Ангелы живут на небесах

Я решила все же показать Толику фотографию. Вытащив из сумки снимок, на котором Лиза была запечатлена вместе с Мариной, я выложила его на стол и ткнула пальцем в блондинку:
— Вот она!
Его реакция была совершенно спокойной и однозначной.
— А, горячие подружки, — произнес он равнодушно, даже не представляя, какую бурю эмоций вызвал у меня своим словами.
— Горячие подружки?! Что ты хочешь этим сказать?
— Ничего, кроме того, что сказал. Это их так называли, у них номер был сольный, «Горячие подружки» назывался, или «Розовые красотки», или что-то в этом роде. Хорошие девчонки, кстати, большой популярностью пользовались, только они куда-то Исчезли, уже третий вечер не появляются…
С этими словами он меня ненадолго покинул, для того чтобы обслужить очередного клиента. А я, отхлебнув очередной глоток белого мартини, переваривала информацию.
Так вот оно что… Выходит, наш ангелочек, Марина Гордеева, в ночное время суток не с приятелем встречалась. Она нашла для себя более экстравагантный способ проведения времени — устроившись работать в паре с подружкой в стриптиз-шоу. Боже, зачем?
Я и представить себе не могла. Материальная сторона вопроса вряд ли имела для нее значение — супруг был вполне в состоянии обеспечить девушку с самыми крутыми запросами, это было понятно. Может, Марина решила таким образом разнообразить свою скучную и серую жизнь?
— И давно они у вас здесь работают? — поинтересовалась я у Толика, снова вернувшегося ко мне.
— Блондинка давно, уже, наверное, больше года, а брюнетка — месяцев, наверное, пять или шесть, точно не скажу. А почему тебя это интересует? — задал он наконец тот вопрос, который, по идее, любой более или менее сообразительный человек должен был задать значительно раньше.
— Блондинка — моя подруга, и она, если честно, обещала меня сюда пристроить. Только исчезла непонятно куда.
— Значит, все-таки работу ищешь, — беззлобно усмехнулся парень. — Она в этом деле, конечно, мастерица. Ты, кстати, уже третья, кого она пристроить пытается. Черненькую тоже она сюда привела, потом, месяц назад, еще одну подружку приводила, но та Волчку не понравилась. Я ее видел — фигурка вроде ничего, но вот волосенки такие жиденькие, да и грудь не подходящего для стриптиза размера.
— А на правой щеке — треугольная родинка? — сразу догадалась я, что речь идет о соседке Дунаевой.
— Ну да, родинка, ты ее, значит, тоже знаешь. Слушай, да ты так бы и сказала сразу, что ищешь любовницу Волчка, а ты ее все по имени… Откуда мне знать ее имя?
— Может, мне у Волчка и поинтересоваться, куда Лизка исчезла? — спросила я осторожно, так как подозревала, что Волчок — фигура достаточно крупная.
— А его, по-моему, в городе сейчас нет, он, говорят, в Москву в казино играть уехал.
— Ясненько. Ладно, слушай, — заметив очередного клиента, направлявшегося к барной стойке, я решила, что это вполне подходящий повод для того, чтобы ретироваться, — не буду больше тебя отвлекать. Тем более я смотрю, мне там салатики принесли, так что я тебя оставляю.
— Надеюсь, ненадолго, — ответил он, но был вынужден прервать беседу, так как мужчина, подошедший к, стойке, нетерпеливо потребовал рюмку водки и стакан минералки.
А я пересекла зал и уселась за свой столик. Теперь у меня есть время для того, чтобы подумать, а заодно и поесть. Крабовый салат, который я заказала, оказался очень вкусным, поэтому поглощала я его с большим удовольствием, стараясь не слишком резво работать вилкой, как требовали того правила приличия.
Итак, что мы имеем?
Марина Гордеева, как выяснилось, свои ночные дежурства проводила на сцене в «Торонто». Где она проводила свои дневные дежурства — этот вопрос пока оставался открытым.
Ее подруга, Лиза Дунаева, оказалась любовницей какого-то Волчка, который, судя по всему, в «Торонто» был фигурой далеко не последней, раз имел решающий голос, когда дело касалось, к примеру, приема на работу в танцевальное шоу очередной претендентки. Может быть, Волчок является… как бы это сказать, художественным руководителем или хореографом этой группы, усмехнулась я про себя.
 
В этот момент к моему столику подошла официантка Виолетта и сняла с подноса сок, который почему-то забыла принести в первый раз.
— Извините, что задержала ваш заказ, сок только что приготовили, — тут же разъяснила она.
— Послушайте, Виолетта, а кто такой Волчок? — спросила я не церемонясь и тут же заметила, как дежурная улыбка сразу же покинула ее резко вытянувшуюся физиономию.
— Александр Александрович Волков — один из наших учредителей, — сказала она с укором и удалилась, гордо задрав нос.
Улыбнувшись я почувствовала в голове легкий хмель — наверное, именно в этом и крылась причина моей вопиющей бесцеремонности. Итак, Дунаева — любовница одного из учредителей. Это может значить все и ничего, но в любом случае информация достойна того, чтобы принять ее к сведению.
И все же — что толкнуло обеспеченную Марину Гордееву пойти работать в стриптиз-бар? Деньги она могла взять у мужа — но ведь возможно, что ей нужно было столько денег, сколько муж просто не в состоянии был ей дать. Ведь он же говорил, что в последний год дела в его фирме складываются не самым лучшим образом. Хотя заработать в стриптиз-баре слишком круглую сумму тоже вряд ли возможно. Сколько они могут зарабатывать? Имеете с чаевыми, вместе с левыми и правыми заработками — долларов семьсот, может, чуть больше. Разве Павел Гордеев не мог себе позволить выделять такую сумму своей супруге ежемесячно?
Безусловно мог, только — смотря на что. Может, Марина Гордеева была настолько глупа, что не могла придумать никакой причины, оправдывающей необходимость выдачи ей около тысячи долларов ежемесячно?
Однако сумма не такая уж и маленькая. Так, может, дело не в деньгах — но тогда в чем же?
Поскольку сама я на этот вопрос ответить не могла, решила, что мне крайне необходимо найти Дунаеву.
Только она могла пролить свет на те причины, которые побудили ее подругу устроиться на столь экстравагантную работу. К тому же я все еще продолжала считать именно Дунаеву подозреваемой номер один, потому что ее исчезновение после исех известных событий выглядело по меньшей мере странным.
Только где ее искать?
Я решила попытать счастья и порасспросить о Марине и Лизе девушек, работавших в шоу. В служебные помещения меня категорически откати ись пускать, поэтому мне пришлось дождаться половины пятого утра и подловить одну из них на выходе из здания «Торонто».
— Постойте, девушка, мне необходимо с вами поговорить, — остановила я ее на лету, и она обернулась, удивленно вскинув тонкие брови:
— Со мной?
— С вами, — уверенно рассеяла я ее сомнения. — Вас как зовут?
— Настя, — ответила она, смущенно улыбнувшись.
Ну надо же, подумала я, какая потрясающая скромность! В жизни не подумаешь, что несколько минут назад эта самая девица почти полностью обнаженная сидела на коленях у какого-то толстого лысеющего мужика и терлась промежностью о его эрегированный член. А с виду — еще один ангел, сошедший с небес!
— Очень приятно, Настя, а у меня имя, немного похожее на ваше — Надя. Я ищу Лизу Дунаеву.
— Не вы одна ее ищете. Волчок ходит злой как собака, рычит на всех, похоже, даже он не знает, куда его подружка подевалась.
— Так он в городе?
— Ну да, в городе, вчера из Москвы приехал, говорят, опять в казино несколько тысяч оставил. А вы — подруга Лизы?
— Нет, я, скорее, подруга Марины. Только я ее не видела уже месяца четыре.
— А Марины тоже что-то нет уже третий день. Они же на этой неделе должны были работать, а теперь вот нам приходится вторую неделю подряд ночами не спать, — пожаловалась она мне на свою участь.
— Ну ничего, потерпите, зато больше заработаете.
— Больше, чем Маринка, все равно не заработаешь, — с завистью произнесла Настя.
— Почему? — заинтересовалась я. — У нее что, разве зарплата больше?
— Да какая зарплата, — усмехнулась она. — Зарплата у нас у всех одна — пара сотен в месяц. Нет. Просто у нее один поклонник здесь был, каждый раз только и приходил, чтобы на нее посмотреть, а теперь третий день мается, места себе не находит, замучил нас всех — где Мариночка, где Мариночка… А мы откуда знаем, где она. Он ей иногда за вечер по триста, а то и по четыреста долларов давал — причем просто так, только за то, что смотрел на нее. Я подозреваю, что он больше просто уже ни на что не годится, поэтому и довольствовался созерцанием. Прикольный такой дедулька. Да разве она вам не рассказывала?