансом как-то исправить ситуацию и получить великого мага, не меняя королевской династии, было — назначить очень сильного мага на должность премьер-министра, сделав его правой рукой монарха и передав ему Кохинур. Дело было за малым — найти такого сильного мага. И не просто сильного, а такого, которому можно было бы доверять, который не заберёт вслед за великим артефактом у короля ещё и корону.
Тут-то и взошла звезда молодого Гарри Эджертона. Ученик мастера Ёсиды, один из первых одарённых новой эпохи, он был одним из сильнейших магов мира в первые годы после возвращения магии и едва ли не самым сильным в Британии. Помимо этого, в нём текла кровь уважаемого рода, и он был патриотом Англии. Риски, конечно, были, но альтернативы не было.
В итоге после довольно быстрых переговоров Эджертон заключил договор с королевской семьёй. Договор, по которому ему передавался в пользование Великий артефакт — бриллиант Кохинур, а герцог принимал на себя обязательства верно служить английской короне до конца своих дней и вернуть артефакт королевской семье, если по какой-либо причине не сможет или не захочет больше нести службу.
Договор заключили, и Кохинур, который был главным украшением королевской короны, покинул своё место; вместо него поставили замену, а артефакт передали Эджертону. И на этом же артефакте молодой Гарри принёс клятву все свои силы отдавать служению короне и империи.
Правда, был один нюанс. У всех Великих артефактов имелась одна особенность — они не могли просто так сменить хозяина. То есть, формально сменить они, конечно же, могли, но вот полностью раскрыться у нового владельца — нет. Пока был жив предыдущий владелец, это было исключено. Этот момент сильно настораживал Карла Пятого, после передачи Кохинура Эджертону король почти сразу же отрёкся от престола в пользу дочери и поселился в удалённом замке в Уэльсе, окружив себя многочисленной охраной.
Прожил он после отречения полтора года и покинул этот мир, неудачно упав с лошади на охоте. Произошло это всё в разгар англо-испанского вооружённого конфликта за Гибралтар. Эджертон не был причастен к гибели бывшего короля, не раз об этом заявлял, но ему мало кто поверил. Особенно подозрения усилились после того, как Гарри прибыл в Гибралтар и в одиночку при помощи Великого артефакта разбил отряд самых сильных на тот момент испанских магов и восстановил суверенитет Британии над этим городом.
Грязные слухи и несправедливые обвинения в убийстве бывшего короля злили Эджертона, и чтобы обелить своё имя, он решил инициировать независимое расследование происшествия на охоте, повлёкшего гибель Карла Пятого. Гарри собирался заняться этим всерьёз, и он обязательно раскрыл бы тайну. Но в итоге от идеи расследования пришлось отказаться — Виктория Вторая неожиданно попросила его не проводить. Почему — объяснять не стала, но Гарри понял всё без объяснений.
А со временем, когда он стал старше и мудрее и вошёл в пятёрку, а то и тройку сильнейших магов мира, Эджертону вообще стало плевать, что о нём говорят за глаза. Главное — в глаза никто ничего, кроме лести, ему сказать не смел. Даже Виктория Вторая со временем поняла, кто по-настоящему главный в её империи. За это понимание Гарольд Эджертон платил верностью. Как и сто лет назад, он отдавал всего себя служению короне и империи и даже в мыслях не вынашивал планов по захвату королевского трона.
Трон был герцогу не нужен. Единственное, чего ему не хватало для счастья — это меча мастера Ёсиды. И вот, наконец-то, представился шанс этот меч получить, а заодно и избавиться от княгини Белозерской. В своё время Гарри поклялся учителю, что никогда не причинит вреда своим друзьям: Вилли, Нори и Кэтти. Но после того, как мастер вопреки логике, здравому смыслу и, главное, вопреки ожиданиям Гарри отдал свой меч Кэтти, а та его приняла, Эджертон счёт себя вправе не держать обещание в отношении подруги. Что касается Вилли и Нори, в их отношении Гарри был верен своему слову.