Где-то рядом (СИ)

— Мне все-таки больше интересно, откуда взялось прозвище Безымянный, — покачала головой Майя. — Как ты думаешь, то, что так звали учителя Атона — это совпадение или в этом мире еще больше секретов, чем мы думали раньше?
— Не хочется гадать, — ответил я, — но пока единственная рабочая теория, что приходит в голову — это место похоже на изнанку. Мою изнанку, которую Зашам отрезала от остального мироздания. У той пока не получается создать для нее свои законы, а тут… Словно все когда-то получилось, но оборвалось на полпути. Недодухи, недокороли, похожие на основную историю имена и титулы, мертвый демиург.
— Хочется разгадать эту тайну? — Майя почувствовала мой настрой.
— Не настолько, чтобы отвлекаться от главного, — я покачал головой. — Сначала убедимся, что конца света не будет, а вот потом… И эта, и все остальные тайны мироздания будут ждать нас.
— И все-таки… — Майя провела рукой, одновременно развеивая показанное мной сообщение.
Я сжал ладонь девушки, показывая, что тоже не могу выкинуть из головы все эти странности. Собственно, и идея с пленным духом появилась из-за этого же ощущения. Пусть пока вылезающие из могильных камней создания и не были особо опасны, но мне все же не нравилась сама идея, что мы разряжаем неизвестные ловушки своими телами. Самое главное, зачем рисковать, если устроить замену так легко.
Дальше мы шли, отправив перед собой духа на веревке, и это сработало. Все скрытые могилы у нас на пути активировались, стоило ему оказаться рядом. Чужие призраки лезли на нашего милашку, а мы не очень благородно, но зато без какого-либо риска били их в спину. Вообще, этот план мог и не сработать. Все-таки сами по себе местные духи гуляют по окрестностям и никого не будят, но в нашем случае, видимо, повлияло то, что наш призрак теперь был именно нашим, а не местным.
— Смотри, — мы прошли еще пару километров, когда Майя заметила впереди четыре лежащих без движения тела.
— Те искатели приключений, — я опознал их, когда мы подобрались поближе.
Внимание привлекли две целые канистры и полное отсутствие ран на мертвых телах, а это оставляло только два варианта.
— Либо в этой части Кладбища есть новая опасность… — начала Майя.
— Либо в них были активные стихии, и Арах убил их, — закончил я, почти уверенный, что правильным будет именно второй вариант.
Тем не менее, когда мы подошли вплотную к трупам, я сначала отправил вперед нашего духа, чтобы проверить место на возможные ловушки. Сегодня ведь четверг, а значит, все возможно… Ничего. Я присел рядом с одним из тел, чтобы получше рассмотреть текущую из уха тонкую струйку крови. Первое проявление нашедшей их смерти.
— Еще лопнувшие капилляры в глазах и… — я коснулся трупа, и он был еще горячим. — Выжженые изнутри внутренности. Точно то же самое, что было и с черными после активации проклятья.
Мы с Майей переглянулись.
— Что ж, ты говорил, что тут есть люди Атона, — заметила девушка.
— Вот только люди Атона были тут еще до меня, — я нахмурился. — Так что они знают про проклятье и не подставились бы так глупо. Поэтому я бы поставил на нового игрока, который заметил наш интерес к этому миру и теперь тоже собирает информацию об Арахе.
— Четыре человека за раз — с жертвами он или она не считается, — согласилась Майя.
Тут я заметил, как тела четверки начали медленно разлагаться, и это уже отличалось от того, что я видел у черных. У тех тоже шли похожие процессы, но гораздо медленнее.
— Это люди. Не чьи-то люди, а обычные, без алтарей, — сделал я новый вывод. — Рядом с ними нет артефактов или каких-то других проявлений стихий. И тогда сила, которая подставила их перед Арахом и уничтожила, могла быть только…
— Ментальное подчинение, — кивнул Майя. Уже в который раз мы дополняли друг друга, словно читая мысли.
А тем временем картинка, закончившаяся четверкой смертей, почти сложилась. Неизвестный бог пришел в этот мир, подчинил себе нескольких местных и отправил дальше уже эту команду. Хотелось бы верить, что он, не зная об опасности, успел словить проклятье Араха, но могущественные подлецы — а перед нами явно кто-то из этой породы — обычно слишком осторожны.
 
Я проверил вещи погибших, чтобы не пропустить улики, которые могли бы указать на того, кто их подчинил. Из интересного, выделяющегося неместной аурой, была только черная повязка с красной точкой посередине и те самые канистры, что искатели приключений тащили на спинах. Жалко, а то я собирался одну их них прихватить с собой — просто на всякий случай.
Через пять минут мы оставили место гибели четверки и двинулись дальше. Кладбище перед нами теперь незаметно уходило вниз, и это означало, что уже скоро начнется зона, где можно будет встретить входы в подземелье.
— Знаешь, — я тихо позвал Майю, — а из этого мира могла бы получиться хорошая партия для красивого обмана. Привлечь внимание врагов, обозначить свой интерес, чтобы они втянулись в это место, постоянно отвлекаясь на новые, но совершенно неважные тайны отдельного куска мироздания, а самому просто вовремя отойти в сторону, чтобы заняться тем, что по-настоящему имеет значение.
— Думаешь, не мог ли начать такую партию кто-то другой? — спросила Майя.
Я только пожал плечами. Очередной вопрос, на который пока не было ответов. Арах продолжал манить своими секретами, но мы просто шли вперед. Скоро на нашем пути начали попадаться колодцы. Не настоящие — просто провалы в земле, ведущие в подземелья. Некоторые уходили сразу на глубину, в других было видно пологий спуск, в третьих можно было разглядеть самые настоящие тропинки с вбитыми в скалу крюками для страховки и отпечатками чужих ног.
— Свежие следы, — Майя указала на один из проходов.
— Тут всегда кто-то ходит, — ответил я. — Но негласным правилом искателей считается не обращать внимания друг на друга. Если же кто-то начинает проявлять активность — это по умолчанию считается чем-то подозрительным, а некоторые так и вовсе сразу ударят в ответ. Просто на всякий случай.
— То есть нас должны игнорировать, а если нет — это враги, — кивнула Майя, а потом с улыбкой добавила: — А если враг просит помощи?
Она первой заметила тощего чумазого парня, высунувшегося из-за края ближайшего колодца и машущего нам руками.
— Крыса, — я даже издалека заметил и опознал характерные засоленные волосы и кожу. — Таких тут часто нанимают, чтобы пускать впереди себя в подземельях. Почти как мы сделали с призраком.
— И что, люди соглашаются рисковать жизнью? — Майя удивилась.
— Ради денег люди соглашаются и не на такое. Особенно те, у кого почти не осталось надежды в жизни, — я невольно представил, в скольких тысячах и миллионах миров сейчас сидят такие вот парни, на грани жизни и смерти.
Как так вышло? Почему подобная судьба стала нормой? Из-за того, что боги больше занимаются своими интригами и борьбой за власть, чем дающими им силу мирами и людьми? Или таков был изначальный замысел создателя? Почему-то вспомнились слова Майи, которые она сказала молодому крысу Пигмалиону. Чтобы уничтожить бога, надо уничтожить само мироздание. Может, даже в этом есть смысл? Я тряхнул головой, прогоняя странные мысли, а потом придержал Майю, уже сделавшую было шаг вперед.
— Не надо, — я покачал головой.
— Просто посмотрим, что там. Разве пара минут что-то изменит? — ответила девушка, и я почувствовал, как ей пришлось приложить усилия, чтобы сдержать внутри себя попытавшийся поднять голову Свет. Да, иногда стихии — это больше, чем просто сила, и про это нельзя забывать.
— Он крыса, — напомнил я. — Таким, как он, плевать на нанимателей. Наоборот, если все кроме него погибнут, и он получит шанс забрать себе и продать их экипировку — это возможность выкупить свободу.
— Значит, слезы — это ловушка. Причем не для местного, а для чужака, — задумалась Майя. — Возможно, на того, кто контролировал погибшую чуть раньше четверку.
— Вполне возможно. Выяснили планы, потом расставили пару сюрпризов на пути. Либо чтобы остановить, либо чтобы проверить подозрения.