Байки из Зоны. Убежать от себя
– Алейкум ассалям, – припомнил Мишка ответ, подслушанный в каком-то фильме. – Как поживаешь, Караванщик?
Мужчины тепло обнялись. Хозяин пригласил гостя присесть и что-то крикнул на незнакомом Мишке гортанном языке. Тотчас же из-за двери показался крепкий мужчина в бронежилете. Он нес поднос с чайником и чашками. Поставив ношу на стол, неизвестный, которого Мишка тут же назвал про себя стюардом, с достоинством поклонился и удалился.
– Иншалла, благодаря тебе поживаю хорошо, – ответил на вопрос Караванщик. – Танцевать, боюсь, уже не смогу, но по Зоне хожу уверенно, хоть и хромаю.
– Это замечательно. – ответил Мишка. – Кстати, спасибо за Кэвээна. Он уже на грани.
– Его подлечат, – кивнул Караванщик. – Что тебя привело сюда? Надеюсь, не беда?
– Мы возвращаемся из Припяти. Туда был рейд, – ответил Мишка.
Караванщик взял в руки чайник и разлил по маленьким стаканчикам ароматный напиток. Мишка обратил внимание на точность движений хозяина «Чайханы».
– Выпить вина за встречу не предлагаю, сам не употребляю – вера не позволяет, но чаем тебя попотчую, – сказал хозяин, подавая Мишке стаканчик.
Тот с благодарностью принял напиток и пригубил. Покатал на языке каплю и проглотил. По телу разлилась волна бодрости. Голову будто окунули в прохладную воду. Мысли стали яснее, накопившиеся за последнее время усталость и напряжение отступили. Мишка наслаждался напитком. Он определил по вкусу ряд ингредиентов и не преминул продемонстрировать это хозяину дома. Гюрза даже ахнула от удивления. А Караванщик покачал головой и сказал:
– Зона не зря дала тебе такое имя. Машалла, ты действительно знаешь травы.
– Мне еще многое предстоит узнать, уважаемый, – учтиво ответил Суворовцев. – Я только в самом начале пути.
– Скромность – это добродетель, какую в этих местах поискать, – заметил Караванщик.
Мишке показалось, что его собеседник улыбается под скрывающей лицо повязкой.
– Кстати, это наш семейный напиток, и готовила его моя дочь.
Хозяин дома кивнул в сторону Гюрзы.
– Она знает травы?
– Вся моя семья их знает, иншалла, – ответил Караванщик.
– Я так понимаю, не только их. Этот запах. Он очень хорошо читается людьми.
– А, парфюм, как я его называю? – засмеялся Караванщик.
А Гюрза, доселе стоявшая молча, сначала зарделась, но гордо вскинула голову, негодующе фыркнув:
– Этот репеллент, Травник, перебивает нюх мутантам. Они тебя не чувствуют, если побрызгаться.
– Как собаки, если посыпать следы табачно-перцовой смесью? – Мишка продемонстрировал, что тоже кое-что знает.
– Нет, у собак от перца слизистую разъедает, и они чихают. Мне же нужно, чтобы мутант не чувствовал моего запаха вообще. Некоторые из них плохо видят и ориентируются по слуху и обонянию. Вот обоняние мой репеллент и отключает.
– О как, – только и выдавил Мишка.
– Жаль только, отец мне не верил до того случая, когда ты его спас, – вздохнула Гюрза.
– Ты думаешь, что пси-гончие не смогли бы меня вычленить? Это не безмозглые псо-ящеры. Это мутанты более высокого порядка, забери их Шайтан! – воскликнул Караванщик.
– Если не секрет, уважаемый Караванщик, как так получилось, что вы, глава сильной группировки, выполняли задание сами? Разве помощников не нашлось?
– Да благословит Аллах следы твои, – ответил хозяин «Чайхоны». – Я еще не стар и достаточно силен. Да и воинскими качествами Всевышний меня не обделил. Вот и решил сам пси-гончих посетить и выкрасть щенков.
Мишка чувствовал, что отец Гюрзы недоговаривает. Даже девушка бросила на Караванщика укоризненный взгляд. Но тот проигнорировал дочь. Суть того происшествия, когда Караванщик и Травник познакомились, заключалась в том, что первый полез в логово пси-гончих за щенками. Согласно условиям заказа, следовало добыть трех новорожденных зверьков. Но в логове мутантов Караванщик встретил трех подростков и двух нянек из той же стаи. Эта неожиданность едва не стоила ему жизни. Тем более что вместо того чтобы нанять команду охотников, как это обычно происходило, он полез в нору один и неподготовленный. К тому же в тот момент Караванщик лично нес какой-то груз Винтику. Разумеется, главу клана охраняли. Но телохранители держались на удалении, чтобы охраняемое лицо их не обнаружило, и не поспели вовремя. Причиной тому явилось и то, что пси-гончие отсекли их от Караванщика, пустив на незадачливых бодигардов волну хвостошипов и бурых крыс. А на Караванщика – прайд псо-ящеров. Травник же оказался ближе и спас одного из могущественных людей в Зоне. Да не просто выручил, а почти породнился. Кровь от их ран смешалась, и, по словам самого Караванщика, они стали кровной родней. Мишка слабо верил в эти традиции, но оспаривать их не кидался. В любом случае после того происшествия в Зону без сопровождения и плотной охраны Караванщик больше не ходил. Да и с пси-гончими репеллент, созданный Гюрзой, не работал. Для них запах являлся второстепенным раздражителем. Главный же – человеческие мысли и эмоции – ни один химикат не перебивал. Караванщик это хорошо понимал. Поэтому не рисковал.
– Какими судьбами ты в этих краях? – вдруг спросил хозяин «Чайхоны» Мишку.
Вопрос был с подвохом. Что за «эти края», оставалось только гадать: непосредственно данное место или Зона в целом? Опять же про судьбы: кто или что тебя пригнало сюда? От кого ты бежишь? Или зачем-то пришел?
Мишка улыбнулся, не спеша отвечать. Пауза затянулась. Караванщик ждал. Его взгляд воткнулся в Травника как кинжал. А тот улыбался про себя, вспоминая, как попался на удочку Бледного в баре несколько дней назад и чуть голову не сложил в бою с лупоглазкой. Значит, на такие вопросы с ходу и откровенно отвечать не следовало. Тем более что и Караванщик не спешил раскрывать своих секретов. Даже лица не открыл.
– Мы все в этих краях для чего-то, – неопределенно ответил Суворовцев.
– Истину говоришь, – наклонил голову Караванщик и сказал, будто ни к кому не обращаясь: – В Зоне не принято выяснять имя и откуда вольный сталкер. Только некто Нарт ходит по Зоне и выясняет, не знает ли кто-нибудь про Мишу Суворовцева, недоучившегося студента-фармацевта из Красноярска.
Мишку словно кипятком обдало. Невероятных усилий ему стоило остаться сидеть в той же позе и ничем не выдать возникшего волнения.
– Я бы на месте того студента не боялся, если он окажется в «Чайхоне». Здесь, под моей гостеприимной крышей, тому фармацевту ничто не угрожает. Хозяин, по нашим законам, всегда защитит гостя, – ровным голосом продолжил Караванщик.
– Особенно если хозяин такой же могущественный, как Караванщик, – в тон отцу продолжила Гюрза.
Мишка глядел на сидящих напротив людей и лихорадочно соображал. Ему только что рассказали, что знают о нем, и предложили свое покровительство. Но принять условия означало войти в состав малоизвестного клана и стать не равноправным партнером, а одним из рядовых бойцов. Пусть и ближнего круга. Пусть и кровного родственника. Мишка же ценил свободу и статус вольного сталкера.
– Если я встречу того студента, то обязательно передам ему твои слова, – осторожно ответил Суворовцев.
– Хорошо, – помолчав, одобрительно кивнул Караванщик. – Теперь прости, я должен совершить намаз. Поэтому хотел бы остаться один. Располагайтесь с друзьями в «Чайхоне», пользуйтесь всем, чем можно, без ограничений. Любая еда, питье, номера – к вашим услугам. Вы мои гости.
– От души благодарю, – Мишка поднялся, чуть поклонился хозяину и отправился восвояси. Он не был силен в исламском вероучении и традициях, но знал, что такое намаз. Правда, не понимал, зачем оставаться одному, если мусульмане совершали ритуал публично. Размышлять об этом не хотелось – слишком многое случилось за последние пару дней. Бурные и кровавые события преизрядно утомили Мишку, и он желал одного – поесть и упасть где-нибудь в спокойном месте.
У барной стойки его догнала Гюрза.
– Хочешь, покажу тебе плавающий бэтээр? – заговорщически спросила девушка, хитро блеснув глазами.