Последний Иггдрасиль: Фантастические произведения
Дождавшись окончания последнего сигго, Стронг наблюдал, как Мэри Джейн упорхнула в сопровождении того телеоператора, с которым танцевала вначале. Их флаер сверкнул на прощанье хвостовыми огнями, оставив на сетчатке слепящие пятна, но Томас Стронг по-прежнему старался держаться только тех аспектов реальности, что благоволили к нему, и мог посмеиваться над своим поражением. Потом он увидел Мэри Джейн лежащей на спине в переулке возле гостиницы, где остановились телевизионщики и бригада древорубов. Свет падал только на ее лицо, и Стронг решил, что мужчина — все тот же оператор. Лишь неделями позже она случайно обмолвилась, что была с Пиком, но к тому времени было уже поздно. Застав ее in flagrante delicto [1], Томас Стронг отчаянно влюбился.
Он отыскал ту развилку, где оставил седельную веревку, переступил туда и скомандовал индейцу выбирать трос, чтобы подать клещевой захват. Перекинул веревку через сук, завязал двойной булинь и продел ноги в петлю, а оставшийся конец закрепил на основной веревке схватывающим узлом. Сел в получившееся седло и стал протравливать веревку, спускаясь. На одной трети пути остановился, дождался клещей и закрепил их на стволе. Велел Синему Небу натянуть трос, чтобы зубья захвата поглубже вонзились в древесину, затем спустился к главной развилке.
Страх высоты был уже забыт. Поставив ноги в развилку, Стронг развязал схватывающий узел, вылез из седла, стянул веревку вниз и смотал ее. Опершись спиной на один из расходящихся стволов, снял с пояса лучевой резак и задрал голову, вглядываясь в верхушку кроны.
Кто это там? Фигурка в наряде из листьев, золотые волосы, поцелуи солнца на стройных ногах… Видение. Мечта. Стоило позволить одной-единственной мысли о ней промелькнуть в сознании, и вот она — сидит на высоких ветвях, как тогда ночью на подоконнике…
— Как дела, Том? — прозвучал возле уха голос индейца.
Пот заливал глаза, хотя Стронг пока не слишком напрягался. Продолжая всматриваться, он вытер лоб рукавом рубахи. Дриада по-прежнему сидела на ветке, никуда не делась. Он помахал ей, чувствуя себя идиотом, но она не шевельнулась. Помахал снова — так и сидит.
— Уходи оттуда! — крикнул он, предварительно проверив языком, что передатчик отключен.
Тишина. Даже если и слышала, то промолчала.
Иллюзия, подумал Стронг. Просто случайный контур из света и листьев.
Может, и так… Однако рассеиваться иллюзия никак не желала.
Послушай, сказал он себе, ты одолел сотни деревьев, если не тысячи, и ни на одном из них не находил никаких дриад. Ты все это выдумал, намечтал себе. Нету там дриады, как нет шампанского в твоей фляге!
Смерив взглядом ствол, он повернулся к нему боком, чтобы удобнее было резать. Нужная интенсивность была установлена еще на борту тягача, и оставалось только направить и включить.
Давай, скомандовал он себе, давай! Зажмурился, нажал большим пальцем на кнопку, а когда открыл глаза, пучок гамма-частиц уже въедался в кору и древесину. Проведя невидимым лучом слева направо, он включил передатчик.
— Натягивай! — Наклонный ствол дрогнул и медленно приподнялся. Стронг повернулся в развилке и атаковал его с другого боку. Ствол зашатался. — Поднимай!
Половина двойной верхушки дерева затряслась и поползла вверх. Водопад алых лепестков обрушился вниз, оседая на рубахе капельками крови. Стронг уставился на них в ужасе, потом принялся ожесточенно стряхивать.
В сплошном зеленом шатре над головой теперь зиял солнечный проем. Синее Небо подтянул срезанную верхушку почти к самому брюху тягача, и Пик двинул машину, продолжавшую прочно висеть на квадратной миле воздуха, по направлению к лесопилке.
Стронг не сводил глаз с уменьшающегося вдали клочка зелени, но дриады больше не видел.
Ну конечно, ведь ее там и не было!
Сияние солнца приободрило его, но ненадолго. Пора было заняться второй верхушкой. Поднявшись по стволу, он дождался возвращения тягача и закрепил клещи снова, затем спустился назад в развилку. На этот раз смотреть вверх не стал, а сразу начал резать. Вскоре тягач унес вторую верхушку, и небо над головой почти очистилось от листвы.
Неподалеку от тягача парил «мотылек». Жнецы летали в них на поля в дни посева и жатвы, а также вели воздушное наблюдение за ростом пшеницы. По очертаниям воздушный аппарат напоминал древний вертолет, только без винта, но с крыльями. Пока Стронг наблюдал, «мотылек» успел снизиться, и сквозь прозрачные стенки кабины стали видны трое пассажиров — женщина и двое мужчин, нацеливших камеры вниз.
Глаза женщины были устремлены на Стронга, словно еще одна пара объективов. Длинные черные волосы, широкие скулы… Он резко отвернулся. Звук мотора стал удаляться — «мотылек» возвращался на прежнюю высоту.
Застыв в обрубленной развилке, Стронг снова смахнул с рукава алые лепестки. Кровь.
— Том?
Он тронул языком передатчик.
— Да, Мэтти?
— Том, я сказала им не снимать тебя крупным планом.
— Ничего страшного.
— Завтра во второй половине дня они хотят спуститься к тебе…
— Говорил же, гони их!
— Ты будешь уже на нижних ветвях, и можно будет установить камеры… ну, если погода не помешает.
— Пусть убираются!
— А что я могу поделать? Мэри Джейн согласилась подписать отказ от претензий. Черт побери, Том, дерево не моя собственность! Подумаешь, короткое интервью, ну что тебе стоит?
Стронг промолчал.
Место действия: хижина на склоне горы. Черноволосая девушка сидит на ступеньках крыльца с сигаретой. Мужчина стоит за ее спиной.
Она: «Ты знал, что я такая. Я не притворялась другой, и ты никогда не возражал. В чем же дело?»
Он: «Ты знаешь».
Она: «Из-за Пика, я правильно понимаю?»
Он: «Ты правильно понимаешь».
Она: «Значит, кому-то другому меня трахнуть можно, но только не ему, да? Всего-навсего?»
Он: «Да, но все не так просто. Я рос с Пиком и его братьями, и каждая моя девушка успевала до меня пройти через них. Я вечно был вторым… или третьим, или четвертым. Мне хотелось думать, что с тобой будет не так».
Она: «О боже! И что же мне теперь — его вытрахнуть?»
Он: «Ты бы это сделала, если бы могла?»
Она: «Не знаю».
— Том?
— Да, Мэтти?
— Надо было, наверное, сказать тебе раньше… Такая реклама дала бы хороший толчок нашему бизнесу. Я уже старая, мне все равно, но вы все стали бы больше зарабатывать. Что скажешь, Том?
— Хм… Ну ладно.
— Вот и отлично! Что тебе прислать на обед?
— То же, что и у вас.
— Заберу для тебя пораньше, Джейк с Оуэном спустят.
— Да все равно.
— Договорились… Конец связи.
— Видала, как тот сукин сын повернулся к нам задницей? — фыркнул Скот, управлявший «мотыльком». — Что это с ним?
— Кто знает, — солгала Мэри Джейн.
Пруитт покосился на нее, продолжая возиться с камерами:
— Он так смотрел, будто знает тебя.
— Да, было кое-что, — нехотя призналась она.
— Ах, вот оно что.
Мэри Джейн глянула на дерево сквозь стеклянный пол кабины, затем на экран, подключенный к камере. Молодцы ребята.
— Так и держи его, Джерри, — кивнула она Пруитту, — по центру.
— Угу.
Скоту пришлось подвинуть «мотылек», когда тягач вернулся, но Пруитт тут же подкорректировал направление камеры. Однако вскоре Стронг исчез среди листвы.
— Наверное, теперь займется ветвями. — Мэри Джейн кивнула Пруитту. — Возьми клещи крупным планом.
Она продолжала смотреть на пустую развилку, где только что стоял Том. В памяти почему-то всплыли его длинные бакенбарды — интересно, какой он сейчас? Надо будет глянуть запись… Хотя нет, ни к чему это, какое ей теперь дело?
Пруитт стоял за ее плечом. Они были любовниками, и он даже чем-то напоминал Стронга. Всегда наготове, особенно когда не нужен. Защищает от похотливых соперников, которые, как ему мнится, так и норовят уволочь ее в укромный уголок.