Мы, Мигель Мартинес. Гражданская война (СИ)
Дожидаться, когда в его дверь вломятся пшеки фон Рейтерн не стал. Наградной револьвер. Пуля в висок. Он уходил из жизни совершенно спокойным.
Маршал Пилсудский, который так хотел проехать по Данцигу как победитель на белом коне лежал на грязной мостовой, так и не осознав той глупости, которую он совершил. Стремление захапать больше, чем имел по праву всегда была отличительной чертой истинного польского пана. Рядом с ним валялся генерал Рыдз-Смиглы. Этому повезло больше — пуля пробила лёгкое. Его прооперируют, спасут. Но сделанного не воротить — польские паны сами того не желая, открыли ящик Пандоры. А за все удовольствия, как гласит народная мудрость, надо обязательно платить.
Эпилог
Эпилог
Барселона
12 декабря 1933 года
— Скажи мне, почему ты тогда сказала, что…
— Потому что…
— Исчерпывающий ответ.
— Ты или слишком глупый, или смеешься надо мной.
Я встретил свою прекрасную каталонку на третий день по приезду в Испанию. Тогда и выяснилось, что моя Паола — это Лина Одена, комсомолка из Каталонии. Впрочем, я еще в Париже подозревал, что наша встреча была неслучайной. Я приглаживаю ее черные непокорные жесткие волосы, прижимаю к себе и спрашиваю:
— Ты поедешь со мной?
— Что ты хочешь мне сказать?
— Я не хочу тебя отпускать от себя, Лина.
— Это что, признание?
— А если это предложение?
— А разве ты не женат?
— Я свободен, будто птица в небесах.
Конечно, это была цитата, ну вырвалось. Иногда из меня прёт моё время, ну куда мне деться?
— Мои товарищи? Моя работа?
— Лина, у меня тоже серьезное дело. Очень серьезное. Я думаю, смогу попросить, чтобы по линии Коминтерна тебя командировали в моё распоряжение.
— В твоё полное распоряжение? Я правильно понимаю?
Она улыбается. И во мне всё внутри переворачивается. Самое удивительное то, что как только я встретил Паолу, то есть Лину, то есть Паулину Одену Гарсиа, Кольцов куда-то исчез. Я перестал ощущать его присутствие. Как будто его нет вообще. Понимаете, раньше, когда он куда-то прятался, я всё равно чувствовал, что он рядом. Он мог обидеться, мог дуться, как мальчишка, но я точно знал, что он есть. А тут просто пустота какая-то. Не могу понять, что произошло.
— Лина, я хочу, чтобы мы всегда были вместе. Ты станешь моей женой?
— Вот счас, прямо с постели встану и сразу же стану!
Ага, язычок у неё острый, палец в рот не клади. При этом понимаю, что накосячил, мог бы выбрать для предложения и другое время и другое место, вот только стоит мне выйти из комнаты, как тут же куча дел навалиться — головы не поднять. Через три дня отправляю первую сформированную интербригаду в Германию. И не надо говорить мне, что мы долго ее собирали. Дольше всего я провозился во Франции. Очень не хотели наши друзья «левые» пропустить через свою страну толпу вооруженных анархистов. Пришлось их успокаивать, дать некоторые гарантии, а еще — в Марсель прибыл небольшой кораблик с золотом. Привезли значительную частью еще царских долгов, о чём широко рассказали в прессе, вызвав скрежет зубовный на острове через Пролив.
А ослик, груженый золотом — это самое мощное и безотказное оружие массового поражения во всех войнах человечества. Главное — мне удалось разбавить неуправляемых анархистов троцкистами и коммунистами, они хоть что-то понимают в плане дисциплины. И еще — отбирали только тех, кто проходил службу в армии. Кстати, почему-то среди анархистов много моряков. Когда я предложил флотским забрать у них этих вечных буянов, там только вздохнули от облегчения. Почти восемьсот человек в Первой Интербригаде имени Мировой Революции как раз морская анархическая пехота. И командует этой бригадой тот самый Хосе Буэнавентура Дуррути.
Ну что же, остаётся последний аргумент. Достаю простенькое золотое колечко. Купил его в Париже, когда ездил договариваться. Да. Простенькое, потому что использовал все собственные деньги, не брать же из подотчётных — не поймут. А у меня лично оставалось не так много — заработки и командировочные как-то в последнее время не слишком-то радовали. И что я без Кольцова буду делать? Без его таланта? Ладно. Прорвёмся как-нибудь. В общем, достаю я колечко и спрашиваю, или она согласиться стать моей женой. Губки надула:
— В церковь не пойду!
— Так я и не зову, Лина, я хочу, чтобы ты стала моей женой. Понимаешь? Официально. Да?
— А она в ответ заревела и уткнулась мне лицом в грудь. Да, Миша, не богатырская у тебя грудь, но если мы эту девочку грудью не прикроем, жалко будет…
— Я так понимаю, что ты согласна?
И кто тебе, дураку, на такое ответит, если ты до сих пор ничего не понял? Женщины — это тебе не высшая математика, тут чувствовать надо… да…
От автора: кому понравилась книга не забудьте вознаградить автора лайком или донатом. Я не обижусь.
Первый том тут: https://author.today/work/268031
Продолжение тут: https://author.today/work/309124