Полюби меня

Импозантный мужчина с обручальным кольцом на пальце лихо засовывает купюры в миниатюрные стринги молодой стриптизерши и каждый раз норовит провести ладонью по ее практически голой заднице. Что-то мне подсказывает, что кроме жены, и дети у него точно есть. Интересно, как бы они оценили такую прыть своего папаши. Еще и стояк свой в штанах поправил, мерзость.
Перевожу глаза к следующему шесту.
А вот компания парней, во главе, видимо, с будущим женихом. Точно жених, у него я заметила надпись на майке «Все телки Москвы будут плакать по этому члену» и стрелка вниз. Миленько. Молодняк сидит, разинув рты и кидая мелочь под ноги сочной девочке лет двадцати пяти-тридцати.
Вот и разница вкусов: старперу помоложе, молодняку посочнее.
Интересно, а где бы сидел Борис, если бы сюда пришел?
Подсознание сразу выдало ответ: «У той, что помоложе,» – и сразу на душе стало тоскливо.
К сожалению, чем старше становишься, тем яснее понимаешь, как ценна молодость с ее фарфоровой кожей, естественным румянцем на щеках и наивностью в общении.
После двадцати пяти уже невозможно мило хлопать глазками и восторженно аплодировать всему, что чешет тебе мужчина. Жизненный опыт никуда не денешь. И чем старше становишься, тем стервы в тебе больше и милой девочки соответственно меньше.
А Светочка всегда так мило хлопала ресничками, слушая Бориса. Надо было вовремя обратить на это внимание. Но я была уверена в нем, как в самой себе, и поплатилась за это нашим браком.
– Хорошо выглядишь, – прилетело откуда-то сбоку. Судя по голосу, он уверен в себе, хорош и точно знает, чего хочет.
Борис тоже такой.
Допиваю остатки вина одним глотком и показываю бармену повторить. Вот парнишка за стойкой мне нравится, он выглядит безопасно. Молодое, открытое лицо, красивое подкаченное тело, полное отсутствие интереса ко мне и девочкам на шестах. Стопроцентный гей.
– Цену себе набиваешь? – все тот же приятный глубокий голос, но уже ближе.
Лениво поворачиваю голову, чтобы рассмотреть смельчака.
И я ни в чем не ошиблась. Красавчик лет тридцати, такой себе Антонио Бандерас. Вот точно, черные вьющие немного отросшие волосы и жгучие карие глаза. Белая рубашка, закатанная до локтей, подчеркивает слегка смуглую кожу. А в расстегнутом вырезе виднеется рельефная грудь.
Уверенный в себе, красивый и пьяный.
– Советую сильно не ломаться, а то потеряю интерес, – Бандерас подмигнул и подозвал к себе бармена. – Скотч. А даме, – он сосредоточился на моем бокале, – вино.
– Дама справится сама, – отворачиваюсь от мужчины и продолжаю рассматривать зал. Мне сегодня точно не до приключений, тем более я не готова знакомиться с мужчиной в стриптиз-клубе. Даже если этот клуб самый лучший в городе, судя по Катиным словам.
На стул с другой стороны присаживается уже немного надоевший помятый Бандерас и закрывает собой весь обзор на зал.
– Все самое интересное здесь, – он подпирает ладонью щеку и без стеснения заглядывает в декольте. – Сегодня твоим клиентом буду я.
Ну, отлично, перепутал меня с путаной.
– Обойдешься, – усмехаюсь ему и скольжу взглядом в зал, где уже начинается шоу с танцовщицами на сцене.
– Ты стриптизерша или проститутка? – уточняет надоеда. – Если ты сегодня здесь, то других вариантов нет.
Достал, вот честно.
– Ты не прав, – допиваю вино в три глотка и ставлю пустой бокал на стойку. – Есть еще один, самый крутой, – от абсурдности ситуации меня начинает разбирать смех, – я стриптизерша тире проститутка.
– Идеальная, – щелкает языком Бандерас, – плачу за весь комплекс.
На языке вертится «да пошел ты», но неожиданно меня обнимают со спины. По запаху парфюма я понимаю, что это Катя.
– Пошили быстро отсюда и улыбнись, – в ее голосе слышится небольшое напряжение. Меня это настораживает, и я быстро спрыгиваю со стула, не удостоив Бандераса вниманием. Мое место моментально занимает другая девушка, и мы с Катей быстро удаляемся в служебное помещение.
– Что это было? – выглядываю из-за двери в зал и смотрю, как та девушка, что заняла мое место, соблазняет Бандераса.
  
– Черт, – выдыхает Катя, – этот клиент редко заходит, но метко. Вообще, классный мужик, щедрый. Но ему девочка на ночь нужна всегда. А тебе там делать было нечего. Надеюсь, лишнего не сболтнула?
Вообще-то сболтнула, но об этом стоит умолчать. Катя предупредила, что если будут клеиться, мне нужно извиниться и уйти. Но я ее слова забыла напрочь. Еще раз окидываю Бандераса внимательным взглядом, вроде моей замене улыбается. Значит, все отлично и беспокоиться нечего.
– Да ничего такого, – отвечаю, как можно более спокойно, – я, наверное, домой поеду.
Хватит с меня на сегодня «голой правды» о мужчинах и этих самых мужчин тоже.
– Согласна, так лучше, – Катя перекладывает грудь в вырезе. – А у меня клиент постоянный нарисовался, поеду заработаю на свое светлое будущее.
– Давай, трудись пчелка Мая, – ржу, глядя на нее. Вот все понимаю, а все равно полностью воспринять съем мужиков как работу не могу.
– Зато у меня отличная трехкомнатная квартира в центре, БМВ и счет в банке, – не забывает уколоть Катя.
– Уела, – морщусь я, думая о том, что завтра на работу из своей старенькой тесной двушки в хрущевке поеду на метро.
– Все, завтра созвонимся, – подруга исчезает в зале, а я посещаю дамскую комнату для персонала и направляюсь к выходу, где меня ждет такси.
Все, хватит приключений на мою задницу сегодня. Домой, спатки в кроватку.
– Извините, вам придется вернуться, – охранник на входе кладет трубку телефона и преграждает мне путь.
– Что? – смотрю на него оторопело. – Видимо, вы меня с кем-то перепутали, – пытаюсь как можно более вежливо улыбнуться и смотрю в сторону двери, за которой меня уже ждет машина.
– Анна, я вас провожу, – и этот квадратный мужик в костюме тащит меня обратно по коридору прямо к кабинету с табличкой «Директор».
Что-то мне подсказывает, что ничего хорошего меня там не ждет. Так и есть. Внутри меня встречает сидящий за столом толстенький мужик с колким взглядом и взъерошенная Катя.
– А что случилось? – я делаю осторожный шаг в кабинет и растерянно перевожу взгляд с подруги на мужика в кресле.
– Ты нахрена ему сказала, что ты стриптизерша и проститутка? – Катя зло сжимает кулаки и смотрит на меня так, что я точно сейчас превращусь в горстку пепла.
– Я пошутила, простите, – вяло смотрю на подругу.
– Пошутила она, – раздается громовой голос из кресла. – Разберись, Катя, у тебя пять минут, – мужик поднимается из кресла и прикуривает по пути сигарету. Как только дверь за ним закрывается, я недоуменно смотрю на подругу.
– Ты попала, Анна, – уже сдержаннее говорит Катя.
Но вот это Анна мне вообще не нравится. Она так меня зовет, только когда сильно злится.
– Ты о чем? – уточняю я.
– Танец помнишь?
– Какой танец?
– Не придуривайся, Анна. Тот, что на пластике учили.
– Катя? Ты сдурела? – смотрю на подругу расширенными от ужаса глазами. – Я туда не пойду, – тычу в сторону зала.
– А туда и не надо, он приват заказал, – скрипит она зубами.
– К-какой приват? – я резко пытаюсь прикрыть вырез платья. Мне кажется, что сейчас на мне очень мало одежды. – Я домой.
– Станцуешь и поедешь. Аня, он к обычной цене ноль пририсовал, чтобы ты своими строптивыми сиськами перед ним покрутила. И Денису сказал, что прижмет ему хвост, если не получит то, что хочет.
– Кать, ну я же не профессионалка, а если тебе? – цепляюсь я за спасительную соломинку.
– Предлагали и еще на выбор любую из клуба. Аня, да ему любая даже денег дала бы, – голос подруги звенит в кабинете, – но он хочет ту красотку, которая посмела его на баре отшить.
– Я с ним спать не буду, – отрезаю я.
– И не надо, станцуй и повязку надень под конец. Его там самым дорогим виски сейчас накачивают, так что скоро обрубит. Надеюсь, прямо в кресле в привате. На, одевай, – швыряет она мне какое-то веревочки.