Вульф (ЛП)

Я буду продолжать жаждать этого, жаждать его. И осознание этого пугает меня до смерти. Мои влажные волосы прилипли к коже, и я сжимаю бедра, все еще отчаянно желая большего. Я хочу его всего.
— Босс, — раздается низкий голос за дверью дома.
Габриэль достает большой палец из моего рта с тихим чмокающим звуком.
— Мы привезли ее вещи, чтобы избавиться от них, и мы готовы, — говорит голос.
Избавиться? Они думают, что я умерла?
Габриэль засовывает свой все еще твердый член в боксеры и натягивает джинсы. У меня не так много опыта общения с мужчинами, но те немногие, с кем я встречалась, были совсем не похожи на него. У него самый красивый и ужасающий член, на который я когда-либо смотрела. Я никогда раньше не видела такого большого и с пирсингом. Честно говоря, я не знаю, как он вообще может поместиться внутри меня. Как это будет ощущаться? Будет ли больно? Узнаю ли я?
Его большая рука тянется вниз, чтобы помочь мне подняться. Я беру ее. Он молча поворачивается и смачивает полотенце теплой водой, а затем использует его, чтобы вытереть меня, удаляя все следы его спермы на моей коже.
— Одевайся! — приказывает он, его голос снова решительный и спокойный. Мои ноги гудят после того, как я стояла на коленях и бежала через лес.
Габриэль оглядывает меня, пока я стою перед ним обнаженная и жду. Я борюсь с желанием соединить руки перед собой.
— Одежда. Еще секунда, и мне придется выдержать битву, чтобы остаться здесь с тобой, прежде чем заниматься делами своего клуба.
Я киваю, внутри у меня все сжимается и одновременно разливается тепло.
Он протягивает мне мое грязное платье. Я натягиваю его через голову и сажусь на стул рядом с кроватью. Габриэль бросает на меня последний взгляд, словно хочет убедиться, что я полностью одета, а затем широко распахивает дверь.
По ту сторону двери стоит Джейк, он в крови с ног до головы. Кровь засохла на его рубашке. Я вижу это в тусклом свете. Он вымыл руки, но я все еще вижу брызги на шее и руках. Это суровое напоминание о том, что мужчина, которому я только что отсосала, сегодня ночью лишил жизни человека, и эти люди не задумываясь помогают ему замести следы.
Джейк смотрит на меня, потом снова на Габриэля. Его глаза спрашивают, почему я еще жива.
— Хочешь сделать это в другом месте? — спрашивает он.
— Где Робби и Кай? — спрашивает Габриэль.
Джейк снова смотрит на меня, я отвожу взгляд.
— Они… уже в лесу… — Джейк снова пялится. — Заняты.
Габриэль протягивает мне сумку.
— Ты можешь переодеться.
— Давай поговорим снаружи, — говорит он Джейку, поворачивается и закрывает за собой дверь.
Я иду в ванную. Как только я закрываю дверь, мои глаза наполняются слезами, но я слишком боюсь его, чтобы не слушать. Я просто двигаюсь, как робот, и делаю то, что мне говорят.
Я начинаю переодеваться в лосины и футболку, провожу щеткой по волосам и оставляю их распущенными, чтобы они высохли. Я ополаскиваю лицо холодной водой, и слышу тихие голоса Габриэля и Джейка, доносящиеся с крыльца, когда выключаю воду. Услышать их нелегко, но если сосредоточиться, то можно.
— Ты подготовил его? — спрашивает Габриэль. Я бы узнала его голос где угодно. За то короткое время, что мы знакомы, я уже привыкла к нему.
— Да, я отвезу его, — отвечает Джейк,
— Возьми кого-нибудь с собой, — приказывает Габриэль.
— Не-а, нет смысла, и тебе понадобятся все парни, чтобы уложить этого здорового ублюдка на шесть футов под землю. Земля — сплошная, мать ее, глина. Я справлюсь один, он все равно в отключке.
На глаза наворачиваются слезы. Они хоронят этого человека прямо сейчас. В голове мелькают образы, как его мозговое вещество разбрызгивается по стене позади него, и меня мгновенно тошнит. Я подхожу к унитазу и наклоняю голову, ожидая, что мой желудок в любую секунду опорожнится.
— Акс вернулся на вечеринку. Мы его отправили. Он не может отсутствовать на собственной свадьбе, — говорит Джейк.
— Хорошо, — говорит Габриэль. Я слышу веселье в его голосе, когда он добавляет: — Дай ему выходной.
  
— Мы похороним ублюдка. Увидимся здесь через два часа, да? — спрашивает Габриэль.
— Да, чувак, плюс-минус, в зависимости от ситуации. Я поеду по проселочным дорогам на фургоне, а ты позаботишься о ней? Помощь нужна? — спрашивает он.
Страх прокатывается по моему позвоночнику вместе с очередной волной тошноты, когда я понимаю, что он говорит обо мне.
— У меня все под контролем, — отвечает Габриэль.
Я слышу, как Джейк усмехается.
— Черт, это на тебя не похоже — позволять киске влиять на твои суждения. Она видела, как ты нажимал на курок, а она чопорная и правильная фея. Она пойдет прямо к копам.
— Хватит, — сердито рычит Габриэль. — Я сказал, что у меня все схвачено.
— Да, да, понял, брат. Просто сначала немного повеселишься? — Раздается его громкий смех, но я не слышу ответа Габриэля.
Меня сильно рвет. У меня была надежда выбраться с этого острова живой, но я слышу, что они все еще хотят меня убить. Они мне совсем не доверяют, думают, что я представляю угрозу.
Я спускаю воду в туалете и прислоняюсь к прохладной ванне. Она успокаивает меня.
В груди разгорается такой огонь, какого я никогда не чувствовала раньше.
Я не сдамся без боя. Я разберусь с этим.
Я встаю и чищу зубы, затем делаю глубокий вдох, когда слышу грохот фургона Джейка, или грузовика, или чего там еще.
Я вытираю слезы с лица и приглаживаю волосы, вздергивая подбородок, когда выхожу из ванной. Увидев меня в дверном проеме, Габриэль поднимает глаза, одновременно убирая довольно страшно выглядящий пистолет в кобуру на поясе. Он достает свой телефон и, не поднимая глаз, говорит мне.
— Оставайся здесь. Я скоро вернусь. Крис будет за дверью.
Я говорю монотонно. Я не должна спрашивать его, но мне нужно знать.
— Как у тебя получается отключаться? — Картина убийства проносится в моем сознании снова и снова. — Я не могу перестать видеть это, — вырывается у меня.
Я закрываю глаза, когда это происходит снова. То, как взрывается его затылок. Звук, который издает его тело, когда он падает на липкий пол. Это не как в кино. Его лицо словно взорвалось. Я открываю глаза.
— Я никогда этого не забуду, — говорю я, мои глаза расширяются от ужаса, а по щеке скатывается слеза.
Габриэль приближается ко мне двумя быстрыми шагами. Он притягивает мою голову к себе за волосы на затылке, а другой рукой вытирает слезы.
— Ты решаешь быть сильнее этого, — говорит он. — Люди живут и люди умирают. Пойми прямо сейчас, что он был пустой тратой воздуха, которым дышал. Никогда больше не вспоминай о нем и не смей проливать из-за него слезы. Просто принимаешь решение. Поняла?
Я дотягиваюсь до его руки в своих волосах и сжимаю ее так сильно, как только могу, в то время как мои глаза наполняются слезами.
— Это не так просто…
— Сильнее, — говорит Габриэль своим глубоким, спокойным тоном.
Он держит меня так крепко, что я не могу смотреть никуда, кроме как в его глаза, а все остальное мое тело скованно без всякой надежды освободиться. Я пытаюсь вырваться из руки, держащей меня за волосы, но он так сильно сжимает их. На его губах появляется садистская ухмылка.
— Если ты пытаешься снова возбудить меня, то это работает, — говорит он.
Мое дыхание учащается, и я зажмуриваю глаза. Он отпускает мои волосы.
Мой похититель. Я хочу причинить ему боль и насладиться им одновременно.
Дверь домика еще не успевает полностью закрыться, как я поднимаю вазу и швыряю ее в стену, расстроенная тем, в какой безвыходной ситуации я оказалась. Она разбивается вдребезги. Хорошо. Надеюсь, Габриэль порежется об осколки, когда вернется, — может, это тоже возбудит его.
Затылок все еще болит от того, как он держал меня за волосы, но я просто снимаю лосины, выключаю свет и забираюсь в кровать. Затем я даю волю слезам.
Глава 26