Глаз бури (СИ)

Роуда перехватила и верно истолковала мой взгляд. 
-Госпожа, еще совсем немного, я пойду узнаю! 
Я остановила ее. 
-Узнай лучше, как там Аджаро - мой спутник. Ты знаешь о ком я, видела его? 
В ее глазах сверкнул восторг. 
-О да, госпожа! Я видела! - в голосе прозвучало благоговение. 
-Можешь привести его ко мне в покои? 
Роуда оторопела. Такого бесчинства от меня она явно не ожидала. 
-Мне очень-очень нужно с ним поговорить, понимаешь? - я умоляюще сложила руки, ждала от служанки ответа. 
Та медленно кивнула. 
-Хорошо, госпожа, хорошо, вы только не переживайте. Я пойду узнаю у Миру где ваш друг и схожу за ним сама. 
Я расслабилась. 
-Спасибо, Роуда. 
В этот момент двери распахнулись и началось суечение и мельтешение. 
Меня проводили в ванную комнату и я погрузилась в теплую воду. Сразу несколько рук принялись намыливать и тереть меня мягкими, похожими на фланель тряпочками. 
Я вспомнила, как первую ванну мне помогала принимать на острове Инди-ра, в итоге окатив ледяной водой и невольно улыбнулась, не открывая глаз. Хотя, как я не силилась сжать веки посильнее, несколько слезинок все-таки выкатились из уголков глаз и затекли в уши. 
Служанки тревожно перешепнулись между собой и сноровисто продолжали свое занятие. 
Через некоторое время я снова находилась у себя в спальне, облаченная в белое платье из такой же ткани, что и моя туника, только более нарядное - по вороту и подолу шла золотая вышивка, пояс был кожаным, тоже позолоченным. 
От еды я отказалась, только лишь осушила почти полный графин какого-то лимонада. Его тут же наполнили снова. 
Я вышагивала по комнате в ожидании Роуды с Аджаро, минуты текли мучительно долго. Наконец Роуда вошла и шикнула на девушек, которые до этого не торопились уходить. 
И через короткое время в комнату стремительно вошел Аджаро. Я кинулась ему на шею и замерла так, чувствуя стук то ли его, то ли моего сердца. 
Наконец, медленно отстранилась, но не выпустила из объятий, глядя в его лицо, такое родное. Почти любимое. Теперь, когда он в любой момент мог покинуть меня, я чувствовала, что дороже него у меня нет никого в этом мире. 
В его глазах были и боль, и сострадание, и любовь, и я поняла. 
-Когда, Аджаро? 
-Завтра, - его ответ словно камнем упал где-то у меня в груди. 
-Разве тебя отослали назад? Я попрошу отца… 
Аджаро одной ладонью медленно прикрыл мне рот, а другой взял мою ладонь и поцеловал ее. 
-Я должен возвращаться, меня ждут дома. 
И я спрятала лицо у него на груди. Раз он так говорит, значит так и есть. 
Мы постояли так немного. 
Роуда деликатно покашляла за дверью, стало понятно, что Аджаро пора уходить. 
-Я надеюсь, мы сможем увидеться и попрощаться перед моим отъездом, - сказал он и поцеловал медленно и нежно, перебирая пальцами мои волосы. 
Роуда отчаянно кашляла за дверью, как Катя из “Девчат”, и он скользнул из спальни, а я прошла к своей кровати и рухнула на постель. А потом почти сразу - в сон. 
Не знаю через сколько времени меня разбудила Роуда. 
-Госпожа, хран Соул велел передать вам, что нужно собираться на аудиенцию к королю. У нас мало времени, вставайте скорей! 
Тяжело вздохнув, я поднялась. Ну к королю, так к королю. Меня это мало волновало. Только Аджаро. В голове зрело твердое решение не дожидаться завтрашнего дня, чтобы дежурно и неловко прощаться при посторонних, я постараюсь найти его сегодня ночью. 
  
Глава 34
 
Глава 34 
Несмотря на то, что перед сном меня отлично помыли, несколько девушек во главе с Роудой спешно и практически на себе снова пронесли меня в роскошную помывочную. 
В этот раз я уже смогла разглядеть ванну из какого-то белого камня, скамьи разной высоты, пушистые, а так же грубые полотенца аккуратными стопками. 
Вода показалась мне прохладной и чуть масляной, в воздухе царил интенсивный запах чайных роз. Сначала меня стали натирать чем-то вроде мелкого песочка, особенно уделяя внимание пяткам, локтям и коленям. Попытавшись расслабиться, я подумала, что в конце концов, когда я садилась в ту маршрутку, гид обещала спа-процедуры. Вон оно, оказывается, когда начало исполняться. 
 
Я вспомнила стать и фарфоровую холодную красоту нашей Натальи Леонидовны. Если она тоже в этом мире, то не иначе хозяйка всей Империи, а то и парочки соседних. 
Тем временем меня вытащили из ванны и уложили на подогретую каменную скамью, принявшись в буквальном смысле умасливать. 
-Меня к аудиенции готовят, или к первой брачной ночи? - пробормотала я, впрочем, не сопротивляясь - процедуры были на самом деле приятными. 
Потом мне долго сушили длинные волосы, чуть ли не каждую прядку отдельно, чуть завивая на концах. Ресницы так же завили, а брови слегка подщипали. Я всерьез забеспокоилась, что это как-то странно, но постаралась убедить себя, что мой любящий отец не допустит ничего такого, что может обидеть или оскорбить меня. 
В конце концов меня облачили в очередную белую тунику. Эта была чрезвычайно торжественной - золотистая вышивка тонкой вязью почти сплошь покрывала ткань. На запястьях оказались широкие золотые браслеты - очень тяжелые, а на лбу тонкая золотая диадема. 
Я смотрелась в зеркало и не верила, что это в самом деле я - нескладная очкастенькая Варя Бочкарева или даже легкая свободная Тээле со счастливого острова Глаз Бури. 
Девушка в зеркале была по-королевски прекрасна. Сразу откуда-то появилась особенная стать, и даже движения изменились. 
Ну не из-за ванны же? Да и не из-за платья. Наверное, Тээле дала мне не только свою прекрасную внешность, но и что-то большее. 
Вошел богато одетый слуга и по облегченному взгляду Роуды я поняла, что мы успели. 
-Эрина милосердная с вами, - склонилась девушка передо мной, вслед за ней присели в поклоне и другие. 
Я только кивнула и пошла за безмолвным слугой. Наверное, я должна была волноваться, но ничего подобного не чувстовала, думая только об Аджаро. 
Сказать, что у меня проснулась какая-то сумасшедшая к нему любовь? Нет, и я это прекрасно осознавала. Просто хотелось вцепиться в него мертвой хваткой и не отпускать от себя никуда. Я понимала, что без него остаюсь здесь совсем одна. 
В одной из галерей нас встретил хран Соул, одетый так же торжественно. Про себя я отметила, что к его благородной седине больше подошла бы серебряная вышивка на одежде. 
-Ты хорошо отдохнула, Тээле? - он коснулся мягкими губами моего лба, - я хотел бы отложить аудиенцию, но король вне себя от нетерпения, хочеть выразить свою радость по поводу твоего чудесного возвращения. 
-И по поводу своего чудесного спасения, - чуть язвительно прокомментировала я. 
-А как же, конечно, - спокойно ответил отец, - Его величество король Демилин не скрывает своего восторга по этому поводу в первую очередь. 
Честное слово, папа начинал мне искренне нравиться. Чувство собственного достоинства, душевная теплота, несмотря на такую высокую должность - можно было сказать, что мне повезло попасть из одних любящих рук в другие. Снова вспомнив об Аджаро, я тихонько вздохнула. 
Отец на ходу чуть повернул ко мне голову и внимательно посмотрел, но ничего не сказал. И деликатность - внесла я еще один пункт в список его достоинств. 
Наконец, мы достигли покоев короля Демилина. Черт, я же протокола не знаю! - спохватилась я. Кланяться, приседать, что мне делать-то? 
Машинально схватив отца за руку, я сжала его кисть, как маленькая девочка. Так, держась за руки, мы и вошли в тронный зал. 
Король сидел в большом кресле, очень мягком и широком. Оно мало походило на трон - очень комфортабельное, почти кушетка. На этом троне можно было расположиться полулежа, поджав ноги. Будуарное какое-то кресло, а не трон. Куча маленьких подушечек вокруг монарха довершали салонный образ. 
Я встретилась с ним глазами - его взгляд был восторженный, чуть детский, от этого Демилин был похож на ребенка, хотя на вид он был немногим моложе моего отца.