Потаенные узы любви

– Я любила его всем сердцем.
 
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
В патио вошел Зандро. В его черных глазах горел гнев, губы искривились, словно он хотел зарычать, оскалив белые зубы.
Миссис Брунеллески улыбнулась.
– Зандро! Ты сегодня вернулся рано.
– Да, мама, – выражение его лица смягчилось, когда он, наклонившись, поцеловал мать.
Та нежно провела ладонью по щеке сына, прежде чем он успел выпрямиться.
– Лия, – кивнул ей Зандро в знак приветствия и холодно посмотрел на нее.
Девушка улыбнулась непослушными губами.
– Привет, Зандро.
Он подтянул к себе стул и сел между ними.
– Сейчас миссис Уокер принесет прохладительные напитки. Она сказала мне, что вы здесь. – Несколько секунд он рассматривал рукоделие матери, затем спросил: – Ты провела некоторое время с Ники, Лия?
– Утром мы ходили в парк с Барбарой. – Она бросила взгляд на миссис Брунеллески, которая сосредоточенно вышивала, и добавила вызывающим тоном: – Тебе не нужно посылать с ним телохранителя.
– Мой долг – оберегать мальчика.
Краска бросилась ей в лицо.
– Со мной он в безопасности!
Миссис Брунеллески, опустив вышивание на колени, с тревогой посмотрела на них.
– Зандро делает все ради благополучия Ники, Лия. Постарайся понять.
– Я стараюсь, – сухо сказала Лия. Ничего хорошего не будет, если она потеряет самообладание. Любая мелочь может быть использована против нее. – Но я против того, чтобы ко мне относились как к преступнице.
Зандро заговорил таким мягким тоном, что ее раздражение усилилось.
– Если бы я обращался с тобой как с преступницей, то вызвал бы полицию, когда обнаружил, что ты шпионишь за моей семьей.
– За твоей семьей? Доминик мой! – гневно возразила Лия, называя малыша полным именем, на котором настоял Рико, несмотря на разрыв с отцом. – И я не шпионила.
– А как еще можно назвать это? Затаившись в машине, ты высматривала…
– Просто я хотела убедиться, что он здесь и с ним все в порядке.
– Надеюсь, ты удовлетворила свое любопытство.
– Я провела здесь только один день. Как бы там ни было, меня беспокоит его будущее.
– Меня тоже. – В мягком тоне Зандро прозвучала металлическая нотка. – Только из-за того, что тебе внезапно взбрело в голову вернуть Ники…
– Не взбрело! – Лия сжала пальцы в кулаки. Какое облегчение она почувствовала бы, если бы могла вскочить и ударить его! – У меня есть право…
Зандро не дал ей договорить.
– У тебя есть право узнать, что с ним все в порядке, – резко сказал он. – Хотя до сих пор ты не проявляла к нему никакого интереса. Думаю, ты просто забыла о том, что у тебя есть ребенок.
От этого безжалостного замечания по ней пробежала дрожь, а сердце болезненно дернулось в груди.
– Это не так, – охрипшим голосом возразила она. – Я была больна. Только когда… когда мне стало лучше, я поняла, какой страшный поступок ты заставил меня совершить.
– Больна. Ну, еще бы.
Гнев, охвативший Лию, подавил все чувства, кроме непреходящего горя. Она вскочила, оттолкнув стул. Ей нужно скорее уйти отсюда, пока она не выдала себя, не выкрикнула правду в его высокомерное лицо, не рассказала, какие невыразимые страдания причиняли им он и его отец. Если бы они оставили Рико в покое, он бы, возможно, не погиб. И его сын воспитывался бы отцом и матерью – не в роскоши, но в любви.
Лия отвернулась, зная, что гнев не должен вырвать у нее слова, о которых она потом пожалеет и которые могут возбудить подозрения Зандро. Он умен, и если она допустит оплошность, он набросится на нее, как тигр на свою жертву.
Не видя, что миссис Уокер идет из дома с подносом, уставленным высокими стаканами с холодным апельсиновым соком, она столкнулась с ней и ахнула от неожиданности, когда ледяная жидкость пролилась на ее блузку. Два стакана со звоном разбились.
– Извините, пожалуйста! – Лия смущенно отступила назад. – Сейчас я помогу вам убрать все это.
Но когда она наклонилась, чтобы собрать осколки, сильные мужские пальцы сомкнулись на ее руке.
– Не прикасайся к осколкам. Порежешься. – Зандро посмотрел на ее промокшую блузку. – Лучше пойди и переоденься. Я помогу миссис Уокер.
 
Экономка улыбнулась ей.
– Ничего страшного. Идите, приведите себя в порядок. Осторожнее, не пораньте ноги.
Зандро все еще держал ее руку, и Лию снова охватило странное волнение. Он заставил девушку обойти разбитые стаканы и повел ее к дому.
После яркого солнечного света дом показался ей темным, а высокая фигура Зандро – черной и мрачной.
– Ты в порядке? – спросил он, отпуская ее руку.
– Мне нужно было помочь миссис Уокер – ведь это я виновата.
– Не беспокойся. – Он слегка подтолкнул Лию к лестнице, и, когда она оглянулась, его уже не было.
В комнате Лия сняла всю одежду и замочила ее в широкой раковине в ванной. Потом вошла в душ, смыла липкий сок с тела, завернулась в большое банное полотенце и вернулась в спальню.
Она вынимала чистый бюстгальтер из комода, когда кто-то постучал в дверь.
– Кто там?
Это была миссис Уокер, которая предложила забрать испачканные вещи в стирку.
– Я замочила их в ванной. Спасибо, я сама постираю, если вы скажете, где прачечная.
– Ну, как хотите, но только вы не причиняете никакого беспокойства. В любом случае я стираю два раза в неделю. Вам просто нужно положить вещи в корзину, которая стоит в ванной комнате.
– Спасибо, я буду иметь это в виду.
Лия быстро надела нижнее белье и свободное платье изысканного покроя, подчеркивавшее грудь и бедра и расклешенное книзу. Не испытывая желания снова встретиться с Зандро, она подошла к окну и посмотрела на ухоженный сад с аккуратными лужайками и высокими деревьями, защищавшими дом от палящих лучей летнего солнца. На безупречный уход и содержание дома и сада в идеальном порядке Брунеллески денег не жалели. Как и на Ники.
Конечно, она не сможет предоставить ему материальные блага, которыми обеспечивает малыша семья его отца.
Но Рико отвернулся от своей семьи и не хотел, чтобы Ники воспитывался в ней. Лия может дать сыну Рико любовь, беззаветную преданность его интересам, а также хорошее образование. Оно будет стоить дорого, но она справится, если сразу начнет работать для достижения этой цели.
Она не собирается принимать помощь от семейства Брунеллески. Ее план состоит том, чтобы исчезнуть с ребенком, как только они окажутся в Новой Зеландии, и больше никогда не встречаться ни с кем из них. Только так она сможет безнаказанно завершить эту страшную игру.
Внезапно Лия вспомнила, как Ники доверчиво прильнул к своей бабушке и уткнулся лицом ей в грудь; услышала звонкий смех малыша, когда Зандро поднял его высоко вверх; увидела улыбку, смягчившую резкие черты красивого лица его дяди. Перед ее мысленным взором предстал Доменико, нежно целующий внука перед отходом ко сну.
Ужасное чувство, что она может совершить ошибку, охватило ее, лишая решимости.
В дверь снова постучали, и она распахнула ее, думая, что вновь пришла миссис Уокер.
На пороге стоял Зандро.
– Мне нужно поговорить с тобой. Впусти меня, – отрывисто проговорил он.
После некоторого колебания Лия отошла в сторону, дав ему войти.
– Не бойся, – нетерпеливо сказал он, окидывая ее подчеркнуто равнодушным взглядом, который сам по себе был оскорбительным. – Я не собираюсь посягать на твое тело, Лия.
К своей досаде, она почувствовала, что краснеет.
– Ты хочешь сказать мне что-то?
– Да. Я прошу не затевать ссоры в присутствии моей матери. Они расстраивают ее. Если у тебя есть… критические замечания по поводу того, как я исполняю свой долг в отношении Ники, высказывай их, когда мы останемся наедине.
– Не я нашла повод для ссоры, – возразила Лия. – Это ты обрушился на меня с обвинениями. Ты думал, что я паду перед тобой ниц и буду безропотно принимать их?
Его глаза потемнели, а губы дрогнули, как будто он пытался сдержать смех. Лия заметила, что Зандро бросил взгляд на большую кровать, и чем-то неуловимым, волнующим и тревожным повеяло в воздухе.