Завтра выпадет снег (СИ)

Я уселась на ярко-оранжевый стул и с особым остервенением стала следить за действиями парня. Он технично доставал из шкафов то сахар, то зёрна кофе, то искал ещё что-то. Уже через пару минут он включил машину, та громко крякнула и медленно начала готовку.
– Почему ты изменила своё решение? – испытующе рассматривал меня, впитывал каждую черту и явно наслаждался.
– Захотелось узнать, оправдан ли риск, – я смущённо улыбнулась.
– И как считаешь, он оправдается? – его взгляд из-под полуопущенных ресниц и лисья ухмылка превращали взрослого мужчину в маленького мальчишку, рассматривающего игрушку. Это понимание немного задевало, но я решила не зацикливаться на мелочах и отдаться эмоциям.
– Очень на это надеюсь, – томно выдала я и прикусила для пущей картины губу. Женя сразу прикрыл глаза и помотал головой.
– Перестань так делать, сегодня у нас совсем другая программа на ночь, – укоризненно проворчал он.
Я замерла на мгновение и с опаской оглянулась. Что он задумал? Его с виду доброе выражение лица и должность преподавателя твердили о том, что этот человек не может быть маньяком. Или всё же может?
Он с жадностью следил за моими пытками, за сменой эмоций, которые прямо-таки рисовались на лице, казалось, даже мог читать мысли, всё самое сокровенное. Парень неспеша поставил передо мной чашку сварившегося чёрного кофе, сделал ещё одну порцию для себя и вновь уселся на табурет, выжидающе глядя.
– И что же мы будем делать? – прошептала я едва слышно.
– Говорить.
Он улыбнулся так легко и чисто, что все сомнения и страхи отпали. Женька просто хотел узнать обо мне лучше. Впрочем, у меня имелось аналогичное желание. И я сразу же согласно закивала, пряча лицо над чашкой кофе.
И мы правда просто болтали. Сначала за кофе и печеньем, после перешли в гостиную и в шутливом полулежачем состоянии задавали друг другу вопросы, узнавали чуть больше, приоткрывали завесу тайны.
Как оказалось, в наш город Женя приехал совсем недавно, буквально за неделю до нашего знакомства. Он учился здесь, вырос, впервые влюбился, даже женился и развёлся, а потом уехал пытать счастье в Москву. В столице оставил бизнес и друзей, в срочном порядке перебрался сюда, так как его отец серьёзно заболел. И теперь парень помогал родителю, всячески поддерживал, покупал лекарства и всем обеспечивал. Благо, его компания, оставленная в Москве на попечении друга, приносила неплохой доход. Да и местная работа хоть и оплачивалась не слишком достойно, всё же копейку в карман закидывала.
До глубокой ночи мы лежали на диване: Женя расположился на моих бёдрах и таращился в потолок, рассказывая очередную историю из жизни, а я рассматривала обои и представляла услышанное через призму моей фантазии. Никаких поцелуев, никаких лишних касаний, никакого подтекста. Просто общение.
В окна кухни и гостиной заглянуло солнце, и мы почти сразу отправились в спальню. Женя достал из глубин шкафа одну из своих домашних футболок, и уже через полчаса мы, счастливые и уставшие от простых разговоров, засыпали рядом. В этот раз парень попросил не сбегать из дома раньше, чем нужно, а дождаться его пробуждения.
Всё казалось сказкой. Даже во сне ко мне пришёл Морозов, и мы были вместе.
Утром я проснулась от вкусного запаха и едва слышимого шороха на кухне. Дверь в спальню Женя заботливо закрыл, чтоб не разбудить меня посторонними звуками, и всё же через щель и устаревшую стеклянную вставку я могла различать шаги парня, шкворчание масла на сковороде и его тихие напевы себе под нос.
Я нашла пушистые фиолетовые тапки рядом с кроватью, обхватила себя руками от холода и тихо побрела на поиски парня.
Он и правда готовил. Тряс телом под музыку, льющуюся из наушников, махал лопаткой и устраивал самый настоящий концерт. Женя не стал надевать футболку, ограничился шортами по колено и фартуком, повязанным на голый торс. От зрелища сон как рукой сняло, а на лице расплылась улыбка. Для меня впервые в жизни мужчина готовил. И не что-то там простенькое, а варганил самые настоящие блины!
 
Он так увлёкся процессом, что не заметил меня. А я тем временем успела оценить не только его пыл, но и масштабы бедствия.
Морозов разбросал провиант по кухне. На столе творился чистый хаос: мука кучками лежала то тут, то там, в ней валялись то ли какие-то странные ягоды, то ли мышиные экскременты, то ли вообще шоколадные шарики. Пробовать на вкус я не решилась, поэтому просто села на стул в ожидании чуда.
Через пять минут наблюдения меня наконец заметили.
– Девчушечка, ты чего встала? Рано же ещё! – ворчливо осведомился и застыл в нерешительности с лопаткой в руках. Он и сам уже был весь измазан мукой, отчего я снова улыбнулась.
Это было мило.
– Захотелось увидеться, – пожала плечами.
Часы уже пробили начало одиннадцатого, и через три часа я должна была ехать на занятие с девятиклассником Егором. Но состояние эйфории, бешеное сердцебиение, которое в одно мгновение останавливалось, а в другое вновь начинало разгонять кровь по венам, и глупая улыбка говорили лишь об одном – кажется, я влюбилась. Уходить из уютной старенькой двушки около вокзала я не хотела. Однако мысли по поводу наших отношений от Жени так и не услышала. Даже если он о чём-то размышлял, то делиться не стал.
– У тебя сегодня выходной, можно и поспать, – продолжал бурчать он.
Около плиты уже стояла стопка горячих блинов, от вида которых желудок совершил неведомый кульбит и заурчал.
– Мне на работу нужно, – я вздохнула с искренним сожалением. Потому что ощущала себя рядом с ним как в сказке.
Женя нахмурился и смерил меня подозрительным взглядом.
– Я у тебя так и не спросил, где ты работаешь? Что за дополнительные занятия такие?
В голове сразу всплыл образ счастливой Алёнки, с которой я занималась в прошлом году. Девушка успешно сдала ЕГЭ по математике с моей помощью и совсем недавно поделилась, что всё же поступила в столичный институт. Это стало целью её жизни, к этому они вместе с мамой шли последние полтора года, но у самих не хватило сил и знаний, чтоб подготовиться. А по счастливой случайности мой преподаватель в университете был с ними хорошо знаком и сразу же порекомендовал меня, как любимую и самую исполнительную студентку с высокими баллами, для репетиторства.
– Учу детей математике.
Он уставился на меня, как на маленького капризного ребёнка, который пытался управлять самолётом, не научившись ходить. Все эмоции читались на его небритом лице: удивление, облегчение, беспокойство.
– Ты же сама ещё дитё, по крайней мере для меня, – ухмыльнулся и сразу перевёл тему в немного иное русло. Спокойное и менее опасное. – Во сколько занятие? Подвезти?
– Уже выгоняешь?
Я предпочитала думать, что он рад оказаться в компании молодой и местами наглой брюнетки, но всё же замерла в ожидании ответа.
– Конечно, нет, – он ловко убрал со стола мусор, мимолётом чмокнул в губы и сразу же принялся кормить меня.
Как оказалось, Женя успел сделать оладьи, кашу и блинчики, а помимо прочего в духовке уже стояли пирожки. Моему шоку не было предела. И как только хватило сил после ночи разговоров? Неужели не спалось? Кажется, задала этот вопрос вслух, потому что последовал логичный ответ.
– Предпочитаю рано просыпаться. А ещё люблю покушать. Между прочим, завтрак – самая важная часть дня! – поучительно заявил и запихал целый блин в рот. – Кофе или чай?
– Кофе.
Через пару минут мы уже вовсю уплетали его кулинарные изыски. Мы с Катькой в общаге на завтрак предпочитали покупной пирожок, припасённый с вечера, и чай с парой ложек сахара. Так что я отрывалась по полной. Пробовала всё, до чего могла дотянуться, а Женя тихо хохотал над моей «голодной натурой».
В итоге через час нам пришлось ехать в общежитие. Пока я готовилась к занятию, мужчина топтался внизу. К моему удивлению, Кати в комнате не оказалось. Аня, наша третья соседка – она училась на филологическом – сразу доложила, что Тороповой не было всю ночь.