Императрица поневоле. Книга вторая (СИ)

Еще ночью прибежали все мои горничные. Очевидно, они проснулись, когда Сария пришла будить Малену. В итоге они, остаток ночи, дежурили около моей кровати в полном составе. Они меня и умыли и накормили и рассказали, что вообще творилось в то время, пока я лежала без сознания.
Адам, оставив меня в шатре, тут же начал расследование. Граф Девис его поддержал и даже вызвал людей со свих земель. Многие аристократы предложили свою помощь, от которой отказались и Император, и граф. Разумно, учитывая, что среди них мог быть тот, кто и организовал покушение.
«Как глупо», — усмехнулась я, делая глоток чая и переводя взгляд в окно. — «Все же должны догадываться, чьих это рук дело. Хотя...»
Горничные так же сказали, что Арсилия в тот момент когда я была ранена, находилась в шатре и распивала чай с другими девушками. Не думаю, что она бы пропустила такое зрелище, если бы действительно замыслила его. Но все могло быть, поэтому я не стала утверждать, что это была не она. Но больше горничные не знали, так как были оправлены в замок с остальным персоналом.
Уже в замке началась суматоха. Выяснив, что Стефан святой, Храм потребовал его немедленного возвращения. Император напомнил им, что обязанности святых —лечить людей. Да и сам Стефан заявил, что никуда не уйдет, пока не убедиться, что со мной все в порядке.
Фрейлины примчались ко мне уже ближе к вечеру Их допрашивали наравне с остальными. Даже Карлина приехала, несмотря на свою простуду и высокую температуру. Она была в таком шоке, что не могла войти в мою комнату. Как сказали горничные, девушка просто стояла и смотрела на мое бессознательное тело, пока ее не увели остальные фрейлины и не успокоили.
Затем Стефан потребовал тишины и покоя. Комната опустела и через несколько часов очнулась я. С осознанием того, что моим родным, скорее всего, уже все рассказали и она уже в пути. Мне очень не хотелось, чтобы они прибыли в замок. Не только потому, что они будут отчитывать меня, но и потому что они тут будут в явной опасности.
Мои размышления прервал тихий всхрап со стороны дивана.
Я вздрогнула, слегка разлила чай из чашки на стол и повернула голову в ту сторону.
Точно, пока здесь Стефан, я могла не переживать так сильно. Он бы смог спасти моих родных от тяжелых травм.
В дверь постучали.
— войдите.
Говорила я еще с большим трудом. Язык едва ворочался, поэтому многие слова были неразборчивы.
Дверь комнаты отворилась, и я увидела графа Девиса. Он был бледнее обычного. Темные брови были сведены к переносице, а одежда на нем была все та же, что и на дне охоты. А еще заметил, что около моих дверей стояли рыцари, но одеты они были не в голубую форму императорский семьи, а в черную. Значит, граф выделил своих людей для моей защиты. Я улыбнулась ему тепло и приветливо.
— ваше Величество, — коротко поклонившись, граф подошел и впился взглядом черных глаз в мое лицо. — Как вы себя чувствуете?
— Нормально, — пробормотала я. — Говорить... получаете... с трудом.
Поджав губы, граф сел напротив меня и сложил пальцы домиком. Тут я сообразила, что мы находились в моей комнате, по сути, наедине. Это было недопустимо, и я попыталась объяснить это мужчине. Он понял, но не с первого раза.
— С нами же святой, — граф усмехнулся и кивнул в сторону дивана, на котором спал Стефан.
Я кивнула, признавая его правоту. Если что, лично попрошу у Стефана подтвердить наше алиби. Почему-то я была уверена, что он не откажет мне. Словно мы и правда давно и очень хорошо знали друг друга.
— Я пришел рассказать то, что выяснилось. Мы поймали стрелка. Это оказался один из рыцарей императорского полка, — мрачно сообщил граф Девис, бросив на меня хмурый взгляд. — Я выделил своих рыцарей для вашей защиты, поэтом можете не переживать.
— Спа. спасибо, — произнесла я, хмурясь от невозможности разговаривать полноценно.
Граф кивнул и продолжил:
— Рыцарь рассказал занимательную историю о том, что он хотел отчистить землю от южного народа. Сказал, что вы всюду пропагандируете свою религию. И ему пришло в голову только одно решение — убить вас.
 
— Что за... бред?! — я даже прикусила язык от такой новости.
— Я тоже об этом подумал. И мне в голову пришло вот что... — граф тяжело вздохнул. — Мне кажется, что стрелок сам хотел, чтобы его поймали. После того, как вас излечил святой, он решил, что таким образом дискредитирует вас.
Я выдохнула. Кто? Кто мог так основательно промыть мозги этому человеку, что он, вместо того, чтобы бежать, дал себя схватить? И ради чего? Ради того, чтобы религиозные люди отвернулись от меня? А большинство простолюдин были очень религиозны. И даже если многие не поверили в то, что сказал рыцарь, зерно сомнения уже было посеяно.
Это могло сильно повлиять на мои планы. Простолюдины и так благоволили больше Арсилии, потому что она была одной из них, а теперь еще и это! Да и не только простолюдины были религиозны. Многие аристократы тоже считали себя набожными и приходили в Храм на каждый праздник.
— Все будет хорошо, — тихо сказал мужчина, поднимая на меня взгляд. — Мы что-нибудь придумаем.
«Обязательно», — подумала я и кивнула.
Вслух сказать я ничего не успела, так как дверь комнаты открылась, и в помещениевошли мои родственники.
По взгляду отца и матери, я поняла, что меня ждет очень серьёзный разговор.
Взгляд отца был настолько мрачен, что почудилось, словно даже в комнате стало темнее. Мамины глаза были покрасневшими от слез, но она выглядела не менее грозно.
Я сглотнула и нам миг пожалела, что не погибла от стрелы.
— что ж Я навещу вас позже, Ваше Величество, — поспешно сказал граф Девис, вставая из-за стола и кланяясь моим родителям.
Я кивнула ему, тоже встала из-за стола и посеменила к родителям, позади которых стояли братья и смотрели на меня с максимальным сочувствием.
Что ж. В конце концов, этот разговор когда-нибудь должен был состояться.
Глава вторая. «Семья» 
Граф Девис, после взаимного приветствия, поспешно скрылся за дверью. Я проводила его взглядом и мысленно вздохнула. Во мне была надежда, что он останется, потому что встречать гнев родителей в одиночестве было как то страшновато. Пусть я и живу второй раз, но каждый ребенок, выросший в любящей семье, боится разочаровать своих родных.
Про Стефана, мирно спящего на диване, я как-то совсем забыла. И не обратила внимания на то, что легкое сопение и храп прекратились.
— Элизабет Беннет, — угрожающе произнесла мама, подходя ко мне.
Я вздрогнула и зажмурилась, не способная вынести пылающего взгляда золотых глаз. Мне хотелось сквозь землю провалиться от стыда. Я заставила родных так сильно переживать. Да, по сути, это не было моей виной. Но я все равно чувствовала себя виноватой.
Но вместо гневной тирады, мама лишь порывисто меня обняла.
— Как ты? Нигде не болит? Ты очень бледная. Кушала уже? — засыпала меня вопросами мама, ощупывая мои плечи, руки и лицо.
Сначала я замерла, растерянно глядя на бледное лицо матери, затем мои губы, вопреки воле, разъехались в улыбке. Это была моя семья. Я совсем забыла о том, что они тоже волновались обо мне так же сильно, как я волновалась о них. Пока я строила заговоры, нанимала персонал и крутила интриги, мама, папа и братья переживали обо мне. Они выполнили мою просьбу — сидеть в особняке. Но какие при этом каждый из них испытывал чувства? Не в состоянии помочь родному человеку, запертые в доме.
— Прос... тите, — пробормотала я, обнимая маму в ответ.
— Вот видите, — Роберт посмотрел на отца. — Она все понимает Лиззи просто.
— Пороли ее в детстве мало, — перебил Роберта отец, подходя ко мне.
— НУ, прости... о... отец, — я состроили жалостливую гримасу, которая в детстве часто помогала мне избежать заслуженного наказания.
Папа нахмурил густые черные брови и вперил в меня суровый взгляд. Мама отошла чуть в сторону, но руки моей не отпустила, словно боялась, что я могу рухнуть на пол от изнеможения.