Ларс II (СИ)

Но были на вооружении у византийцев и некие катапульты со снарядами содержащий греческий огонь. Если катапульту было не сложно изобрести, то состав греческого огня мне не известен. Могу только догадываться. Да, собственно, можно поступить проще, «изобрету» бензин, либо иное горючее, которое будет не хуже греческого огня византийцев. Но об этом я буду думать, если действительно столкнусь с греческим огнем. Нужно будет византийцев распотрошить на предмет изъятия этого вооружения и уничтожения всех тех, кто причастен к его изготовлению. Да, жестоко, но это тот случай, когда необходимо обезопасить себя на случай применения соседом секретного и действенного оружия, против которого у меня пока нет защитыы.
Через два дня к нашему лагерю подошли войска Гора, а еще через день к ставке прибыл Куляба. Общим итогом операции по зачистке пространства от Днепра до Дона явилось прибавление конницы в размере трех с половиной тысячи всадников. При этом, Куляба потерял в стычке с печенегами и окрестными кочевниками около одной тысячи триста всадников, из которой почти тысяча полегла еще в главном сражении. Остальные потери были в преследовании и зачистке в дальних кочевьях территории печенегов. Таким образом, угры стали владеть всей территорией бывших печенегов. Гор дал вассальную клятву. На месте переправы через Днепр, на том месте, где у нас был разбит лагерь, было решено основать столицу угров. Гор был не против оседлого образа жизни.
На вопрос как он назовет свою столицу, предводитель угров сначала замялся, но потом, подумав, решил все же не таить от меня ничего. Столицей угров будет называться Фовάрос. На вопрос, почему именно так, Гор ничтоже сумняшеся ответил, что это слово на языке угров означает «столица». Вот никакой фантазии у парня.
Спустя еще пару дней подплыли наши драккары, их было больше двадцати судов. Когда подплыл флот, я организовал последний военный совет перед отправкой в Царьград. Совет собрался в моем просторном шатре. Не хватало только дяди, но его мы дождемся уже ступив в земли болгарского ханства.
— Мы собрались сегодня, — начал я совет, — для того, чтобы подвести итоги. Царство Гардарики уже сейчас является государством не сильно уступающим по размерам с хазарским каганатом. Мы владеем территорией от Варяжского моря до Скифского. Численность нашей армии составляет около тридцати семи тысяч человек. Да, последняя битва унесла у нас много воинов, но я считаю, что это достойная цена за такую большую территорию, которую мы отвоевали у кочевников, плативших дань хазарам. Сегодня мы можем гордиться своими достижениями. Благодаря вам, мои командующие, мы смело можем выступать на Царьград.
— За Гардарики! — я поднял кружку с медовухой, — за богатую добычу из Царьграда!
— За Гардарики! — подхватил Ходот.
— За Ларса! — подняла стакан Эса.
Присутствующие поддержали сказанное и выпили.
— А теперь, — я продолжил, — мы направимся в Византию, — Годслав и его ободриты одобрительно зашумели.
— А может, есть смысл направится в Хазарию? — заметил Аршак, ни к кому не обращаясь.
— Ты все боишься за свою подругу? — съехидничал Василько.
Сдержанный смех присутствующих заставил Джуниора скривиться.
— Дело не в этом, — Аршак бросил косой взгляд на Эсу, — ведь если Рогволд сейчас у хазар, то он может им донести всю опасность, которую мы представляем для каганата. Северян, их данников мы подчинили. Печенегов, тоже данников, мы так же прибрали к рукам. Хазарский каганат может ответить нам походом, который не даст нам атаковать Царьград.
В его словах есть смысл. Еще при планировании этого похода мы намеревались с печенегами особо не ссорится. На крайний случай, мы хотели откупиться, чтобы не дразнить хазар. Но получилось так, что пришлось забрать всю эту территорию. Мы откусили слишком большой кусок, за который нам может «прилететь ответка». Ведь второй по численности и значимости город каганата находится на Дону, в нашей непосредственной близости.
— Предлагаешь пойти сначала на хазар? — хмуро поинтересовался Годслав.
 
— Предлагаю не забывать об опасности со стороны каганата, — ответил наш Алладин.
— Аршак прав, — задумчиво протянул я, — изначально мы хотели с печенегами особо не конфликтовать, а лучше стать с ними союзниками. Поэтому, мы оставим тут тысячу наших всадников под присмотром надежного человека. Куляба, доверь это проверенному воину. Его доля от трофеев с Царьграда останется за ним.
Куляба кивнул.
— Тысяча всадников не решит проблемы, — обронил Ходот.
— Они нужны только для того, чтобы вовремя предупредить ближайшие кочевья и передать весть нам в Царьград и в Киев, — ответил я, — и оставим тут один самый быстрый и пустой драккар, который пришлет весть о возможном вторжении со стороны хазар. Судно за две недели, при попутном ветре, сможет донести весть о вторжении хазар. Нам понадобится около месяца, чтобы спешно дойти из Царьграда к Киеву.
— Даже если каганат сейчас узнает о потере власти над печенегами, — продолжил свою мысль тесть, — хазарам нужно не меньше месяца для сбора войска и не многим меньше времени для того, чтобы благополучно подойти с Итиля к Киеву.
— Да, — кивнул я, — поэтому мы в любом случае успеем добраться до Киева.
— А почему к Киеву? — спросил Гор.
— Когда ты построишь Фоварос, — объяснил я кочевнику, — он станет главным южным городом царства, а пока — Киев.
Оставалась еще угроза со стороны Крыма, но там хватало своих проблем. Каганат и Византия имели на полуострове свои приморские города с приличными по местным меркам гарнизонами. Но особой тревоги они не вызывают, так как не имеют достаточной силы для безнаказанного передвижения через территорию угров. Поэтому Крым был угрозой только как сопутствующая сила, помогающая вторжению со стороны Дона.
— Кстати, с хазарами мы все равно будем разбираться, — заметил я, — сразу после Царьграда.
Совет зашумел. Изначально это не планировалось, хотя и были намеки о такой возможности в случае удачного похода на столицу Византии. Но после беседы с Карнатом, жрецом Карны, я все больше начинаю убеждаться в том, что устранение этих трех центров силы необходимо, в первую очередь, мне. С византийским патриархом я разберусь на месте, так как пока не имею представления о том что это такое. Радомысл меня не смог просветить о нем, когда я его спросил. Дядя сообщил только общие фразы, характеризующие должность православного религиозного руководителя, которые я мог и сам сформулировать. С римским понтификом будем общаться в следующем году. Нужно пока закончить текущую военную компанию. А с хазар я могу и сейчас, как минимум, пощипать и обозначить свой интерес в качестве небольшого устрашения, которое на какое-то время не даст буйным хазарским головам планировать агрессивные выпады в адрес моего царства.
Если мои догадки верны, то Буривой был прав касательно текущей геополитики. Хазары и византийцы давно ведут мирное сосуществование. Появление на северо-западе от их непосредственных границ нового крупного формирования в лице царства Гардарики, вносит сумятицу в их налаженных торговых связях с северной частью Европы. Торговый путь «из варяг в греки» — это очень лакомый кусок, который можно было контролировать через вассального Мезислава и полуподкупленного кем-то Гунульфа. Кстати, я так и не понял, на чей стороне играл Гунульф. Он ведь мог быть и самостоятельной политической единицей, а мог и прислуживать кому-то. Вот только кому? Константинополю или Итилю? А может быть тут Рим замешан? Исключать не стоит ни один из вариантов.
В любом случае у Гардарики есть три относительно явных противника. С хазарами все понятно — с ними я не поделил территории и соседей-данников. С Византией не все понятно. Вроде я с ними не пересекался интересами, по крайней мере, официально. Еще больше вопросов с Римом — чем им-то я помешал, не понятно. В конце концов, я ведь мог дать всем заинтересованным сторонам гарантии беспрепятственного прохода торгового пути «из варяг в греки» за символическую мзду. Но, видимо, они решили идти путем принципа «разделяй и властвуй». Что же, преподнесем им сюрприз и нанесем визиты вежливости.