Как понравиться монстру (ЛП)

Он приподнял мою голову за подбородок, и я замолчала.
— Мы доказали, что физически подходим друг другу. И ментально тоже. И эмоционально. Мы совместимы. Мы просто не согласны.
— Это слабо сказано, — процедила я.
— В следующий раз мы будем спорить более спокойно. Я с самого начала был готов обсуждать это, просто ты не хотела со мной разговаривать.
— Не пытайся свалить вину на меня.
— Я тоже не пытался обсуждать это, потому что, на мой взгляд, обсуждать нечего.
Я уставилась на него.
— Становится только хуже, а не лучше.
Его губы слегка изогнулись в улыбке.
— Ты сексуальна, когда злишься.
— Заткнись.
Он усмехнулся.
— Я надеялась, что ты, как никто другой, будешь на моей стороне во всём, что связано с Эваном, ведь ты знаешь всю историю. Вместо этого ты меня проигнорировал. И сказал, что моя идея нелепа, когда я её озвучила.
Его веселье исчезло.
— Я не это имел в виду.
— Есть только один способ сказать: «Твоя идея нелепа».
— Мне не следовало так выражаться. Мне очень жаль, — сказал он.
Его извинения были совершенно неожиданными. Я моргнула.
Он добавил:
— Это не смешно. Я согласен с тобой и моими братьями — это хороший способ заставить Эвана сделать шаг. Если бы на кону был кто-то другой, а не ты, я бы это полностью поддержал.
— Почему?
— Потому что я не могу тебя потерять, Майлз. Не хочу тебя терять. Если это означает, что мы проведем остаток жизни, запертые в этом доме, пусть так и будет. — его слова были честными, и он застал меня врасплох. — Мне плевать на то, что я сделаю заявление Эвану. Я хочу, чтобы ты была здесь, в моих объятиях, где, я знаю, тебе ничего не угрожает.
Это было… более разумным, чем я предполагала.
— Хорошо, — наконец сказала я. — Я могу уважать твои чувства, но не хочу. Эван причинил мне боль. Он использовал меня всеми возможными способами, а потом угрожал моей жизни и пытался запугать, чтобы я подчинилась. Он победил. Он победил благодаря сексу на брачном празднике Татум. Победил, когда обратил меня и когда морил голодом. Победил, когда запугал меня и пригрозил жизнью, если я вступлю в пару с кем-то другим. Он победил, когда я перестала делать то, что мне нравится, и когда перестала выходить из этого дома.
Я сделала долгий, неровный вдох.
— Он всегда побеждает, а я устала ему проигрывать. Я хочу дать отпор. Мне нужно дать отпор. Не ради него, а ради себя. Потому что он больше не может управлять мной.
Зандер внимательно на меня посмотрел.
Дрожащей рукой я провела по волосам, заправляя несколько непослушных локонов в пучок.
— Я поговорю с братьями и посмотрю, сможем ли мы сделать это без особого риска для тебя, — наконец сказал он.
Моё сердце забилось, а глаза заслезились.
— Спасибо.
Его взгляд был мягким, когда он наклонил голову.
— Тебе действительно нужно поесть.
— Знаю. Ты по-прежнему хочешь меня покормить?
— Как всегда. — он провел большим пальцем по моему подбородку, прикосновение было нежным и интимным. — Но сначала я хочу тебя обнять.
Я закатила глаза.
— Я не… ох. — он прервал меня, схватив за талию и перевернув.
Я приземлилась на него сверху, и наши тела прижались друг к другу. Моё лицо оказалось прижато к его шее, и меня это совсем не смущало. Зандер был теплым, а его кожа — мягкой.
— Лучше тебе не говорить, что ты слишком стара для объятий, милая. Никто не слишком стар для объятий.
— Ты знаешь это лучше меня, — пробормотала я ему в шею.
Он усмехнулся, крепко меня обнимая.
— Я скучал по объятиям рядом с тобой на диване. Давай больше никогда не будем ссориться.
— Это кажется нереальной задачей.
— Или трудным решением.
— Ты очень хорошо умеешь избегать правды, Александр. Пока мы ссорились, знаешь, что я поняла?
Он задумался на мгновение.
— Нет. Что ты поняла? — его рука нежно прошлась по моей спине.
— Ты так и не ответил честно, зачем вообще дал мне свою кровь. Ты создал связь, когда сделал это… ты заставил меня зависеть от тебя.
Он испустил долгий вздох.
— Хотел бы я ответить на этот вопрос, но не могу. Я был почти уверен, что ты моя потенциальная пара, когда мы пошли тебя спасать, но не полностью, пока не обнаружил, что Баш тебя кормит. Я подумал, что без меня тебе будет лучше, поэтому взял кровь у друзей Рэйфа, чтобы тебя накормить.
Его рука начала медленно скользить по моей спине.
— Каждую ночь, когда закрывал глаза, я видел твои клыки на шее моего брата. Твои руки вокруг его тела. Я не мог спать — едва мог дышать. Я с трудом удерживался от того, чтобы не попытаться его убить.
У меня перехватило дыхание.
— Я боролся с этой идеей, сколько мог, но сходил с ума. Через несколько дней я позвонил в лабораторию. Предложил им кучу денег, чтобы они прислали ко мне флеботомиста. Она приехала через полчаса и оставила мне первые пакеты с кровью. Я одумался и положил их в морозилку… но, очевидно, это не помогло. Я не мог смириться с мыслью, что кто-то другой будет поддерживать твою жизнь.
— Я не знала, что у тебя были проблемы с Башем после этого, — призналась я.
— Он тоже не знал, что я сделал. Я молчал об этом. Логически понимал, что не могу быть тем, из кого ты пила, когда мы только тебя нашли. Если бы я это сделал, ты бы сразу же пристрастилась ко мне, и тебе пришлось бы пить из моих вен, чтобы моё тело заживало вовремя и могло кормить тебя так часто, как тебе нужно было есть.
Я поморщилась, глаза по-прежнему оставались закрытыми, а лицо было прижато к его шее.
— Спасибо, что рассказал мне правду.
Наступила минутная пауза.
Мой желудок сжался.
Он ещё не всё сказал.
— Я хотел бы получить полное прощение за свои прошлые поступки, прежде чем расскажу тебе всю правду.
Я не смогла удержаться от фырканья.
В этой просьбе было столько от Зандера, что я не могла удержаться от того, чтобы не рассмеяться.
— Хорошо.
— Полное прощение означает, что тебе запрещено злиться, ссориться со мной или менять своё мнение о том, с чем ты уже согласилась, — предупредил он.
— Что ты сделал?
Он вздохнул.
— Я наблюдал за тобой через камеры наблюдения. Не тогда, когда ты находилась в уединении в своем доме, а большую часть времени, когда ты там не была.
Я застонала.
— Всё время, пока тебя не было дома, — поправил он.
— Ты серьезно следил за мной? Ты понимаешь, что это ставит тебя в один ряд с Эваном?
— Я не доверял твоей службе безопасности, что она достаточно внимательно следит за тобой, — запротестовал он. — И я не посылал извращенных сообщений и не угрожал тебе.
— Ты смотрел записи с камер наблюдения с тех пор, как я переехала сюда?
Его молчание заставило меня вздохнуть.
— Я должна быть удивлена этим гораздо больше, чем есть, — сказала я ему, отстраняя своё лицо от его шеи.
Его руки крепко сжались вокруг меня, удерживая на месте.
— Мне обещали полное помилование.
— Я не давала такого обещания, и ты прекрасно это знаешь.
— Пожалуйста?
Я застонала.
— Ты чертовски зануден, Александр.
— Зато прекрасен. — он поцеловал меня в макушку. — Я отпущу тебя, как только ты простишь меня и пообещаешь не уходить.
— Уйти было дерьмовой идеей. Я не собираюсь уходить. Но не знаю, смогу ли тебя простить.
На мгновение он замолчал.
Наконец сказал.
— Я могу согласиться на одно или другое. Полное прощение или обещание остаться со мной.
— Значит, остаюсь.
Он издал звук согласия. Когда я отстранилась от него, он неохотно меня отпустил.
Я перевернулась на спину рядом с ним и осталась лежать.
— Почему ты ненавидел меня до нашей встречи в кафе?
— Я бы не смог возненавидеть тебя, даже если бы попытался, Майлз.
— Ты избегал меня на всех семейных праздниках, которые я посещала с Татум, и игнорировал, если мы оказывались в одном месте в одно время, — возразила я. — Единственный раз, когда я могу вспомнить разговор с тобой, это на празднике в честь Дня благодарения, который мы провели вместе.