Услышь мой шёпот (СИ)
— Погодите, леди. — судья Мор остановил меня пальцем и снял очки, чтобы протереть их. — Это слишком громкое заявления. Так может каждый заявить…
— Заявить может каждый, но доказать нет. — не дала я закончить пожилому мужчине. — У меня есть все доказательства.
— Тишина. — выкрикнул он, останавливая нарастающий шёпот в зале. — Попробуйте, леди Браун. Что ж сегодня какой-то день открытий, поэтому я давайте!
— Помимо оригинальных документов о моем рождении, я обладаю королевским перстнем-печатью, которым владели все члены семьи Клант, — я подняла руку с перстнем, демонстрируя его. Люди на ближайших рядах даже подались вперёд, чтобы лучше его рассмотреть. — Также кулон женской половины королевской семьи, моя мать тоже передала мне. — я вытянула цепочку из под ворота рубахи. — В зале присутствуют лица, которые служили еще при короле Стефане Кланте и могут подтвердить подлинность и оригинальность королевских драгоценностей. И у меня есть живой свидетель моего младенчества, Маргарет Браун, которая удочерила меня, дав мне свою фамилию после смерти родителей. У нее на руках все сопутствующие документы.
Мне кажется в зале кто-то упал в обморок. Остальные разделились на два лагеря: те кто сидел с выпученными глазами, не дыша и те, кто возмущались и плевались на каждое мое слово. Сюда же относился и Совет.
— Я бы взглянул на ваши улики, простите, доказательства. — с морщинкой на переносице произнёс судья.
— В этом нет смысла! Г-н судья, это самозванка! Мы требуем вывести ее из зала, а лучше под арест ее! — кричали «Советники».
— Да! Под арест самозванку! — поддержали остальные.
— Уважаемый Совет, не забывайте, где вы находитесь. Такое заявлять может лишь суд в моем лице. И неприкосновенность и верховность вашего слова поставлены под вопрос. Люди Браун требует это право себе и нам нужно выяснить законно ли ее желание.
— Вы с ней в сговоре! — подскочил еще один советник. — Арестовать!! — завопил он на весь зал. — Арестовать судью и самозванку! — тыкал он пальцем в нашу сторону, но военные только переглядывались, не зная, что делать и кого слушать. — Генерал Хорд, арестовать заговорщиков! — обернулся он к высшему по званию и статусу в мороссийской армии.
— У меня нет достаточных полномочий. — отозвался он.
— Я! Я — ваше полномочие! Я приказываю.
— Вашего приказа не достаточно. Есть стоящий выше нас обоих. Я не смею навредить Королёве.
— Ты веришь этой девчонки? — взревел тот.
— Мы, как минимум, должны это проверить и, пока есть хоть малейшая вероятность, что она является единственной носительницей крови и власти, никто не смеет ей навредить. Я, как представитель моросской армии первый, кто будет защищать возможную королеву.
— Я отдам тебя под трибунал!!! — брызгал слюнной советник.
— Вынужден напомнить, г-н Кроль, что это также в полномочиях лишь суда.
— Да, как…? Да, я…! — не находил тот слов, с мольбой смотря на своих сторонников, ожидая от них помощи.
— Уважаемый суд. — встал один из них, отреагировав на его мольбу. — Я тот лица Совета требую взять девушку под арест для дальнейших разбирательств. — начал он наиграно спокойным тоном. — Нужно просто увести ее для допроса и пока разобраться с делом, что стоит сегодня на повестке дня. Потом мы решим вопрос с девушкой. Давайте делать всё постепенно.
— Но у суда нет основания задерживать леди Браун. За слова? За заявление? Она никого не оскорбляла, не покушалась на чью-то жизнь или свободу. — развёл руками судья. — И с первого взгляда все документы леди Кианы и Маргарет Браун подлинны. — я под вопли Совета все же донесла до главного юриста свои доказательства. — Я неоднократно видел эту печать, могу ручаться в ее оригинальности. Леди Маргарет Браун, — обратился он к ба, которая тут же подошла ко мне, беря меня за руку. — На ваших документах стоит печать г-на Хвана. Он — ваш адвокат?
— Да, уже много лет и он сможет подтвердить подлинность документов. — отозвалась ба.
— Ложь! Всё ложь! — не унимался Совет. — Заговор! Всех под суд!
— Мы и так в суде, уважаемые, и пытаемся спокойно выяснить правду. Она может быть и не у вас. Даже, если хочется. — не выдержал судья.
— Г-н Хорд, генерал, вы, как приближённый к семье Клантов, можете что-то подтвердить или опровергнуть из слов леди Браун.
— Я лично знал Мари еще ребёнком и помню ее мужа. И да, перед войной у них родилась дочь, я присутствовал на посвящении ее в семью и помню перстень. Он у всех членов королевской семьи однотипный. На вид этот, — он кивнул на мой пресечь, — такой же. К сожалению я не знаю о судьбе девочки, многие семьи брали в поход своих детей.
— Мари тоже так изначально решила. — подала голос ба. — Но Киана заболела перед самым выходом и достаточно серьезно. Поход мог угрожать ее жизни и я согласилась присмотреть за ней в отсутствие родителей. Кто ж знал, что их отсутсвие затянется на всю жизнь. Я сохранила все ее документы и бумаги об удочерении. Вы все можете проверить. — указала она на документы на столе. — Я, хоть и не имею в себе королевской крови, но являюсь их родственницей и подтверждаю, что история этой девочки правдива.
Теперь зал весь затих, ловля каждое слово. До них наконец дошло, что сейчас решается будущее их королевства.
— Простите. — кто-то протискивался сквозь толпу. — Простите. Г-н судья, я могу взглянуть на перстень. — Вышел из толпы пожилой очень тучный мужчина.
— О, г-н Кассель! Что же вы молчали. — узнал мужчину судья. — Конечно взгляните. Это же ваших рук дело.
— Это главный ювелир, он делал все драгоценности королевской семьи. — шёпотом пояснила мне ба. И я завороженно смотрела на руки этого старичка в очках с крупными линзами. Он аккуратно взял мой пресечь из рук судьи, протер его кристально белым платком и достал маленький прибор, похожий на бинокль.
— Мммм… Ну, здравствуй, родной. — вертел он с улыбкой украшение. — Я уже и не надеялся кого-то из вас вновь встретить. — говорил создатель со своим творением. — Да! — громко произнёс он неожиданно. — Я лично сделала этот престень для новорождённой племянницы короля и подтверждаю его подлинность. Мое почтение, ваше величество. — поклонился он мне, протягивая перстень. И я, шокированная, протянула руку, чтобы взять его. — Я буду с нетерпением ждать новых королевский закалов. — сиял он в предвкушении вернуться вновь к своей работе.
В зале вновь коллективно ахнули.
— Даже, если девушка не лжёт и является претенденткой на трон, по закону, она не имеет на него права до замужества. — вновь встал тот самый терпеливый и сдержанный советник. — Мы может взять девушку под опеку совета, пока она не вступит в свое право. — выдал тот, сменив тактику.
— Простите, но здесь ошибочка. — аккуратно ответила я. — Я уже месяц, как замужняя дама. — улыбнулась я, совершенно не смущаясь. Наоборот, я начала чувствовать свое превосходство, свой перевес. Я начинала чувствовать запах победы. И он был очень приятным.
— Вы замужем? — удивился судья.
— Да. — вновь улыбнулась я.
— Но вы же понимаете, что в вашем случае возможен лишь брак соответствующего статуса, леди Браун?
— Гралль. — добавила я.
— Простите?
— Браун-Гралль. — пояснила я. — Это моя фамилия уже месяц. Я замужем за принцем Граллем. Думаю его статус соответсвует моему. — я подошла к своему мужу и взяла его закованную в цепи руку. В зале опять послышался хлопок, будто бы кто-то вновь шлёпнулся в обморок.
Я впервые за время своего «высовывания» посмотрела в глаза Тэрона. А там!!! Там бушевал огненный ураган! Глаза светились, чешуйки на висках отчетливо переливались. — Свидетельство о заключении брака у меня тоже с собой. И Шатанское и Мороссийское. Мы обвенчаны на обоих сторонах. — не отводя взгляда от глаз мужа, произнесла я. — Есть еще сомнения в моем праве на трон? — перла я до конца. В зале зависла тишина. Никто не смел подать голоса. К н и г о е д . н е т
— Г-н судья, если мое право доказано, — не дождалась я никах возражений, — я, как королева Моросса, требую освободить моего мужа, короля Шатана и всех, кто сегодня находится здесь в статусе подозреваемых. И я прошу суд разобраться в последних событиях и, особенно, в правомерности действия Совета. Потому что у меня есть основания, что Совет, преследуя свои цели, напал на шатанских представителей и послов, выставил их агрессорами и поставил наше королевство вновь на порог войны.