Дороги, которые нас выбирают. Хроники смежных миров (СИ)
– Как давно у тебя проснулся дар? – тихо, дабы не нарушать покой утреннего леса, спросила я.
Марк часто захлопал ресницами, совсем так же как я, и, обратив ко мне свой, пока ещё расфокусированный взгляд, ответил:
– Как только ты показала мне Нити, тогда, в убежище. Дар вернулся той же ночью и не дал мне уснуть. Он был поначалу не похож на твой – всё казалось бледнее, суть часто ускользала. Но за последние недели мне удалось здорово его развить, сделать виденье стабильным. Правда, – тут парень нахмурился и отвёл взгляд, – спать до сих пор нормально не получается. Нити… отвлекают.
Я кивнула. Ну, конечно отвлекают. Я в Обители полгода училась элементарно засыпать. Именно засыпать, а не проваливаться в беспамятство от усталости, когда все резервы организма исчерпаны, и сознание просто отключается, наплевав на любые внешние раздражители.
– Это придёт, – спокойно ответила я. – Со временем ты начнёшь воспринимать Нити, как тиканье настенных часов. Раздражает, конечно, но, привыкнув, спать вполне возможно.
– Пока что верится с трудом.
Марк усмехнулся, а я с удивлением отметила, что, несмотря на всю свою бодрость, выглядел парень не ахти: тёмные тени под глазами, осунувшееся, бледное от недосыпа лицо, сухая кожа. И единственным ярким пятном на всём этом «великолепии» выделялись только его глаза – живые, полные света. Даже не карие, как мне раньше казалось, а почти шоколадные. Тёплые.
– Как ты оказался здесь в такое время? – спросила я, переводя тему. – Леса нимф огромны, а ты стоишь в пятом часу утра в трёх метрах от меня. Следил?
– Ага. От самого дома.
– Молодец, – искренне похвалила я. – Хорошо следил. Я не заметила. Сарфат научил?
– Он, – парень довольно кивнул. – Правда, по его мнению, я топаю как слон, и меня даже глухой на оба уха старый тройн услышит за три километра.
– Ну… Либо Сарфат преувеличивает, либо я совсем растеряла сноровку.
– Думаю и то, и другое, – нагло заметил парень, а я искренне рассмеялась, прогоняя остатки ночного напряжение.
Общаться с Марком было легко, как дышать, а его компания оказалась столь приятной и ненавязчивой, что я невольно почувствовала, как, казалось бы, убитое настроение неуклонно ползёт вверх.
– Так зачем ты за мной следил-то?
– Попросить хотел, – смущенно ответил парень, опуская глаза.
– Ну, проси, – милостиво кивнула я. – Раз хотел.
– Научи меня стрелять!
– Эм…
– Из лука!
– Что, вот прямо сейчас? Срочно?
– Лучше прямо вчера, но сейчас тоже было бы неплохо. Вечером я заметил в твоём шатре лук… Пожалуйста, Сава!
– Ты хоть представляешь, сколько времени пройдёт, пока мы за этим луком таскаемся до шатра и обратно?…
– Так не надо за ним таскаться! – радостно ответил парень. – Я его уже принёс! Вон он, под ивой стоит.
– Ну, ты… Наглец, вот ты кто! – уверенно припечатала я, подхватывая лук и колчан со стрелами и направляясь к проглядывающей между деревьями поляне. – Пошли. Пока не передумала.
– Ноги шире! Левое плечо опусти. Рука должна стоять намертво, а лук стать её продолжением. Поднимешь плечо – рука будет в напряжении, начнёт дрожать, и о меткости можешь тогда даже не думать. И правый локоть выше! Тетиву к подбородку! Она тебя не съест, не бойся. Скорее уж по левой руке саданёт, когда спускать будешь… Крагу взять ты, конечно, не додумался?
– Чего-чего?…
– Крагу! Защита такая. Ладно, проехали. Вставая давай, как я учила.
С Марком мы проторчали на поляне уже больше часа, и для первого урока он держался весьма достойно. Возможно, из него в последствие даже выйдет хороший лучник, но пока говорить об этом было рано.
– Плавней отпускай! – крикнула я, наблюдая, как стрела чиркнула по коре дерева в тридцати шагах от нас. – Марк, я сейчас тебя к тому дереву поставлю и покажу как надо! Может, тогда запомнишь!
Парень пыхтел, сдерживая желание ответить мне что-нибудь этакое, но упорно держался. Жалко его не было ни на грамм. Сам напросился. Я подошла ближе, подправила правый локоть, нажала на спину между лопаток, заставляя подтянуть осанку.
– Держи цель, – продолжала я. – Дыши ровно. Стрелу всегда отпускай на выдохе, плавно. Не нужно бросать тетиву, пусть она проскользнёт по твоим пальцам, до самых кончиков. Стрела должна сорваться легко, как дыхание. Давай. Выдыхай.
Ещё один росчерк и мягкий хруст. Дерево в сорока шагах от нас жалобно просыпало на землю горсть щепок – древко стрелы подрагивало ровно посередине ствола.
– Молодец, – мои губы растянулись в улыбке. – Давай ещё раз!
К восьми часам утра мы, уставшие, вспотевшие, но довольные, бодро выползли из леса неподалёку от нашего с Тали шатра, сразу заприметив скучающего у входа самайна и, деловито снующую у разведённого костра, Тали.
– Колоритно выглядите, – отметила нимфа, одарив нас оценивающим взглядом. – А Сарфат уже собирался спускать Торха с поводка на ваши поиски.
Самайн удивлённо покосился на рыжую:
– Да я про это ни словом не обмолвился!
– Я – эмпат, – красноречиво пояснила Тали. – Мне твои слова совершенно ни к чему. Так что вы там делали такого посреди леса, что вернулись настолько… Не знаю даже, как это назвать?
Нимфа обернулась за подсказкой к Владу, который только сейчас вышел из-за шатра, неся в руках охапку сухого хвороста.
– Помятыми? – иронично подсказал он.
– Да, точно! Определённо помятыми!
– Да ну вас! – устало отмахнулась я, заглядывая в котелок с густым травяным отваром, который Тали размеренно перемешивала длинной деревянной ложкой. – Что это за пикник вы тут с утра пораньше утроили?
– Зелье тебе варим, – спокойно ответила нимфа.
– Какое ещё зелье?…
Кажется, мои глаза полезли на лоб и Влад, заметив это, приглушённо рассмеялся.
– Бодрящее! – зло бросила Тали в мою сторону. – Всю ночь мне спать не давала, встала в четыре утра, чёрт знает куда ушла, а теперь вот вернулась – на умертвие похожа! Ты никак решила сегодня свести счёты со своей никчёмной жизнью, если собираешься драться в таком состоянии.
– Нормальное у меня состояние! И вообще, я прекрасно выспалась.
– Ну-ну, – волна эмоций, отпущенная Тали в мою сторону, прошлась по позвоночнику горячим возбуждением, красноречиво намекая на то, что она прекрасно знает, что и как мне снилось этой ночью.
– Тали!!! – прорычала я сквозь зубы.
– Что такое? – невинно поинтересовалась нимфа, глядя на меня кристально-честными глазами и хлопая длинными золотистыми ресницами.
– Ничего, – устало бросила я, сдаваясь и присаживаясь на выточенную из старого дерева лавку. – Давай сюда свой энергетик.
Тали довольно усмехнулась и протянула мне большую деревянную кружку с обжигающим отваром. Лес потихоньку оживал, заполняясь привычной утренней суетой, и я поспешила спрятать глаза, уткнувшись в кружку так глубоко, как только могла. Через четыре часа я либо убью человека, которого когда-то успела начать уважать, либо умру сама, и вместе со мной, вероятнее всего, умрёт целая раса.
К условленному месту мы отправились впятером: Марк прямолинейно заявил, что оставить его в тылу мы сможем, только связав по рукам и ногам, и то ненадолго – грозился перегрызть верёвки зубами и в любом случае отправиться следом. Объяснять ему всю глупость ненужного нахождения на возможной передовой не было ни сил, ни желания, поэтому я быстро махнула на парня рукой. Как, впрочем, и на Влада, который вообще не счёл нужным прокомментировать своё присутствие – просто молча пристроился рядом с Тали, сохраняя совершенно невозмутимый вид. Наличие Торха даже не обсуждалось – пёс следовал за Хозяином повсюду и представить их отдельно друг от друга лично у меня теперь не получалось при всём желании.
Шли быстро и молча. Каждый думал о чём-то своём и, наверняка, в тайне надеялся побыстрее расправиться с опасной ситуацией и, по возможности, обойтись малой кровью. Когда знакомый шум реки достиг моих ушей, я механически сжала рукоять Асхета, и непонятно было – то ли он искал моей поддержки, то ли я – его. На берегу оказалось неприятно – ветрено и промозгло. Наши противники выстроились нестройным рядом по ту сторону грани миров, и большую часть из присутствующих я легко узнала даже на таком расстоянии. Эрик, Тан, Ош, Тай-Мун, Марион, Айгос… Рядом с хаммом стояли несколько его соплеменников, видеть которых раньше мне не доводилось. Что ж. Этого следовало ожидать.