Орк. Наёмник (СИ)

Вскоре стоял перед широкими массивными дверями окованными железными полосами. Над входом в заведение на цепях покачивалась деревянная вывеска в форме большой кружки с нарисованной пеной. По середине кружки был нелепо нарисован чёрной краской ворон. Складывалось ощущение, что его нарисовала детская рука какого-то хулигана, который как-то добрался до вывески и решил оставить своё творчество у всех на виду. Ворон состоял из четырёх треугольников разной формы и размера. Два составляли тело и голову птицы, ещё два расставленные в стороны крылья. Ворон стоял на ножках нарисованных палками, с растопыренными пальцами. По середине верхнего треугольника был небольшой круг, глаз птицы. В целом ворон имел дурашливый удивлённый и примитивный, но симпатичный вид. Эту птицу знают во всех землях людей и конечно же во всей дикой степи. Этот ворон является эмблемой Лиги.
— Привет, «давно» не виделись. — усмехнулся я смотря на птицу.
Потянул дверь и вошёл во внутрь. Меня сразу поглотила весёлая обстановка классического трактира, в которых каждый наёмник проводит неисчислимое количество свободного времени и оставляет неисчислимое количество заработанных дрихт. Заведения Лиги отличались от остальных чуть лучшим убранством, немного лучшим качеством напитков и еды, а так же всегда тёплой компанией и полным запретом на какую бы то ни было агрессию. Так же, здесь любой наёмник мог найти себе дельце. Лига являлась посредником между наёмниками и нанимателями, защищая обоих за небольшой процент.
Как всегда, в трактирах, было шумно и весело. В стороне от входа стоял вышибала, как всегда, здоровенный орк с дубинкой на поясе. Он окинул меня ленивым взглядом, в глубине глаз проскочила искорка заинтересованности, но орк просто кивнул мне. Поднялся по небольшой лесенке в зал и сел за свободный стол в дальнем углу. Ко мне подбежала человеческая девушка, приняла заказ на мясо и пару кружек пива. В зале были не только орки, но и несколько человек в компании квадратного гнома. Этих увальней, что поставь, что положи размеры не изменяются. Крайне редкие кадры среди наёмников, а уж в оркском городе вообще чудо на коротеньких ножках. В углу тренькал на лютне, что-то весёлое пьяный орк.
Пока мне несли заказанное, а я пытался представить будущую встречу со своей семьёй. Впрочем, как обычно безрезультатно, как и несколько лет до этого. Постепенно трактир заполнился под завязку. Музыка усилилась, к лютни прибавились барабаны, дудочка и виола. В целом, звучало бы не плохо, если бы не орущие в два баса песню орк и гном. Возле камина компания азартно бросала кости, громко реагируя, как на удачные броски, так и наоборот. За соседним столом уже выясняли отношения по средством борьбы руками. Вокруг стояла толпа и громко поддерживала борющихся. Вечерняя жизнь кипела. Мне наконец-то принесли мою запечённую птицу и третью кружку тёмного пива. В трактир ввалилась ещё одна компания уже явно на хорошем веселе и осмотревшись мутными взглядами остановились на моём почти свободном столике.
— Сейчас начнётся веселье. — осклабился я, когда ко мне направился самый внушительный из вновь пришедших.
— Выметайся ко всем демонам! — пробасил орк после того как подошёл ко мне и окинул мутным взглядом.
— Нет.
— Выйдем и решим кто здесь настоящий орк, а кто маминкин орчёнок?
— Нет.
— Ты трус, слизняк!? — очень громко взревел орк.
— Нет. — спокойный голос немного сбил его пыл.
— А чего тогда? — удивлённо спросил он.
— Пока я буду возить твоей свиной харей по мостовой кто-то займёт моё место.
— Ха-ха-ха… Все слышали? — закричал он на весь зал. — Не вздумайте занять этот стол, он мой!
— Ну, пошли, ллаш. — поднялся я из-за стола.
— Ты пожалеешь. — с хари орка сползло всё веселье и он пошёл к двери громко топая сапогами. — Я покажу тебе кто тут ллаш, а кто баар.
Возле выхода обратился к вышибале:
— Присмотри, чтоб не заняли моё место.
— Хорошо. — кивнул он мне.
На улице, в переулке, за трактиром, очень удобное место, как-будто созданное для выяснения отношений настоящих мужчин, мы стали друг на против друга. Его спутники демонстративно стояли в стороне. Орк, обозвавший меня трусом и слизняком, был большой, крепкий, судя по движениям, умелый и опытный. Кольчуга выглядывала из под кожаного жилета с металлическими нашитыми бляшками. На правой руке стальной наруч. На широком боевом поясе висели длинный кинжал и ножны с мечом. Моя кираса давала мне преимущество, в корпус он меня пробить никак не сможет.
 
— Сейчас я вырву твои клыки… — сделал страшную рожу орк, поднял руки и пошёл на меня.
Он быстро сократил дистанцию и нанёс серию прямых ударов правой и левой рукой, целясь в голову. Бить умеет, скорость есть, но и только. Не противник. Отскочил назад, сделав вид, что только чудом его удар не достиг цели. В последний момент довернул голову, костяшки его правого кулака легонько проехались по моей скуле. По моей губе потекла тёплая кровь, нижняя часть его ладони оказалась сильно разрезана о ювелирно подставленный клык. Выставив лоб вперёд, попёр на орка зажавшего левой разрезанную ладонь. Наносил удары как можно размашистее, подражая стилю «пьяный хуторянин». Орк легко уклонялся от медленных и очень предсказуемых ударов, несколько блокировал и попытался контратаковать, но добился только ещё одного пореза уже левой ладони. Противник попытался принять один из немногих ударов нанесённых мной в корпус, но его перекосило от силы прилетевшей плюхи, не спасли кольчуга и кожаный жилет. Орк продолжал бегать от меня выжидая момент, когда я устану. Сделал вид, что оступился, он воспользовался моей заминкой, подскочил и выбросил левую вперёд, тут же запустил правую по дуге мне в челюсть. Левая пронеслась мимо наклонённой вправо головы, его сильный правый принял в подставленный лоб. В этот момент наступил ему на ногу и мой кулак врезался в его челюсть. Со стороны должно было казаться случайностью, что мой удар достиг цели так вовремя и точно. Делал вид, что дезориентирован, стоял над растянувшимся на мостовой телом и тёр лоб.
— Теперь все увидели кто трус и слизняк. — пьяно крикнул на поверженного орка и пнул его сапогом по рёбрам.
Очень удачно этот зелёной дурак подвернулся этим вечером, позволил выплеснуть накопившееся напряжение. Именно поэтому я не стал его калечить и очень дозированно врезал кулаком, так же крайне аккуратно встретил его удар лбом, не доводя до переломов пальцев и вовремя убрал ногу с его ступни, когда он падал на мостовою. Конечно же, никто ничего не понял и не заметил. Мне нужна определённая репутация в городе. Отцу предстоит разочароваться во мне ещё больше. Жаль, но надо. Друзья поверженного отрицательно отреагировали на моё поведение и пошли на меня нестройной толпой, угрожающе что-то громко говоря.
— Ладно, ладно… — сделал несколько шагов назад и поднял руки на уровень груди, показывая пустые ладони. — Размялись и будет.
Вернулся за свой столик, доел мясо, выпил ещё несколько кружек тёмного. Всё ждал возвращение буйного орка и его компании с претензиями и предложениями реванша, но нет, вечер закончился тихо. Жаль. Снял комнату и забылся тяжёлым сном.
Утром проснулся очень рано, наскоро привёл себя в порядок, на сколько это было возможно, и спустился вниз. Для того, чтобы хоть немного успокоиться выпил пару стаканов гром-воды, заел бутербродом. Не забыл наполнить флягу вином на дорожку. Вышел на улицу, едва начинало светать.
Идти домой всё так же не хотелось, будь моя воля я бы вообще никогда не появился в этом городе. Но два недавних нападения на меня, совершённых один за одним, заставили действовать. И самое неприятное, что заставило меня вернуться, несколько ниточек, которые удалось найти и потянуть, ведут именно в Тырдым. И кому могла понадобиться моя смерть в родном городе?
 
Улицы постепенно просыпались. Появлялись жители бегущие по своим делам, открывались лавки, выкатывались тележки с товаром, несколько орков мели улицы мётлами. Судя по их несчастному виду это ничжи — самый презираемый слой оркского общества, рабы, каторжники, должники и другие «достойные» существа. Также, часто ничжами называли малые народности. Им было всё равно и они не обижались, кроме гоблинов, эти могли и в драку полезть. По широкой улице мимо меня прокатил тележку нагруженную камнями тролль, стройка где-то идёт.