Шанс для рода Шустовых. Том 3 (СИ)

Я осмотрел бойцов. Самому младшему было примерно столько же сколько и мне. Самому старшему не больше тридцати.
Ребята, со знанием дела, выстроились в две цепи и, разойдясь на пару метров двинулись друг за другом.
Я оказался в одной цепочке в центре, Роман в другой рядом со мной. Первыми шли парни из патруля, отряд замыкали стрелки. Все бойцы были одеты в темное. Мне повезло, что я был одет примерно так же. Хотя, уверен, у интенданта нашлась бы одежда и на мои плечи.
Шли без факелов. Для меня это была не помеха, а вот ведущим явно было сложновато. Передвигались медленно, всматриваясь в каждый куст. Роман то и дело давал распоряжения знаками, без слов.
Вся наша компания производила шума не больше, чем обычный горожанин, вышедший в лес на прогулку, а то и меньше. Только на нас было оружие, и нас было десять.
Пока удалялись от лагеря, ребята еще тихо переговаривались, но едва палаточный городок скрылся за поворотом, наступила полнейшая тишина.
Я старался ступать тихо, подражая бойцам, но мне кажется, моя шумная ходьба их немного раздражала. Судя по всему, я и был тем горожанином, кто издавал основной шум.
Немного привыкнув к манере ходьбы, я смог идти скрытней. Лицо Романа мгновенно расслабилось, и он едва заметно кивнул мне, словно в знак благодарности.
Через некоторое время дорога свернула влево, а мы, сойдя с нее, углубились в лес.
Темные стволы высоких деревьев, погруженных в ночной сумрак, казались стенами коридора. Дальше них, даже я почти ничего не видел. Я бы, конечно, мог посмотреть на энергетический фон местности, но пока не видел в этом необходимости. Вокруг было тихо.
Я вдруг сообразил, что эта тишина очень странная. Ни звука шелеста листьев, ни голосов ночных птиц. В лесу всегда бывает что-то, что можно услышать и испугаться. Тут же, ничего подобного не было. Абсолютная, непроницаемая тишина. Такого не должно быть. Поняв, что вокруг что-то неладное, я посмотрел на лица своих соседей. Роман был напряжен, но старался не подавать вида. Оглянувшись, я увидел легкое недоумение в глазах одного из стрелков.
От лагеря мы шли не больше часа. Судя по всему, так быть не должно, раз уж бойцы занервничали.
Откуда-то справа раздался скрип, словно открыли дверь на несмазанных петлях. Ведущие остановились. Замерли в напряжении, положив руки на рукояти оружия.
Мы постояли так несколько минут, звук не повторился. Роман махнул рукой, приказывая продолжать движение. Отряд снова двинулся.
Я вслушивался в окружающую нас темноту и не мог уловить звуков леса. Будто мы были где-то в другом пространстве. Казалось, что всё живое вокруг куда-то исчезло, как те люди в опустевшем лагере. Что могло напугать птиц, мелких грызунов, ведущих ночной образ жизни, сов, в конце концов? Уж эти хищники ночного леса хоть и летали почти бесшумно все же были слышны.
Задрав голову вверх, я постарался увидеть небо над кронами. Густо переплетенные ветви не дали мне такой возможности.
И вдруг раздался стрекот. Словно сотня кузнечиков разом решили исполнить в унисон свою песню. Парни замерли, стрелки вскинули арбалеты и зашарили по окружающей темноте, целясь кто-куда. Было понятно, что они не понимали откуда шел этот звук.
Мне пришлось напрячь слух, чтобы понять, где источник. Звук шел справа. Я принялся всматриваться, но ничего не было видно. Прищурившись, я перешел на зрение, позволяющее видеть потоки энергии. Все бойцы немного «светились», в городе и даже у себя в деревне, я такого не замечал. Возможно, тому виной пусть и слабая, но засветка. Тут же была абсолютная тьма. А возможно, так проявлялись эмоции: страх или напряженность.
В том направлении, где я определил источник звука, было заметно голубоватое свечение. Что-то огромное, размером в медведя стояло там и издавало этот странный звук, отчего-то напомнивший мне стрекот инопланетного охотника из старого фильма «Хищник».
Звук исчез.
Я видел, как тусклое сияние двинулось от нас и скрылось в глубине леса, не издав ни единого постороннего звука. Хоть веточка в зарослях должна была хрустнуть?
 
И вдруг навалились звуки. Ударили по ушам, как басы огромных динамиков. Казалось, что лопнут перепонки. Но спустя миг, я понял, что это всего лишь шум леса. Нет, ни голосов птиц, ни шороха ночных хищников не появилось. Только шум листвы, скрип деревьев и прочие звуки, издаваемые самым обычным лесом. Вокруг словно стало немного светлее.
Я посмотрел на Романа.
— Пронесло, — тихим шепотом сказал подполковник.
— Что это было? — так же тихо спросил я.
— Мы называем его дозорным. Мы тут иногда натыкаемся на что-то непонятное. Будто все разом теряем слух и зрение. Но если постоять тихо, потом отпускает. Кто-то говорит, что это дух этого места выходит дозором проверить свои владения. Если тут пройти днем или даже ранним утром, такого не будет. Только ночью, да и то не всегда.
Роман замолчал, и мы продолжили путь.
Надо бы повнимательнее изучить это явление.
— Кто-то тут пропадал или еще какие-то странные вещи были? — спросил я Романа шепотом. — И еще, только в этом месте так?
— Нет. Никто не пропадал. Только вот так, как сейчас. И это случается в окрестностях периодически. Не угадаешь где и когда. Если бы мы знали, где такое случится, обошли бы место.
В принципе, информации было достаточно. Я собирался поговорить об этом с Шансом. Что-то мне показалось знакомым в том свечении. Да и в самой ситуации. Что-то тут было, лежащее на поверхности и пусть прямо с таким я не сталкивался раньше, но чувство, что вот-вот догадаюсь в чем дело, меня не оставляло.
Оставшийся путь до границы мы проделали без приключений. Я не стал больше расспрашивать Романа и отвлекать ребят от осторожного и тихого продвижения через лес.
Сама граница никак не обозначалась, но идущие впереди бойцы дружно остановились на краю зарослей.
— Там, — Роман протянул руку и указал вперед.
Передо мной лежало открытое пространство. Я бы назвал это просекой в лесу, если бы в это время их устраивали. Правда эта просека была шириной не меньше, чем в полкилометра. Полоса без деревьев тянулась в право и влево теряясь в сумраке.
— По этому месту проходит граница, — тихо объяснял мне Роман. — Там впереди покинутый лагерь.
Я всмотрелся в противоположную сторону поляны. Скоро уже должно было начать светать и мне удалось рассмотреть темные силуэты палаток, стоящих прямо рядом с далекими деревьями с той стороны.
Откуда-то справа подул легкий ветерок. Его прохладное касание было сначала даже приятным, но поток воздуха все напирал и напирал, словно плавно набирал обороты гигантский вентилятор.
Через минуту ветер уже клонил березы и трепал пологи пустых палаток в нескольких сотнях метров от нас.
На чистом до этого момента небе вдруг начала собираться темная туча. Никаких признаков её, не было видно еще несколько минут назад.
— Что происходит? — спросил я Романа.
— Сейчас начнется, — произнес он. — Смотрите в сторону тучи. Там будет сверкать. Опять, наверное, поляки магией балуются.
Я внимательно смотрел на тучу. Она скручивалась плотной воронкой. Точнее кольцом, бубликом, тором, в конце концов. Облако темно-серого цвета сгустилось настолько, что стало черным. Скорость вращения все усиливалась. Точно так же, усиливался ветер. Теперь он стал дуть порывами.
Сверкнуло.
Я не успел заметить, что и где. Только засек слабый зеленый отсвет на крышах палаток.
Перейдя на зрение в энергетическом спектре, я замер. Прямо передо мной разворачивалось что-то невероятное. Я сильно сомневался, что дело в польских магах.
Вся черная вращающаяся туча светилась энергией, как елочная гирлянда, на которую подали не тот вольтаж. Того и гляди вспыхнет.
Но это было не все. В самом центре бублика синие жгуты, стягивающие реальность, стали выгибаться, выпучиваться, словно с той стороны на них что-то давило. Я не заметил, как лопнул первый, но хорошо рассмотрел, когда они стали рваться один за одним.