Полюби меня

Отмахиваюсь от этого морока и быстро умываю лицо от косметики. Прохладная вода немного отрезвляет, и я уже более собранной выхожу из ванной.
На кухне меня встречает чашка горячего дымящегося кофе и Борис. Он выглядит встревоженным и неотрывно изучает меня.
– О чем ты хотел поговорить? – присаживаюсь напротив него и стягиваю волосы в хвост.
– О нас, – тихо выдает он.
– Нас больше нет, Борь. Есть я и есть вы со Светой, – сама не верю, насколько отстраненно получается ему отвечать. Похоже, Романотерапия работает.
– Ань, я все еще люблю тебя,– Борис протягивает руки и накрывает мои, от чего я дергаюсь и сцепляю ладони на коленях.
– Прекрати, – слова летят сквозь зубы, – сколько можно, Борис? Я видела вас со Светой, как вы целовались. Ты ее любишь.
Его взгляд тухнет и задерживается на чашке кофе:
– Но и тебя все еще люблю, – продолжает он упрямо. – Где ты была, малышка? Я сорок минут тебя прождал.
– У меня есть любовник, Борис. Я была у него, – ровный голос даже не дрогнул, это уже хоть какой-то успех. – Запасной аэродром по имени «Анна» официально закрыт.
– Ты врешь, – Борис стискивает зубы.
– Почему, Борис? Я не имею права на свою жизнь? – выдыхаю обреченно и постукиваю пальцами по столу.
– У тебя не будет никакой своей жизни, – Борис ударяет ладонью по столу, – и ты все врешь, нет у тебя никого. Я же вижу, как ты на меня смотришь Аня. Так же, как и раньше. Ты меня любишь, – его уверенный тон и слова припечатывают меня к стулу и вышибают всю уверенность.
Борис поднимается со стула и усаживает меня на кухонный стол. Его руки давят на мои плечи, прокатываются по груди и ложатся на талию. Так по-хозяйски, что сил возразить нет.
– Ну вот, ты же вся дрожишь, – он ведет носом по моей голой шее и жжет кожу своим дыханием.
– Я спала с другим, Борис, только что, – мои слова повисают между нами, и я толкаю мужа в грудь, – и буду спать с ним дальше.
Вру, с Романом я больше не увижусь. Но соврать в такой ситуации, не грех.
– Кто это? – ладони мужа спускаются на стол и смыкаются в кулаки по обе стороны от моего тела. – Антон?
– Нет, и тебя это не касается. Мы разводимся, Борис. Просто оставь меня в покое.
Во мне теплится слабая надежда, что всему конец. Я больше не принадлежу ему. Когда-то именно муж сделал меня женщиной и был единственным мужчиной, который когда-либо прикасался ко мне. Но теперь все.
– Не дождешься, – он отталкивается от стола и направляется к двери, – чтобы завтра была на работе. Там поговорим.
Закатываю глаза к потолку. Так просто, как я думала, не будет.
Минута, и Борис зло хлопает дверью, оставляя меня в одиночестве. А я слабо улыбаюсь сама себе. Каждый такой «разговор» с ним заканчивался сексом и одинокой рефлексией после его ухода. Но только не сегодня.
«Ты как? Все прошло хорошо?» – разглядываю Катино смс, все еще восседая на столе, и вдумываюсь в смысл написанного.
Прошло ли все хорошо?
С точки зрения того, что я поработала разик проституткой, думаю, справилась я на отлично. А вот как я себя после этого чувствую, вопрос другой.
Меня не грызет совесть и не мучают сомнения. Все гораздо хуже. Я хочу еще. Этого мужчину, этот крышносный секс с ним. Хотя совесть и сомнения наверняка накроют с утра, когда эмоции отпустят, но сейчас я все еще в том моменте.
«Все прошло хорошо, давай поговорим завтра».
Оставляю телефон на столе в кухне и забираюсь под душ в ванной.
Вода постепенно смывает с меня запах Романа, его вкус и прикосновения. Провожу ладонью у себя между ног и сладко вздыхаю.
И почему так мало?
Все такое чувствительное внизу и требует продолжения. С Борисом так не было. Хотя может, дело в том, что с мужем мы были вместе продолжительное время и ощущения притупились?
А Роман – это мужчина, который достался мне случайно и на один раз. Интересно, если бы он встретил меня где-нибудь на улице и я была обычной девушкой, он бы обратил на меня внимание? Хотя судя по его квартире и уровню доходов, вряд ли мы могли бы где-то пересечься. Такие мужчины обитают в совсем других местах. Они не гуляют по общественным паркам, не сидят в уличных кафешках и не ходят в кино.
  
У них свой мир с элитными клубами, спортивными автомобилями, дорогими женщинами и возможностями, которые мне сложно себе представить.
Мы с Борисом не бедствовали, конечно, его небольшая студия дизайна пользовалась успехом, и мы смогли позволить себе и квартиру, и хорошую машину, но это и близко не соразмерно доходам Романа.
А сейчас у меня вообще откат на пять лет назад. Мамина старенькая двушка, метро и скромные сбережения, которые у меня все же хватило ума откладывать на черный день.
После развода я получу часть имущества по брачному договору, но это будет совсем небольшая сумма. Борис оказался намного умнее влюбленной в него дурочки. Я считала, что наши чувства навсегда, и подписала то, что адвокат мне подсунул, даже не удосужившись почитать. Думала, любимый не обманет, зачем это ему.
Ну а теперь за свою глупость и доверчивость расплачусь сполна.
Я все же выпила остывший кофе и забралась в холодную кровать. Спать не хотелось, мысли, словно пчелы в консервной банке, гудели, не давая сомкнуть глаз.
Надо как-то придумать, как уйти из студии без скандала и записи в трудовой. Отрабатывать двухлетний контракт я точно не смогу. Смотреть, как Борис строит новую семью и растит ребенка, будет невыносимо. Чувства к нему никуда не деваются. Я гашу их, запихиваю в самый темный угол, даже пытаюсь вытравить с помощью другого мужчины. Но пока никак. Борис все равно видит, что не безразличен мне и, похоже, будет использовать это до последнего.
Становиться любовницей бывшего мужа жалко, такого я точно не достойна, так что нужно будет что-то поскорее придумать.
Черт, но как же Роман был хорош. Рука непроизвольно накрывает грудь и сжимает сосок.
И почему он не захотел продолжить?
 
Глава 09
 
Утром чувство вины меня так и не накрыло. Тело приятно ломило, и настроение было отличным, несмотря на поздний визит Бориса.
На работу я надела по этому поводу красное офисное платье-чехол с шикарным декольте и белый пиджак. Волосы затянула в высокий хвост и сделала свой обычный нюдовый макияж более ярким.
Восхищенные взгляды мужчин я начала ловить еще по дороге на работу, продолжила, поднимаясь в лифте с айтишниками с этажа выше, и уже в офисе коллеги тоже отметили, что сегодня я выгляжу потрясающе.
Однако Света не поддержала общую волну восхищения и ворвалась следом за мной в мой кабинет.
– Света, ты забыла, где твое рабочее место? – я повесила пиджак на вешалку и села за рабочий стол.
– Я знаю, что Борис был вчера у тебя, не отрицай! – с ненавистью выплюнула она мне в лицо. Маленькое белое личико пошло пятнами от злости.
– Не ты, а вы, – спокойно поправила я ее, – и да, приезжал, – сложила руки под подбородком и улыбнулась. – Мы, кстати, до сих пор муж и жена.
Нравится мне ее бесить, и строить из себя жертву я точно не буду.
– Дрянь! – Света зло топнула ногой. – Он мой мужчина, не смей с ним спать!
– Что? Не нравится быть на моем месте? – я откинулась на кресле.
Я так давно ненавидела ее, что в какой-то момент перегорела. И сейчас, пожалуй, чувствую только жалость.
Не повезло девочке: забралась в кровать к чужому мужу, забеременела, увела его из семьи. Столько сил и времени потратила. А он продолжает думать о бывшей жене. Желанного счастья на чужом несчастье так у бедняжки и не случилось.
– Я же беременна, ты должна уволиться и оставить нас в покое, – она обнимает свой живот и продолжает прожигать меня ненавистью.
– Борис отказывается меня увольнять, – отвечаю, спокойно следя за разворачивающимся перед моими глазами спектаклем. Света всегда была склонна к эффектам, скоро и слезы подкатят.
– Врешь, – она оседает на стул. Ну вот и слезы пошли. Защитная поза с обниманием живота, я так понимаю, должна меня урезонить и заставить исчезнуть из их жизни мгновенно.