Война с Альянсом (СИ)

— Анна Максимовна, голубушка, на сегодня можете заканчивать, вряд ли вернусь, — вышел я из кабинета.
— Отпечатаю пару указов, что вы просили и тогда уйду. Кстати, Иван Макарович, матушка сетует, что вы никак не найдете времени и не побываете у нас в гостях, а все время присылаете с извинениями Александра Анзоровича, — потупила она взор и на щеках румянец выступил.
— Да? — удивился я, а потом вежливо улыбнулся. — Так ваша матушка грозится, что меня отыщет и спросит, чего это мой порученец к вам от моего имени зачастил и небось еще на ночь остается?
— Не совсем, верно, — еще ниже склонила голову моя делопроизводитель и секретарша по совместительству, — но близко к истине.
— Предупреждаете, чтобы не попасть в неловкую ситуацию и не спалиться перед матушкой? — задумчиво уточнил, подойдя к Анне.
Молодая женщина промолчала, немного руки в стороны развела и чуть заметно кивнула.
— Хорошо, не переживайте, не выдам, — улыбнулся я. — Но, голубушка, скажите, а из-за чего так? Александр Анзорович за вами давно ухаживает. Неужели Антонина Михайловна резко против него настроена?
— Иван Макарович, я в себе-то не разберусь, — приложила руку к груди моя делопроизводительница. — А матушка что-то чувствует и переживает.
— Вы ей от меня привет передавайте и скажите, что нервничать не стоит. Времени после операции прошло прилично, и она уже восстановилась, но давление может «скакать».
— Хорошо, — с каким-то немым вопросом посмотрела она на меня.
— Нет-нет! — поднял я руки вверх. — В ваши личные дела с помощником Анзора не полезу и советов давать не стану. Увольте!
— Жаль, — чуть слышно произнесла Анна.
Я поспешил из собственной приемной ретироваться. Вот-вот окончится спектакль, самому бы в сердечных делах разобраться. Какой из меня советчик, тем более женщинам! А вот помощнику моего друга могу кое-что по секрету поведать. Моя секретарша от него без ума, но ее останавливает прошлое Александра и мутные связи в определенных кругах. Пожалуй, следует при Анне как-нибудь похвалить Александра Анзоровича за предоставленные данные от воровского сообщества и посочувствовать ему, что приходится такую работу выполнять. Пусть молодая женщина задумается о реалиях жизни. Жало, который превратился в Александра Анзоровича, давным-давно сгинул и его нет. Конечно, знакомства и связи остались, но пользуется-то он ими из-за своего шефа.
— Иван Макарович, куда ехать? — отвлек меня Василий Петрович, когда я в машину сел.
— К театру, — коротко распорядился и мысленно стал решать: купить букет цветов императрице или нет.
Ольге Николаевне подарок недавно сделал, который незадолго до ее приезда купил. На пикнике преподнес брошку и настаивал на том, чтобы приняла. Императрица какое-то время упиралась, заявив, что это очень дорогостоящий презент. Пришлось сделать вид, что расстроился и обиделся. Взяла и согласилась «свежую росу», такое дала название драгоценному украшению, носить не снимая.
— Надеюсь, днем или ночью вы меня ей не оцарапаете, да и на кровати в платье спать… — пожал я тогда плечами.
— Иван Макарович, что за вольности? — она деланно нахмурила брови и кивнула в сторону моих и своих охранителей. — Не следует им знать о наших отношениях.
Н-да, как мы, умные и взрослые люди, могли решить, что ближайшая охрана не заметит нашей близости? И это при том, что императрица сама нескольких охранительниц посвятила в свой секрет и просила о нем никому не говорить. Уверен, просьбу выполнили, но можно же «громко» молчать и хитро улыбаться, когда тебя расспрашивают. А то, что охранительниц Ольги Николаевны, да и моих, не раз выводили на разговор, о чем это Хозяин Сибири с императрицей шепчется и нет ли у них близости — нет сомнения.
— Приехали, — доложил подпоручик.
Хм, действительно, остановились у театра, рядом с автомобилями принадлежащими императорице и ее свите. Оглянулся, цветочниц поблизости нет, зато паренек с лотком выкрикивает сенсационные новости касаемые Сибирской земли и все Российской империи, в частности.
 
— И что же за сенсации рекламируешь? — поинтересовался я, протягиваю уличному торговцу мелкие монеты.
— В «губернских новостях» статья вышла с подробным планом о захвате Сибири и взятие ее под контроль империи, — протянул мне газету парень.
Удивительно, но он меня не признал, сразу поспешил к господину, который его из пролетки подзывает. Я же быстро пробежал глазами текст на первой странице и мысленно усмехнулся. Действительно, некий журналист под псевдонимом Утренний Жаворонок пишет о нескольких вариантах событий, важных для всей Сибири. На первый взгляд, никаких тайн нет, начинается статья со слов, что все останется, как и прежде. А вот потом… Анализ ситуации выполнен профессионально, а самое поганое, что между мной и императрицей желают вбить клин. Мысль, что к тексту приложила перо Лиса-Мария — отверг, не ее стиль, слишком заумно и не каждый поймет. Черт, но редактора-то люди не глупые, не могли не увидеть подтекста! И тем не менее, рискнули тиснуть статью, да еще на первой странице. Радует одно, из умозаключений этого «Жаворонка» понимаю, что он не в ближнем круге и о моих теплых отношениях с Ольгой Николаевной не в курсе. А ведь может узнать и тогда не так запоет.
— Василий Петрович, вы езжайте в управу и отыщете господина Анзора, — велел я водителю. — Он мне срочно понадобился.
Так и хотелось добавить, что следует одну птичку за горло подержать и узнать, с чего это она так запела! В это время двери театра отворились и на улицу потянулись зрители. Дамочки смущенно хихикают и веерами обмахиваются, те у кого этот предмет имеется. Господа, в большинстве своем, с красными лицами и затуманенными взорами, что-то своим спутницам на ушки шепчут. Ну-ну, небось просят повторить увиденное, когда останутся вдвоем в уютном номере. Кстати, Марта не так давно подсуетилась и просекла эту ситуацию, открыв напротив театра гостиницу с почасовой оплатой. Н-да, нравы еще те, но кто я такой, чтобы обсуждать всех и каждого? Дом свиданий расположен в небольшом парке, как я тогда назвал эту гостиницу. Она имеет порядка десятка входов, скрытых кустарниками, чтобы не смущались входящие и выходящие. Ага, а вот и господин Ларионов, ведущий под ручку владелицу сети ресторанов и увеселительных заведений Екатеринбурга.
— Вениамин Николаевич, не проходите мимо! — остановил я ворковавшую парочку.
Марта хмуро на меня посмотрела, подозревая, что могу сбить их планы на свидание.
— Простите, всего на пару слов, — прижал я руку к груди, искоса наблюдая за дверьми театра, боясь пропустить выход императрицы.
— Простите нас, — взял руку своей спутницы ротмистр и галантно поцеловал. — Обещаю, не более трех минут, не так ли Иван Макарович?
— Да-да, мы и курить не будем, — подтвердил я и сделал шаг в сторону, откуда лучше обозревать, что на ступенях театра творится.
— Смотрю вы кого-то дожидаетесь, — хмыкнул Ларионов. — Может в другой раз побеседуем?
— У меня один вопрос, — поспешно сказал я. — Мне мой главный конструктор звонил, который с господином Бубновым отправился с Санкт-Петербург. Их там встретили не очень хорошо, на подписанную императрицей бумагу плюют, в доки не желают пускать. Вам по этому поводу ничего неизвестно?
— Гм, — Вениамин Николаевич как-то неопределенно головой качнул, — этот вопрос не в моей компетенции. Насколько мне известно, доки являются частной собственностью, на них размещаются имперские заказы и не более того.
— Не понял, — озадачился я, — вы хотите сказать, что командует там частное лицо и если у него оборонный заказ, то он может откровенно на него наплевать, простите за выражение, с высокой колокольни?!
 
— Контракт, договора, если они сорваны, то возможно все, — поморщился Ларионов. — Точно, что там происходит не могу знать.
— Офигеть, — буркнул я себе под нос, плохо представляя такую ситуацию. — Спасибо за разъяснения, не стану задерживать вас и вашу спутницу, — пожал я руку ротмистру и направился в сторону театральных ступеней, на ходу доставая портсигар.