Убей для меня (ЛП)

- Ну, ладно. Может, я чуток и вздремнул. – Его сон являлся подтверждением безграничного доверия к Талии. Они приятельствовали уже много лет. Люк бросил взгляд в зеркало заднего вида. Чейз ехал прямо за ними, колонну замыкали два микроавтобуса. В одном находилась группа быстрого реагирования, которую вызвал Чейз, в другом – криминалисты из местного отделения ГБР.
- У нас есть подписанный ордер на обыск?
- Да, - ответила Талия. – Хлойя так ругалась. У нее рано утром встреча, и ей надо выспаться, чтобы хорошо выглядеть, но она нажала на нужные рычаги.
Люк знал, что Хлойя утром встречается с Сюзанной. Прежде чем уснуть, он хотел рассказать Талии, что Сюзанна собралась давать показания. В прошедшие два дня Талия опрашивала выживших жертв изнасилований Саймона и Гренвилля, и когда-нибудь выяснила бы, что Сюзанна тоже была в их числе. Но Люк решил промолчать. Пока показания официально не подписаны, лучше ничего не говорить.
- Хлойя всегда нажимает на нужные рычаги, - заявил он и вылез из машины. – Если партнер Гренвилля здесь, значит, он в ловушке. Дорога тут одна-единственная, мы по ней приехали.
Талия осветила фонариком тропу:
- Земля слишком твердая, чтобы рассмотреть отпечатки шин. – Она повела носом. – Дымом не пахнет.
Чейз затянул ремень бронежилета и присоединился к ним. В руках он держал два прибора ночного видения и два наушника.
- Это вам. Приближаемся к дому сквозь деревья. Я захожу слева, Талия – справа. Люк, вы идете сзади. Если внутри кто-то есть, он не должен увидеть, как мы подходим.
Люк подумал о бункере, о мертвых глазах и о пулевых отверстиях в девичьих лбах. Эта свинья не имеет права на жизнь.
- Тогда вперед.
Они разделили команду быстрого реагирования на три группы и отправились в путь. Но чем ближе они подходили к дому, тем яснее им становилось, что внутри пусто. Окна все темные, вокруг хижины лежала печать запустения. Здесь никого не было уже много дней. Люк и Чейз одновременно вышли на дорогу. Чейз мрачно указал на заднюю стену дома, и Люк последовал приказу. Пока все тихо. Когда до дома оставалась пара метров, Люк вдруг услышал низкий рокот.
Или вернее рычание собаки. На веранде лежал бульдог, который с трудом поднялся на лапы, доковылял до края веранды и оскалил зубы.
- Мы на месте, - раздался в наушнике голос Чейза.
Люк осторожно приблизился и дружелюбно сказал:
- Тихо, мой мальчик.
Собака попятилась с оскаленной пастью, но попыток броситься на чужака не делала.
- Мы на месте, Чейз.
- Тогда, вперед!
Люк ворвался в заднюю дверь и чуть не задохнулся от чудовищной вони, которая отшвырнула его назад.
- О, Боже!
- ГБР, не двигаться! – приказал Чейз, врываясь в переднюю дверь. Но хижина оказалась пустой.
Люк нашарил выключатель и тотчас же понял, что так ужасно воняло. На столешнице лежали три разлагающиеся рыбины. Длинный тонкий филейный нож, покрытый липкими пятнами крови, валялся на полу.
- В спальне чисто, - крикнула Талия.
Чейз с отвращением разглядывал рыбу.
- По крайней мере, это не Боренсон.
- Н-да, выглядит так, будто его прервали, - сказал Люк. – Кажется, здесь кто-то что-то искал.
Все ящики в гостиной были выдвинуты и опустошены. Диван вскрыт, а наполнитель разодран. Кто-то выкинул книги с полок и снял картины со стен. Разбитые стекла наводили на мысль, что в картинах тоже что-то искали.
- Эй, Папа, - крикнула Тали. – Иди сюда.
От вида окровавленной постели Люк вздрогнул:
- Это, наверное, очень больно.
Состояние спальни оказалось таким же, все ящики опустошены, вещи разбросаны. На полу рядом с кроватью лежала фотография в рамке с разбитым стеклом. Снимок изображал старика с ангелочком в руке. Рядом с мужчиной сидела собака.
- Кажется, это та собака, что сидит на веранде, - заметил Люк. – А старик определенно Боренсон.
- Надо разделиться. Талия, вы остаетесь здесь с криминалистами, - приказал Чейз. – А мы посмотрим по окрестностям, вдруг найдем труп Боренсона. Кроме того, надо поговорить с местным населением. Возможно, кто-нибудь что-то и видел. Девушек здесь нет, но, кажется, их все-таки держали тут. Исходим из того, что Боренсон что-то знал, о чем не должен был проболтаться.
 
Скулеж заставил всех перевести взгляд на пол. Собака улеглась у ног Люка.
- А с этим-то что? – с легкой ухмылкой поинтересовалась Талия.
- Найди ему что-нибудь поесть, - сказал Люк. - Мы заберем его с собой в Атланту. Вдруг он укусил нападавшего и в его клыках что-то застряло. - Люк поколебался, но потом присел на корточки и погладил собаку между ушей. - Хороший мальчик, - пробормотал он. - Так преданно ждать своего хозяина. Хотя нет, хорошая девочка, - поправил он и вздрогнул от вибрации мобильника в кармане. Когда он увидел номер на дисплее, его сердце бешено заколотилось.
- Алекс, что случилось?
- С Дэниелом все в порядке, - поспешила успокоить его Алекс. – Но три минуты назад Бердслея отправили в реанимацию.
- Бердслей в реанимации, - сообщил он остальным. – Что все-таки произошло? С ним же было все в порядке.
- Персонал больницы не распространяется, но я здесь стою с отцом Райана, и он мне рассказал, что капельницу подменили. И через пару секунд у Райана начались судороги.
- Вот черт, - тихо выругался Люк. – Ты думаешь, его отравили?
- Не знаю, - ответила Алекс. – Его отец сказал, что он кое-что вспомнил, о чем хотел бы тебе рассказать. Он, наверное, пытался тебе позвонить, но попадал на почтовый ящик…
Люк заскрипел зубами. Вероятно, это случилось, когда он спал в машине. Проклятье!
- Я в полутора часах езды. Позвоню Питу Хайвуду, чтобы приехал.
- Хорошо. Я останусь с Дэниелом. Скажи агенту Хайвуду, чтобы он обязательно забрал капельницу на анализ. И поторопись, Люк. У Бердслея была остановка сердца. Его вернули только с помощью дефибриляции.
- Уже еду. – Люк отключился. – Кажется, кто-то попытался убить Райана Бердслея.
- В больнице? – недоверчиво поинтересовался Чейз.
Люк мрачно кивнул:
- В больнице. Я должен вернуться.
- Возвращайтесь оба, - предложила Талия. – Я сама здесь разберусь. На рассвете мы опросим соседей. Не бойтесь, мы справимся.
- Спасибо. – Люк собрался уходить, и собака двинулась за ним. – Оставайся здесь, дорогуша, - твердым голосом скомандовал он. Собака, судя по всему, очень хорошо воспитанная, недовольно тряся бочками, повиновалась.
- Да, конечно, - вздохнула Талия и закатила глаза. – Естественно я позабочусь и о собаке.
Люк плюхнулся на пассажирское сиденье машины Чейза и буркнул:
- Чем дальше, тем лучше. От меня несет, как от помойки.Аромат просто пленительный. Пот, дым и тухлая рыба. Думаю, женщинам понравится.
Люк устало фыркнул:
- Ни одна женщина не отважится в данный момент находиться рядом со мной. – Возможно, даже Сюзанна. Во всяком случае, она подходила к нему очень близко. Если напрячься, он мог все еще почувствовать ее аромат. Свежесть. И легкая сладкая нота. Пусть все удастся. – Я звоню Питу. У нас пост возле реанимации, мы могли бы поставить второй возле палаты Бейли. Вот черт, я ожидал от этой хижины большего. Уже прошло десять часов, а мы до сих пор не имеем понятия, где девушки.
- По крайней мере, мы можем исходить из того, что партнер Гренвилля до сих пор дергает за ниточки, - спокойно заметил Чейз.
Люк смотрел на тянувшийся ряд деревьев.
- Я сыт по горло тем, что меня используют, как марионетку.
Даттон,
суббота, 3 февраля, 3 часа 00 минут
- Говори же, - произнес Чарльз. Голос спокойный, хотя гнев, кипевший внутри, готов был выплеснуться на поверхность. Тем не менее, руки, державшие совершенно новый скальпель, не тряслись. Скальпель – это подарок от Тоби Гренвилля на рождество. Чарльз знал толк в хорошем инструменте. – Скажи мне, к чему он подходит. - Судья Боренсон покачал головой. – Упрямый старик. Тогда мне придется разрезать поглубже или вообще кое-что отрезать, что ты хотел бы сохранить. Я знаю, что ключ подходит к какому-то банковскому сейфу. И я знаю, что ты не хочешь говорить, хотя Тоби там, наверху, в хижине сделал тебе очень больно. Но знаешь что, я могу сделать еще больнее. – Чарльз глубже воткнул скальпель в нижнюю часть живота Боренсона, и судья закричал. – Только название банка и город. Номер ячейки было бы тоже неплохо.