Дороги, которые нас выбирают. Хроники смежных миров (СИ)

– Мастер, дайте нам с Савелией разрешение на портал и личную увольнительную на сегодняшний вечер. Мы вернемся к отбою. Есть дела, которые необходимо уладить до завтрашней командировки.
Ойди только рукой махнул.
– Возьми бланк на столе, напиши сам, что тебе нужно. Я подпишу.
Быстро нацарапав что-то на листке бумаги, Влад сунул его на подпись Мастеру и молча направился к двери с совершенно нечитаемым выражением лица.
– Жду тебя в Зале Переходов через полчаса, Савелия. Не опаздывай, – бросил он через плечо, закрывая за собой дверь.
– Что это с ним? – полюбопытствовал Ойди, вынырнув ненадолго из своих безрадостных размышлений.
Ответить на этот вопрос Мастеру я не могла. Да, у меня были догадки, граничащие с твёрдой уверенностью, но наставник абсолютно точно не был тем, кому стоило об этих догадках рассказывать.
– Понятия не имею, – соврала я, глядя Ойди в глаза. – Вы же знаете его характер. За перепадами настроения нашего Проводника невозможно угнаться.
Мастер нахмурился ещё больше и вытряхнул содержимое трубки в пепельницу.
– В том-то и дело, что его характер мне хорошо известен… Агент, у нас ведь не будет из-за этого проблем, верно?
– Конечно, Мастер, – я вытянулась в струнку, сложила руки в замок за спиной, – Я обо всём позабочусь. Разрешите?
– Иди, – Ойди откинулся на спинку кресла и переместил взгляд на нимфу. – Эл-Нан… Нужно кое-что обсудить.
Успев добраться до выхода из кабинета, я остановилась, заинтригованная тем, что же такого секретного наш наставник собрался обсуждать с Тали в приватной обстановке, но захлопнутая и наподдавшая мне по филейной части дверь ясно дала понять, что мои уши здесь и сейчас совершенно нежелательны.
По коридорам я плелась долго. Растянувшиеся вдоль стен лампы, имитирующие дневной свет, раздражающе мерцали, а попадавшиеся время от времени мне навстречу коллеги привычно отводили взгляд, чуть склоняя головы в знак приветствия. Каждый из них думал об одном и том же и мысли эти были мне хорошо известны.
«Кто она такая, чтобы возглавлять группу в свои двадцать два!»
«И этой девчонке мы должны кланяться только потому, что она на короткой ноге с Мастером?»
«Чем она лучше нас? Ей просто повезло».
Те, что поумнее, догадывались о моём даре, несмотря на все попытки Ойди сохранить эту информацию в тайне. Но и они испытывали ко мне неприязнь, возможно, даже большую, чем остальные. Я их не останавливала и не разубеждала, никогда не пыталась доказать свою правоту. Как можно объяснить слепому, что значит видеть то, что вижу я? Они называли мой дар «удачей». Шептались у меня за спиной с тех пор, как я здесь появилась. Провожали завистливыми взглядами, когда меня после принятия таны чуть ли не на руках нёс через всю Обитель сам Ойди. До меня ни один агент не получал метку раньше двадцати лет, а мне было всего пятнадцать, и через две недели я уже стояла во главе своей группы. В то время как остальные агенты толкались в столовой, ожидая скудного по вкусовым качествам, но питательного обеда, я сидела с Мастером в его кабинете и пила строго-настрого запрещённый алкоголь из его личного бара. Ойди любил меня. Не так, как мужчина может любить женщину, избави бог, но так как отец может любить дочь. Он оберегал меня, защищал и всегда подстраховывал. А еще он позволял мне совершать ошибки и учиться на них, и я была ему за это очень благодарна.
Хватило одного его взгляда на меня и Влада, чтобы понять – происходящее между нами не является для него тайной. И, конечно, он не мог этого одобрить – ни как мой наставник, ни как наш непосредственный руководитель. Но он позволил нам уйти и разобраться самим, хотя мог запросто расформировать группу и сделать так, чтобы скомпрометировавшие себя и друг друга агенты больше никогда не пересекались. Но Ойди был слишком проницателен для столь очевидных решений. А значит, мне нужно разобраться во всём самой и ни в коем случае не подвести доверие Мастера. Я не могу облажаться во второй раз подряд.
– Светлого дня, дейна Савелия!
Попавшийся мне навстречу новичок согнулся в уважительном поклоне так резво, что я от неожиданности едва не шарахнулась в сторону. Мальчишка должен был стать Проводником, и дата его инициации уже была назначена – мы пару раз пересекались на общих собраниях, но имя его я так и не запомнила. Он же и вовсе не знал меня, зато, наверняка, слышал о легендарном бойце столько, сколько я и сама о себе не слышала.
 
– Светлого дня, – машинально пробормотала я в ответ, продолжая свой путь и чувствуя взгляд в спину, аккурат между лопаток.
Кажется, он ещё не успел меня возненавидеть. Но это ничего. Придёт со временем.
В Зале Переходов сегодня дежурили Стан и Эмрот – два дородных широкоплечих детины, с которыми я не далее, чем два дня назад вместе нарезала круги на утренней тренировке. Ребята были более чем дружелюбны при своей устрашающей внешности, и я с удовольствием хлопнула их по подставленным для приветствия ладоням.
– Привет, Сав! – Стан улыбнулся во все тридцать два зуба. – Куда это вы посреди рабочей смены собрались?
– Личная увольнительная, – я безразлично пожала плечами, – у группы сегодня отгул. Меня вчера лессар цапнул.
– Ух ты! – Эмрот вылупился на меня, как на восставшего покойника. – Чтож ты тут до сих пор живая ходишь-бродишь? Неужели Влад так быстро сумел перенастроить портал на возврат, что наши медики кой-то в веки раз успели вовремя?
Я снова пожала плечами, не желая вдаваться в подробности, но Стан, похоже, сам сообразил откуда растут ноги и премерзко расхохотался.
– Ага, как же! Влад успел… У неё же нимфа в тройке! Спорю на лишнее дежурство, она её там же на месте и вылечила!
Эмрот уставился на товарища с недоверием, а я, воспользовавшись случаем, внаглую откусила от аппетитного сэндвича, который он держал в руке, заработав недобрый взгляд коллеги.
– А разве нимфа может исцелить от яда лессара?
– Нимфа, друг мой, ещё и не от такого исцелить может, если поцелует искренне и от всего сердца! Нет, ну ты как первый день живёшь, честное слово!
– Погоди-погоди… – челюсть стража, похоже, не собиралась возвращаться на место, и я с чистой совестью заграбастала его обед целиком. – Это та рыженькая, что вечно носит обтягивающие брючки? Вот же ж… Сав, может и на меня лессара натравишь? Глядишь и мне перепадёт чего?
Махнув на стражей рукой, я старательно дожевала чужой сэндвич и окинула зал растерянным взглядом.
– Ребят… А Влад-то где?
– Так в третьем гроте. Попросил не мешать, пока он портал настраивает. Опять, наверное, лестницу ваяет. Вы в увольнительную-то за грань миров что ли собрались?
Не желая портить стражам очевидно приподнятое настроение, я загадочно улыбнулась и направилась в сторону изолированного грота со встроенной портальной аркой. То, что Влад решил готовить переход вдали от чужих глаз мне совсем не нравилось.
– Савелия!
– Да, Стан? – я притормозила и обернулась через плечо.
– Постарайтесь вернуться до конца нашей смены. В ночь на дежурство заступит Захария, а ты знаешь, какой он принципиальный… хлопот с Владовыми лестницами не оберёмся. А так, ушли-вернулись, увольнительную по прибытию закроем, всё подпишем и шито-крыто.
– Хорошо! Спасибо, ребята!
Благодарность моя была абсолютно искренней. Захария и вправду был тем ещё педантичным занудой, любившим упражняться в фарисействе разных мастей. Всю душу вытряхнет, если хоть на полшага отступишь от предписания.
Опустив завесу грота, я отрезала все посторонние шумы и осталась с Владом наедине.
– Куда мы? – безразлично поинтересовалась я, ковыряя земляной пол носком сапога.
– Увидишь, – так же тихо ответил Проводник, сосредоточенно глядя на покрывающуюся сетью арку и сжимая в руках пульсирующий портальный амулет. Мешать ему сейчас крайне не рекомендовалось.
Вообще-то Проводники были теоретически способны перемещаться между мирами и без арок, и без амулетов, но перемещения эти были плохо контролируемыми и – почти всегда – спонтанными. Амулет же придавал дару строгую направленность и блокировал внезапные его проявления. То есть изрядно упрощал всем жизнь. Хотя достать такую игрушку было очень и очень непросто. Если Проводник по каким-либо причинам лишался амулета, то для получения нового недостаточно было просто составить запрос. Нет, претендент должен был заново доказать своё право на обладание артефактом, и вовсе не редки были случаи, когда потерявшие амулет обладатели дара попросту отправлялись в отставку, так и не сумев ничего никому доказать.