Не стать зверем (СИ)

— Думаете, это возможно? — хмыкнула она, с недоверием глядя на Джилейра.
— Мы считаем — возможно. Есть свидетельства, что кто-то и когда-то уже пытался это делать, — заключил он. — По сути, было нащупано два вероятных пути. Первый — технический, завязан на эксперименты с зависимостью постоянных обликом разумных существ. О нем известно, что это создание некоего прибора-контура, перестраивающего процессы головного мозга и изменяющего психическую управляемость. Насколько я знаю, вы столкнулись с экспериментами на этом поле, когда жили в Рамьене.
Юлька вспомнила установки в бестиарии и эксперименты над Румянцевым. Но Эрлен же сама — Вечная, как она могла допустить такие исследования у себя под боком? Или… или она их и возглавила, ища способ расправиться со своими недоброжелателями из числа Вечных?
— А второй?
— Второй… кое-что удалось найти в очень старых и очень необычных записях одного чрезвычайно талантливого, на грани безумия, самоучки. Метод держится на создании связи, аналогичной связи " хозяин-зависимый". Связь эта устанавливается через Маар, через наши фантомы-образы-души-двойники в Мааре, которые многие из нас непроизвольно или сознательно создают.
Юлька вспомнила свое попадание в Маар. Она уже знала из пройденного в школе Джмар, что там, в пространстве Некроса, было не ее тело, а энергетический слепок личности, ее душа-двойник. Так же, как и у Ширин.
— Итак, нужно создать фантом — энергетический слепок, — деловито продолжил Джилейр. — За основу можно взять либо хорошо намоленный образ, либо очень талантливый рисунок, передающий саму сущность того, кто изображен. В принципе, подойдет любой домашний образ, висящий у обывателя на стене, но чем старее образ, тем эффективнее связь. Лучше всего, наверно, сработали бы изображения в храмах, они очень мощные, намоленные. Далее нужно это изображение оживить. Сделать это может очень талантливый элементал, работая на базовой или на ударной силе. Например, Даллах — это джив, и вы — джив, значит, вы могли бы попробовать создать фантом Даллаха… хотя бы маленький. Для этого используется мощный концентратор. Кстати, я в курсе, — он очаровательно улыбнулся, глядя ей в глаза, — что вы уже пробовали работать с концентраторами, и у вас есть успехи.
— Я только начала, — возразила Юлька, испытывая неловкость пополам с подозрением. Откуда он так много знает о ней и зачем все это рассказывает?
— Далее есть два пути, — продолжил Джилейр увлеченно. — Фантом можно поместить прямо в Маар. Он останется там, пока не истает или пока его кто-нибудь сознательно не уничтожит. Для этого нужен элементал с даром свободно входить в Маар. Второй путь — это помещение созданного фантома в специальную среду — в концентратор.
Юлька задумчиво покачала головой.
— Может быть, все это и возможно, — сказала она. — Но как этот фантом может влиять на Вечного?
— Фантом и самого Вечного надо связать, — продолжил Джилейр. — Есть несколько способов, например, чтобы Вечный и его фантом соприкоснулись. Не самый надежный, есть и другие… — видя ее скептическую усмешку, он встал. — Я понимаю, все это кажется сложным и звучит как бред, но…
Аккуратно поставив пустую чашку на столик, он ушел в соседнюю комнату и вернулся с плоским предметом размером с ладонь. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это концентратор, внутри которого в ярко-голубом кристалле, обрамленном в уже знакомый платиново-дымчатый металл, Юлька увидела миниатюрный и виртуозно нарисованный образ Наджара-Филина.
— Смотри, — и он протянул ей медальон.
Юлька боязливо взяла его в руки и удивилась, настолько он тяжел и как сильно от него веет фэйром и рохом, уже знакомыми и понятными, но совершенно чужими ей силами. Это действительно оказалась необычная, наполненная энергией вещь, она отзывалась в ее руках и ощущалась не как предмет, а как живое существо. Изображение Филина внутри кристалла было отчетливым, детальным, притягивающим… Вглядываясь все глубже и глубже, она вдруг почувствовала, как мир вокруг нее растворился, отодвинулся назад, и неожиданно она снова оказалась под черным с алмазными гранями небом. Задохнувшись от ледяного воздуха, она поспешно огляделась, привыкая к другому состоянию тела, и сделала по кристально-прозрачному льду несколько шагов вперед.
 
И сразу же увидела его. Жуткое это оказалось зрелище — птица с человеческими глазами. Рыжевато-охряное тело мерцало, переливаясь золотом и пеплом, а глаза… Желтые, немного навыкате, они смотрели на нее с болью и укоризной. Птица встрепенулась, когда Юлька сделала шаг ему навстречу, распахнула пестрые крылья, словно собираясь улететь, но очень по-человечески моргнув, осталась на месте. Юлька сделала еще один маленький шажочек, а потом присела на корточки, разглядывая это пугающее создание. Несколько долгих мгновений они смотрели друг другу в глаза, а потом Юлька почувствовала щемящую жалость к этому странному, такому красивому и такому одинокому существу…
Может быть, Филина потому и нет в мирах Ар Соль, подумала она, что настоящий Филин заперт здесь, в Мааре, навсегда, посредством этого странного медальона. Мысль показалась столь чудовищной, что она, попятившись назад, решительным усилием рванулась обратно, в теплый, знакомый и уютный родной мир.
Очнувшись, она обнаружила, что лежит у Самира на руках, который очень даже неделикатно обнимает ее за плечи. Высвободившись, она вернула медальон-концентратор Джилейру.
— Кто и когда сделал эту вещь? — спросила она с дрожью в голосе.
— Человек, оставивший дневники, — ответил тот. — Когда? Наверно, еще в те времена, когда Наджар был жив.
— Зачем вы мне все это рассказали? — спросила она требовательно.
Джилейр повернулся к Самиру.
— Оставь нас, пожалуйста, ненадолго.
Послушно, но неохотно, Самир поднялся и вышел из комнаты.
— Юля, — начал Джилейр с мягкой серьезностью, — только что вы вышли в Маар. — Знаете, насколько этот дар бесценен?
— Знаю, — ответила она спокойно. — Говорили.
Он кивнул.
— И ведь этот выход в Некрос у вас не первый, — улыбнулся Джилейр. — И успехи в обучении тоже… обращают на себя внимание. Вы могли бы нам помочь.
Юлька с трудом сдержала удивленный и гневный возглас.
— Мы знаем, что вы не та, за кого себя выдаете, — мягко сказал Джилейр. — Нет, Самир не знает, — улыбнулся он. — И вы с ним не делитесь. Он добрый, влюбленный, но слишком уж примитивный парень, он может неправильно вас понять. Вы пришли с Основы, и Нигейр Алекс — ваш старый и близкий друг. Вы много времени провели вместе, блуждая по нашим мирам, пока не очутились в Наган-Кархе, но в итоге вы покинули Наган-Карх по личным причинам.
— Откуда вы знаете, — потрясенно прошептала она. — Вам кто-то рассказал?
— Скажем так, у нас было много разных источников информации, — продолжил он, все так же мягко улыбаясь. — Вам не все равно, что происходит с вашим другом. Вы не хотите, чтобы он и дальше становился таким, каким он уже, фактически, стал. А мы… Мы боимся явления Аспида. Нам не нужен черный демон в наших небесах. Мы хотим попробовать как-то, — тут он замялся, подбирая нужное слово, — повлиять на него.
— Он упрямый, — сказала она шепотом, глядя в окно невидящими глазами, перед которыми неожиданно всплыло бледно-голубое утреннее небо с аспидно-черной фигурой змея.
— Мы считаем, что у вас может получиться создать фантом, — сказал Джилейр так же тихо. — Если бы у вас получилось, мы бы доверили его вам. Вы не пожелаете ему зла. Вы не пошлете его уничтожать города. Тут нужна любящая душа, чистая и сильная. Возможно, вы сможете даже… изменить его. Сделать лучше.
— Я не умею рисовать, — прошептала она, очарованная заманчивым предложением.
— Это совершенно неважно, — улыбнулся Джилейр. — Среди нас есть очень талантливые художники. Знали бы вы, какие чудеса могут творить дети Феникса, — он негромко рассмеялся. — Могу вас даже познакомить. Вашей задачей станет создание образа Змея, но образа красивого, благородного, положительного… Если получится — вы станете его хранительницей. Хотите попробовать? — вкрадчиво спросил он.