Пробуждение (СИ)

Но и злоупотреблять этим пунктом нельзя. Пусть предвечные и не появлялись лично, но в том, что они услышали, и откликнулись, сомнений не было. При упоминании их имён от эринии исходили волны энергии, которые игнорировали даже мой защитный барьер. Эти волны связывали нас с ней договором, буквы которого по мере прочтения прожигали бумагу насквозь. И пусть в моей ауре, в моем теле не оставалось никаких следов или отметин — таким образом хранители запоминали меня, и создавали связь между мной и ими. Незримую, неощутимую. Метка, которую никто не видит, но по которой любой предвечный найдет меня где угодно, в случае чего. Хорошо, очень хорошо, что у них нет никаких своих желаний, и они лишь исполняют заложенные в них инструкции, в список которых входит и соблюдение клятв, а до возни прочих существ им нет никакого дела.
С последним словом клятвы листок договора вспыхнул и развеялся пеплом прямо в руках демоницы, а по моей коже пробежало одновременно четыре волны — жар и холод, свет и тьма. Точно так же, как и по коже эринии. Это предвечные подтвердили договор. Фурия же подняла жертвенное сердце и, раскрыв пасть до самых ключиц, демонстративно положила в нее говяжий орган. И, как змея, не жуя проглотила.
— Какие будут приказы? — вернув себе нормальный рот, мило улыбнулась эриния.
Ну, традиции, как общественные, так и призывательские, вначале обязуют познакомиться. С демонами это работает чуточку иначе — сначала договор. Потому что, открывая магу своё имя, демон подвергает себя некоторым рискам. Например, призыв против воли, если маг сильнее. Так что в большинстве случаев такие существа и сущности представляются выдуманными именами, или именами своих врагов. Или и вовсе называют имя какой-нибудь неразумной, но сильной сущности. Так что имя есть смысл спрашивать только после подписания контракта. Зачем? Ну, помимо банального удобства в общении, это даёт возможность призывать связанное договором существо банальной фразой «*имя*, явись». Опять же, спасибо предвечным — по крайней мере в ирии все имена уникальны. Хорошая это штука — хранители. Жалко, им нельзя отдать приказ о самоуничтожении, или о разрушении мира смерти.
— Представься. — приказал я. — Как тебя зовут?
Ответила эриния не сразу. Сначала она ослабила магическую ниточку, которая связывала наши головы и обеспечивала синхронный перевод. Ослабила, но не разорвала полностью.
— Танис. — проделав это, ответила она, а в моей голове одновременно с этим прозвучало «леди-змея». — Так ты меня назвал, и сделал такой, повелитель. — с этими словами фурия погладила одну из змей, заменявших ей волосы.
— Константин. — ответил я ей.
— «Повелитель» короче. — ответила она, и понятно было, почему. «Кириэ», прозвучавшее фоном — действительно содержит меньше букв
— Танис, скажи. Ты что-нибудь знаешь про Эзраила? — поинтересовался я.
— Конечно. Царство мёртвых буквально бурлит этой вестью. — кивнула демоница в ответ. — И многих это… Напрягает.
— Почему?
— Эзраил анархист. Но теперь нет никого из старших богов, кто бы мог его сдерживать. Зато у него осталось полно слуг, верных его атрибуту. Разведка показала, что он начал восстанавливать Пепельный Трон. Надеюсь, ваши успеют раньше, чем он закончит.
— Почему? Что за трон такой?
— Это… — следующее слово, произнесённое эринией, я не разобрал, а в моей голове прозвучал перевод сразу из нескольких не похожих друг на друга слов. — «Дворец, крепость, гора, престол» Мрачного, бывшего владыки огненного царства. Тот, кто владеет Пепельным троном, владеет всеми на полях пепла.
— Капетз-з. — прожужжал Муха. — А з-зколько ему нужно времени на это? Можно прикинуть?
Вместо ответа Танис злобно покосилась на бойца, после чего вопросительно взглянула на меня. Я кивнул, и она ответила.
— Неделю на строительство, и сутки на подчинение алтарного сердца.
— Пф-ф-ф! — усмехнулся Муха в ответ. — Ладно, чё. Ритуал закончен, можем возвращаться?
— Ну, да. — кивнул я в ответ и развеял до сих пор заряженную печать подчинения и защитный барьер.
 
После чего взял демоницу за плечо и «повернул» в коридор долины. Конечно, она могла и сама ходить между мирами. Сколько тысяч лет она так делала? Но в учебную долину демоны и прочие магические-полумагические существа самостоятельно проникнуть не способны. Духи-хранители оберегают проходы. Как домовой не впустит в дом разную нечисть. Поэтому, в общем-то, и приходится уходить из долины для отрабатывания призывов — хранители просто остановят сущность на границе измерений. Также, в долину нельзя открыть портал извне. Можно лишь изнутри, как это проделал Лёня. Да и то, если бы не серп, фиг бы у него получилось.
Короче. Чтобы я мог призывать и отпускать Танис, мне нужно познакомить с ней хранителей. Для этого нужно было провести ее «за ручку». Сразу после перехода в коридор нас окружило несколько светящихся белым сиянием шаров, размером с баскетбольный мяч, медленно летающих и оставляющих за собой медленно тающие полутораметровые шлейфы. Они кружились вокруг со всех сторон. Если бы демоница была кошкой, то у нее бы однозначно встала дыбом шерсть — настолько было заметно, как она напряглась. Но ничего не произошло. Духи полетали вокруг нас, покружили и исчезли. На прошедших мимо нас обратно в долину бойцов сопровождения, выполнивших свою работу, а потому спокойно отправившихся докладывать о проделанной работе, хранители даже внимания никакого не обратили.
— Скажи мне, Танис. — я решил не тратить время зря, и разузнать информацию о демонице, которой нет и не может быть в бестиариях, по причине индивидуальности многих свойств от одной особи высокоранговых демонов к другой. — В какой степени ты осталась человеком? Ну, когда находишься в воплощенной форме.
— Не совсем понимаю, повелитель. — последовал ответ. — Я почти такой же человек. Просто у меня очень прочная кожа. И мыщцы. И кости…
— А еще огромная пасть, крылья и змеи-симбиоты. — добавил я. — Вот об этих различиях я и говорю. Например, подействует ли на тебя обычная магия исцеления? Или ты уже на стадии, когда лишь человеческая кровь способна исцелять твои раны?
— Но ты тоже можешь исцеляться человеческой кровью. — возразила эриния. — Если захочешь.
— Вот! Вот именно! — воскликнул я. — А я не хочу. Потому что я человек.
— А всего каких-то пару веков назад знатные дамы спокойно умывались кровью младенцев, дабы сохранить красоту и молодость…
— А их после такого на кострах случайно не сжигали?
— Подумаешь. — Танис пожала плечами. — У всех лекарств есть побочные явления.
— Так ты не ответила.
— Да, повелитель. Меня можно лечить обычной магией. Но в этом нет острой нужды. Я могу лечиться за счет накопленной во мне силы. А еще я могу питаться твоей сырой энергией, не оформленной ни в какие заклинания.
— И тебе хватит твоих сил, чтобы вытерпеть снятие кожи? От кровопотери, или просто от болевого шока не умрёшь?
— Не… Не должна… — Опа. Похоже, что демоница ляпнула просьбу, не подумав о том, что с ней ранее подобного не проделывали. — Но, повелитель. Если мне станет плохо во время процедуры, меня можно просто отозвать. А там, дома, я легко восстановлюсь.
— Но на это просто нет времени. — я поджал губы. — Поход уже завтра, и затягивать, ты сама сказала, нельзя. Ты будешь нужна мне там.
— «Ты им не доверяешь.» — прозвучал в моей голове даже не вопрошающий, а утверждающий голос эринии. — «Тем, с кем пойдешь.»
— «Разумеется.» — подумал я в ответ, и лишь потом понял, что это что-то новое. — «Подожди, ты можешь в телепатию?»
— «Конечно. Заклинание-переводчик ведь именно по такому принципу и работает». — последовало пояснение с ехидной усмешкой на лице демоницы. — «Оно лишь создает ограничение между подуманным и сказанным. Но его легко обойти.»
— И ты так только слова можешь слушать, или вообще все мысли? — продолжил я уже вслух.
— Не волнуйтесь, повелитель. Эта печать отвечает лишь за речь. — я облегченно выдохнул, а Танис продолжила, медленно проводя руками по груди сверху вниз. — Те мысли, которых вы стесняетесь, видны без всякой мыслеречи.