Разборки в стиле Академии. Дилогия (СИ)

Девушка удивленно хлопала глазами, не зная, что сказать.
— И… что это значит? — осторожно спросила она.
Сасаки Гинджоу снова улыбнулся.
— По приказу Директора мы должны немедленно отпустить Амакусу Акуму.
Может Принцесса и хотела что-то сказать, но она не осмелилась. Президент будто подавил ее своим присутствием.
— Благодарочки! — ничуть не расстроился я, и спокойно освободив свои руки от наручников, протянул их Хаори. — Это ваше, — отдал я наручники. — А вы, Президент, молодец. Оперативно работаете. — подмигнул я ему.
— Мне лестно от столь высокой оценки. — кивнул он. — Но ничего особенного мы не сделали — Директор оказал нам неоценимую помощь, предоставив все виды услуг что требовались для раскрытия этого дела. Вся заслуга столь скоротечности расследования принадлежит исключительно ему.
Немного оценивающе оглядев его, я кивнул.
У меня была некоторая информация об этом парне. Сасаки Гинджоу. Он всегда спокоен и уверен. По тому, что знал Какеру — Президент крайне добрый человек. Всегда помогал каждому кто просит помощи — если не своей властью Президента, то своими силами. Одновременно очень спокойный и теплый. Он словно Небо — живет отдельно от этого Мира и всего что в нем происходит, хоть и связан с ним.
Конечно, далеко не все воспоминания Какеру я получил. Большая часть касалось того, почему он на меня напал. Но даже того что есть оказалось достаточно чтобы сделать выводы о некоторых опасных людях.
Посомневавшись немного, я принял решение.
Пусть наше знакомство и началось не лучшим образом, но иметь во врагах еще и Президента мне не хотелось, поэтому я решил наладить с ним отношения.
— Президент… тут такое дело… — немного помявшись, я вздохнул и решил спросить напрямую. — У нас с вами есть конфликт? — и поняв насколько глупо это звучит, решил добавить. — Все-таки, я вас ударил, общежитие разрушил, дирижабль теперь тоже вряд ли смогут отремонтировать.
Он несколько секунд смотрел на меня, после чего широко улыбнулся.
— У меня ни с кем нет конфликта. — сказал он. — Я стараюсь не враждовать с людьми. Гораздо лучше стать тем, на кого люди могут положиться. И не совершить ни одного плохого поступка за всю жизнь.
И стоило ему это сказать, как впереди появилась фигура парня.
— Президент! В клубе Легкой Атлетики беда! Одна из фавориток грядущего турнира потянула ногу. В Медпункте не оказалось квалифицированных людей с Исцеляющей способностью. Поэтому нам нужна ваша помощь!
Я внимательно наблюдал за реакцией Сасаки Гинджоу. Но ни один нерв на его лице не дернулся, показывая недовольство.
— Прошу меня простить, — кивнул он мне. — Конфискованные вещи вам принесут чуть позже. — пообещал он. — А мне пора, прошу меня простить.
Смотря вслед удаляющемуся парню, я просто не мог его понять.
Он несомненно понимал, как его воспринимают окружающие — человек, которым можно легко управлять. Дурачок, который сделает все, что у него не попросишь. Слишком добрый. Слишком наивный. Тот, кем легко воспользоваться.
Так думал даже Какеру, который имел отличный аналитический склад ума.
Но у меня есть то, чего не было у покойного Учителя — интуиция, и благодаря этой интуиции я хорошо понимаю людей.
«Не совершить ни одного плохого поступка за всю жизнь? Смешно.»
Я хмыкнул, решив, что Президент действительно интересный человек, с которым нужно попытаться сдружиться.
— Как бы там ни было… — я нахмурился, и внимательно оглядел четыре пути, которые отходили от меня. — Мне сейчас нужно не потеряться…
  
Глава 18
 
Как бы я сильно не хотел, не потеряться я просто физически не мог.
Я ненавижу свой топографический кретинизм. В этом мире от этой проблемы выходят многие истории, в которые я умудрился вляпаться. Но даже так, столько же обиды как сегодня у меня на эту болезнь не было.
— Ты опоздал на минуту, — прищурился сидящий рядом со мной ехидный Китаец. — Тебе засчитали «неявку».
Я посмотрел на таблицу, где уже были расписаны результаты первых двух боев. Мой бой был вторым, и победу присвоили «Хирате Хикари». А вот первый бой был между двумя другими участниками.
 
Ван Линь проиграл Иноуэ Изуми.
— Не мог на минутку больше продержаться? — косо посмотрел я на Китайца. — Позор. Проиграл Японской девчонке, и сидит, лыбится.
Китаец ухмыльнулся.
— Эта «Японская Девочка» на уровне «Герцога». У меня не было против нее ни шанса, поэтому я и не стал пробовать. — объяснил он. — Сразу как начался бой, я сдался.
Другими словами, если бы он выложился на полную, то я вполне мог бы успеть на поединок…
— А как же гордость? Не хотелось проверить свой предел?
В ответ он лишь загадочно прищурился.
— Быть может Русский и попытался бы победить. Но я отличаюсь от вас — я не воин, и воином себя не считаю. — признался он. — Неважно насколько силен Пробужденный, один «Монарх» не сможет победить двух «Монархов». Так не лучше ли получить себе в услужение двух «Монархов», чем самому тратить годы тренировок на развитие своей силы?
Я фыркнул на его словах.
— Сильное заявление. Как по мне, сильный «Монарх» сможет победить и десяток слабеньких «Монархов».
Еще в прошлом мире я был свидетелем того, что один мог победить целую толпу. В этом мире разнице между одним уровнем и того больше, и все сводится к банальному превосходству в энергии.
Он ничего более не сказал, просто задумавшись о чем-то своем. Я был вполне доволен его реакцией и сосредоточился на третьем бое.
И, как не парадоксально, это были те, чей бой я хотел видеть больше всего.
Виталий Морозов и Айзек Реймонд. Русский и Американец — оба из крайне могущественных Родов. Морозовы и их клан «Мороз» считается сильнейшим Кланом во всей Российской Империи. А Реймонды хоть и являются «Монархами» только формально, но Айзек все равно получил титул «Монарха» и главы своего Рода, и его силы крайне нестандартны.
Также, как Япония имела довольно натянутые отношения с Китаем, их страны тоже имели множество претензий друг к другу.
— На кого поставишь? — посмотрел на меня Китаец.
Его спонтанное решение заставило меня задуматься.
Шансы у обоих были весьма значительные. Но, как мне кажется, Айзек был предпочтительнее. Его нестандартные способности и также «Глаза Медузы» — это уже больше, чем смогут выдержать большинство «Маркизов». И, почему-то мне кажется, что истинная его сила скрыта в «Руке Химеры», которую он намеренно прячет под бинтами.
Я видел несколько боев Айзека в Колизее, и могу сказать, что он очень силен. Возможно, сильнейший первогодка после Изуми.
Тем не менее, я, как бывший Русский, не смог просто так выбрать кого-то другого.
— Ставлю на Морозова. — спокойно сказал я.
Я уже смирился, что являюсь Японцем. И Япония действительно стала моей родиной. Но, это не значит, что Русские люди мне не симпатизируют.
— Странный выбор, — сказал Ван Линь. — Но так даже лучше, ведь я хотел поставить на Айзека. — ухмыльнулся он.
Позади нас послышался голос:
— Поддержу ставку Ван Линя. — произнес Иссэ, также присевший рядом с нами. — Но что будем ставить? — спросил мой соотечественник.
Немного задумавшись, я пожал плечами.
— Как насчет Желания? — предложил я. — Тот, кто победит, может загадать желание, а те, кто проиграют, должны это желание выполнить.
Немного задумавшись, парочка кивнула.
— Звучит неплохо, — ухмыльнулся китаец. — Загадать можно что угодно? — прищурился он.
— Пока это остается в рамках. — решил Иссэ вставить свое условие. — Просить предать семью, или напасть на Императора — это будет крайне жуткое желание.
 
Подобное замечание было вполне уместно. Не хотелось бы умирать из-за глупого спора. Хотя, наверное, никто и не стал бы выполнять подобное «желание» — скорее, это приведет к смертоубийству того, кто загадает такое желание.
И пока мы обсуждали наши желания, подготовка к третьему бою закончилась.