Русь. Строительство империи 2 (СИ)

Он замолчал, и в комнате повисла тишина. Я напрягся, невольно ожидая чего-то зловещего. Добрыня снова заворочался и что-то пробормотал.
— … мышей вижу, — закончил Ратибор, и на его губах появилась слабая улыбка. — Две. За печкой.
Я не смог сдержать смешок. Вот уж действительно, картина маслом: мрачный воин, спящий с открытыми глазами и видящий духов и мышей. Комичность ситуации немного разрядила напряжение, скопившееся во мне за последние часы.
— Ну ты даешь, Ратибор, — покачал я головой. — С тобой не соскучишься.
— Это точно, — согласился он, наконец-то закрывая глаза. — Ты тоже ложись, княже. Завтра день тяжелый будет.
Я кивнул, не отрывая взгляда от Ратибора, который, кажется, уже опять уснул, но глаза по-прежнему оставались открытыми, пусть и слегка прикрытыми веками. Зрелище все еще было немного жутковатым и одновременно забавным.
Не обращал я внимания раньше на эту особенность Ратибора.
Улыбнувшись, я отвернулся и снова подошел к окну, вглядываясь в ночную темень. Вроде бы ничего необычного, только луна светит, да ветер в деревьях шумит.
Боковым зрением я заметил как мелькнула тень у ворот харчевни. Или показалось? Я напряг зрение, вглядываясь еще пристальнее. Нет, вроде бы никого. Да и что за тень? Может, просто ветка качнулась, или поздний путник решил зайти на ночлег. Всякое бывает.
Я решил не забивать себе голову лишними тревогами. Утро вечера мудренее. Постояв еще немного у окна, я, наконец, отошел от него и вернулся на свою лежанку, пытаясь прогнать остатки беспокойства. Сон, правда, все равно не шел, но я заставил себя закрыть глаза и постараться расслабиться. Нужно хоть немного отдохнуть.
Перед тем, как уснуть, Вежа подкинула мне уведомление:
[Тех.логи]
[Сут.л. 4|8|4|2|2|7= 27 «ов»]
[Сут.ком. 6|3|4|4|3|6= 26 «ов» (52|х2)]
[Итог: +79 «ов» (1193)]
[Итог: +2072 «ов»]
Что-то совсем не густо, в последнее время. Не верят в меня мои «наблюдатели».
Утро ворвалось в комнату ярким солнечным лучом, безжалостно заставляя продрать глаза. Я сел на лежанке, сладко потягиваясь и разминая затекшие за ночь мышцы. В харчевне уже вовсю кипела жизнь: где-то хлопали двери, звякала посуда, слышались приглушенные голоса. А главное — из кухни доносились такие ароматы, что у меня мгновенно заурчало в животе.
Добрыня с Ратибором уже были на ногах. Добрыня, сопя, натягивал сапоги, а Ратибор стоял у окна, о чем-то размышляя. Дружинники, расположившиеся в соседних комнатах, тоже уже проснулись и, судя по звукам, собирались в дорогу.
Вскоре мы все спустились вниз, в общую залу, где нас уже ждал радушный хозяин и щедро накрытый стол.
Умывшись и окончательно проснувшись, я сел за стол.
Завтрак в харчевне оказался поистине царским, особенно по меркам 10 века. На столе, за которым мы с трудом уместились все вместе — Антон, Добрыня, Ратибор, Веслава и десяток дружинников, — дымилась в глиняных горшках густая пшенная каша, сдобренная вкусным маслом. Рядом стояли миски с солеными грибами и квашеной капустой, нарезанные ломти ржаного хлеба, испеченного, видимо, здесь же, в харчевне. В центре стола возвышался кувшин с квасом, а рядом с ним — несколько кружек с берестяными крышками, в которых, как оказалось, был горячий взвар из сушеных яблок и ягод — этакий древнерусский компот.
Веслава, усевшись между мной и Добрыней, с любопытством оглядывала яства. Видно было, что эта еда ей в диковинку. Что странно. Она робко попробовала кашу, потом откусила хлеба, запила квасом и, кажется, осталась довольна.
Дружинники, не стесняясь, накинулись на еду. За столом стоял дружный хруст соленых огурцов, чавканье и причмокивание — аппетит у всех после ночлега был отменный.
— Эх, хорошо! — воскликнул Добрыня, вытирая рот рукавом и откидываясь на спинку лавки. — Давно я так сытно не завтракал!
— И не говори, — поддержал его один из дружинников. — На таком завтраке до самого Переяславца доскачем без остановки!
  
После завтрака мы распрощались с гостеприимным хозяином и двинулись в путь. День выдался погожий. Солнце светило ярко, но легкий ветерок приятно освежал. Дорога вилась среди бескрайних полей, поросших сочно-зеленой травой. Вдали виднелись перелески. В небе плыли редкие белые облачка.
Веслава, ехавшая на телеге рядом со мной, то и дело вертела головой.
— Какая красота! — восторженно произнесла она. — У нас в Совином тоже красиво, но здесь, как-то по-особенному.
— Это потому что ты на воле, — улыбнулся я. — А воля, она всегда красивее неволи.
Вдруг, Веслава резко дернула поводья, и ее конь встал на дыбы, чуть не сбросив наездницу.
— Ой! — вскрикнула она, чудом удержавшись в телеге. — Там… там змея!
Все тут же остановились и посмотрели туда, куда указывала Веслава. На обочине дороги, свернувшись кольцом, лежала небольшая змейка, по-видимому, грелась на солнышке.
— Подумаешь, змея, — хмыкнул Добрыня. — Ты чего так испугалась?
— Я… я боюсь змей, — призналась Веслава, бледнея.
— Да это уж, — сказал один из дружинников. — Не ядовитый.
— Уж, не уж. А ты откуда знаешь? — съехидничала Веслава. — Ты что, змеевед?
— Не змеевед, — обиделся дружинник, — но в змеях кое-что понимаю.
Он осторожно подошел к змее и, ловко поддев ее палкой, отбросил в сторону.
— Вот видишь, — сказал он, возвращаясь к коню. — А ты боялась.
Веслава молча пожала плечами и, цыкнув на лошадь, двинула ее дальше. Этот небольшой инцидент развеселил дружинников, и остаток пути они то и дело подшучивали над Веславой, вспоминая ее испуг. Нужно будет запомнить, что великая воительница-девчонка боится змей. Пригодится.
Ближе к вечеру, когда солнце уже начало клониться к закату, на горизонте показались очертания города. Переяславец, расположенный на обоих берегах широкой реки, встречал нас островерхими крышами теремов и мощными стенами крепости, отражающимися в весенних водах реки.
 Глава 13 
Переяславец был хорош. Величественное зрелище, спору нет. Город дышал жизнью, даже издалека чувствовалась его мощь и кипучая энергия. Но меня не переполнял восторг от этого вида. Скорее наоборот. Понимал, что от этого места не стоит ждать ничего хорошего.
Я оглядел свой небольшой отряд. Добрыня насупился, он был готов к драке. Ратибор был абсолютно спокойным. Веслава, как ни странно, выглядела воодушевленной. Один только Алеша, проспавший всю дорогу в телеге, выглядел бодрячком. Он даже в харчевне не захотел спать — улегся в телеге на охране.
— Ну что, княже, — прервал мои размышления Добрыня. — В город сразу?
— Не спеши, Добрыня. Нам нужно найти место, где можно остановиться и осмотреться. Я не хочу лезть в самое пекло. Нам нужна тихая гавань, откуда можно будет наблюдать за происходящим.
— Думаешь, нас кто-то ждет? — нахмурился он.
— Не думаю, а знаю, — ответил я. — Слишком много интересов столкнулось вокруг меня. Не стоит показывать все карты сразу.
Я перевел взгляд на Веславу.
— Веслава. Ты здесь уже не впервые, — я дождался ее кивка. — Сможешь найти какую-нибудь неприметное место на окраине? Желательно, чтобы подальше от глаз княжеских дружинников.
Веслава самодовольно усмехнулась, будто только и ждала этого вопроса.
— Для меня это проще простого, княже, — ответила она с гордостью. — Я знаю каждый закоулок в этом городе. Да и в харчевнях разбираюсь. Есть тут одно местечко, где любят собираться всякие тихие личности. Думаю, нам там будет спокойно.
— Отлично, — я кивнул. — Тогда веди нас. Но помни, никакой самодеятельности. Ты у нас на особо строгом положении.
Веслава на это лишь закатила глаза. Кажется, она уже привыкла к моим придиркам. Ничего, ей полезно. Да и не доверяю я ей. Пока.