Животный пир (СИ)
— Так как ты подарила нам победу, я могу подарить тебе всё, что захочешь! — радостно воскликнула девушка, как будто это ей сейчас подарят новенький мотоцикл.
— Серьёзно, всё, что захочу? — я с недоверием глянула на Джин, чьи чёрные дреды сейчас напоминали мои волосы по утрам. Брейв поглядывал на наставницу, и я заметила, что он тихо смеётся в кулак. Джин чуть ли не легла ему на колени, настолько пьяна она была.
— Проси, чего душа твоя желает! — заявила мне Кобра и действительно легла головой на колени Брейву. Ноги же её свисали с короткого диванчика, и она ими покачивала в такт музыки.
— Я хочу мотоци…, — начала я, а затем осеклась, посмотрев на Дарси, которая с интересом наблюдала за Джин. На лице её сейчас играла усмешка, и они с Брейвом перекидывались смеющимися взглядами, — я хочу, чтобы ты взяла Дарси к нам! — совсем обнаглев, заявила я. Я понимаю, что Джин может отказать, но надеюсь на её неадекватное состояние в этот момент, не позволяющее ей разумно думать.
Дарси и Брейв одновременно поворачиваются ко мне. Парень активно жестикулирует глазами, показывая, что я сумасшедшая. А девушка просто смотрит на меня, как на дуру. Но в её глазах я вижу умоления. Видимо, она очень хочет попасть к Кобре.
— К нам? Её? — Джин поднимается с колен Брейва, чуть не падает, но парень вовремя её подхватывает. Лицо Кобры не выражает абсолютно ничего, — не вопрос! — неожиданно восклицает Кобра, и я выдыхаю. Глаза ребят округляются до всевозможных пределов округления.
Джин встаёт с дивана и зовёт нас за собой. Я подмигиваю Дарси, показывая на свою зелёную куртку. Брейв плетётся сзади.
— У меня таких… Ик! У меня таких по всему городу полно! — говорит нам Джин, обходя чей-то диванчик. На нём уже целуются парень и девушка. "Оба из Волков", — понимаю я, видя у них на шеях соответствующие татуировки.
Джин же тем временем, не обращая внимания ни на кого, опускается на колени и достаёт из под дивана пыльную зелёную куртку с эмблемой Кобр, в точности как у меня.
— Вот, держи, — Джин, отряхнув куртку от пыли, подаёт её Дарси, и девушка со смехом её одевает.
Джин куда-то уходит, а мы втроём стоим посреди "клуба" и пялимся на новенькую куртку.
— Интересно, а под другими диванами тоже есть? — говорит Брейв рядом со мной, и я смеюсь.
— Проверь, если хочешь, — отвечает Дарси, и я вижу смятение на лице парня.
— Странно, ведь диваны поставили только после боя…, — вновь бормочет Брейв, и на этот раз слышу только я.
— Так, за это надо выпить! — выношу вердикт я, и мы втроём идём к бару.
Брейв быстро показывает жестами что-то Форсу.
— Чтобы выпить, мне нужно выучить язык жестов что ли? — кричу я сквозь музыку парню. Он смеётся. Его смех заливистый, словно колокол, и он до жути заразителен, поэтому я смеюсь тоже.
— Просто показывай ему количество на пальцах и тыкай в меню или нужную тебе бутылку, — объясняет мне блондин и запускает в волосы пятерню. Он очень часто делает это, и я ловлю себя на мысли, что тоже хочу запустить руку в его густые волосы. Затем я замечаю, что барная стойка — это и есть меню. Прямо на ней написаны различные коктейли, напитки, закуски и цена.
Форс подаёт нам три стопки виски. Затем ещё три. А после третьего захода нас уже невозможно удержать на месте, и мы несёмся танцевать. В голове остаётся лишь лёгкость и туман. Мне больше ничего не нужно, кроме громких битов, звенящих в голове и во всём теле.
Мы с Дарси прыгаем, размахивая руками. Наши танцы превращаются в какую-то пьяную дичь, но нам всё равно. Мы начинаем выкрикивать слова вместе с исполнителем и остальными пьяными людьми в этом зале, а затем крутимся вокруг Брейва, который тоже врывается в пьяное бешенство. Никто из нас уже ничего не понимает. Всё сливается. Перед глазами появляются лишь странные разноцветные круги, музыка бьёт по голове, заставляя тело извиваться в самых разных позах. Мы с Дарси крутим головами, и волосы "подпрыгивают" в воздухе вместе с нами. Вся пьяная толпа входит в один ритм.
В конце концов мы вновь идём к бару, посчитав, что нам мало. Еле как, но мы заказываем то, что нам нужно. Перед глазами всё плывёт, и мы не понимаем, что написано на стойке. На помощь приходит Брейв, подходя к нам сзади и обнимая за точёные талии. Он заказывает целую бутылку коньяка. Мы с Дарси смеёмся непонятно над чем, и нам это кажется безумно весёлым.
Когда нам выдают бутылку коньяка, каждый делает по глотку. И нас уже не остановить. Нам в голову приходит, как нам тогда казалось, просто потрясающая идея! Залезть на барную стойку и танцевать там — потрясающе, правда ведь? Брейв помогает нам подняться, отдаёт ещё почти полную бутылку нам и забирается сам. В итоге вся толпа (кто ещё в состоянии) одобрительно гудит, и веселье продолжается. Мы с Дарси начинаем скакать на столе, поочерёдно выпивая по глотку коньяка. Бармен не возражает, и мы ему благодарны (настолько благодарны, насколько может блыгодарить пьяный человек). Голова становиться всё тяжелее и тяжелее. В ней уже ничего из здравых мыслей не осталось. Лишь тяжесть и ощущение полного счастья. Внезапно к нам на стойку врывается какой-то парень и встаёт рядом с Дарси. Они начинают тереться друг о друга, а мы с Брейвом пытаемся танцевать медленный танец под быструю танцевальную музыку на узкой барной стойке. Коньяк заканчивается… А у меня появляется непреодолимое желание поцеловать блондина. И, так как я пьяная, мне ничто и никто не мешает это сделать: ни мысли, ни незнакомые люди.
Мы сливаемся в довольно страстном поцелуе. Я чувствую оставшийся привкус коньяка на губах парня, с силой сжимаю густые волосы в одной руке, а другой притягиваю Брейва за белую майку и чувствую упругие, разгорячённые мышцы. Моя рука скользит по сильной мужской груди. Его же ладони остаются на моей талии, лишь слегка поглаживая её. Такой исход событий мне нравится. Музыка в ушах перестает звенеть, она словно прекращаетсяя. Кажется, что наступила полная тишина, и у меня лишь звенит в ушах, вызывая головную боль и рздражение. Мне внезапно хочется притянуть парня к себе ещё сильнее, но тут случается что-то странное. Меня с силой отдирают от него, отшвыривая в сторону. Я лечу со стола и с грохотом ударяюсь спиной об пол. Боли я не чувствую из-за сильного опьянения. Рядом что-то кричит Дарси, спрыгивая ко мне. Она пытается поднять меня, но в голове у меня так сильно гудит и звенит, что я не могу пошевелиться. Я открываю глаза и делаю попытку встать. Но вижу над собой лишь дерущихся Джека с Брейвом. Оба пьяные, они спрыгивают со стойки на пол. Джек валит Брейва, и они сливаются в непонятною кашу, словно это один человек. Начинают кататься по полу и в то же время бьют друг друга по лицу кулаками. Я с ужасом на всё это смотрю, и что-то внутри меня кричит: "Очнись!", — но голова никак не хочет соображать. Затем я совсем схожу с ума и слышу голос мамы. Она зовёт меня…
А затем вижу, как Дарси отступает от меня, и кто-то берёт меня на руки. И нет, я не сошла с ума. Папа ласково гладит меня по голове, проверяя, не сломала ли я чего себе. А затем я вижу обеспокоенное лицо мамы. Она берёт меня за руку и что-то говорит, пытаясь перекричать музыку. Людям вокруг совершенно всё равно, они настолько же пьяны, как и я. И мне от этого легче. Я не стала объектом всеобщего внимания. Я понимаю, что мне хочется спать. Глаза уже не в силах смотреть на светящийся, мигающий разными цветами потолок. Голова тяжелеет, и я забываю обо всём, отдаваясь сну. Или коме. Кто знает…
Моя голова откидывается назад, тело мгновенно расслабляется. Папа покрепче сжимает меня в руках, словно боясь, что я убегу. Но я сейчас уже никуда не убегу. У меня просто нет сил на это. Я столько никогда не пила. Но всё бывает в первый раз. Это мне, кстати, мама говорила. Сегодня я впервые сбежала из дома (мам, пап, простите), впервые подралась на ринге, впервые поцеловалась (да, да!), впервые напилась в хлам… неплохое начало, я считаю. Такими темпами у меня скоро не останется ничего для "впервые"! Может, оно и к лучшему… целее буду.