Калибр Личности 4 (СИ)

— Такое ведь в принципе невозможно⁈ — Каладрис с сомнением посмотрел на дрыхнущего гостя. — Довлатов… Зачарователь? После такого я уже не знаю, что, вообще, возможно, а что нет.
Поднявшись на ноги, Каладрис выбрался из фонтана и проверил спрятанный в кустах хронометр. Тот вышел из строя на отметке пятидесяти пяти лет.
Нахмурившись, Охотник ещё раз глянул на гостя, спящего на краю фонтана.
[Плохая шутка… Если действительно прошло полвека, то почему Довлатов внешне никак не изменился?]
Мысль о неудачной шутке не билась с лужей из эссенции Пустоты. Как не сходилась и с разросшимися деревьями в Зоне Отдыха. Истлевшая одежда, частично прокисшее вино в леднике и даже разрядившиеся накопители в артефактах — всё указывало на то, что Каладрис провёл в медитации намно-о-о-го больше лет, чем думал.
[Но он не постарел,] – Каладрис снова глянул на гостя, спящего в фонтане. — [Максимум пару лет накинул.]
Мысль о том, что это «не тот Довлатов», Охотник отбросил сразу. Вряд ли найдётся в мире второй целитель с заоблачным родством с силой жизни, способный вмешиваться в чужие сны.
Прошли сутки, а Довлатов всё никак не просыпался. Еды в «доме» не осталось, так что Охотник без зазрений совести влез в кольцо-хранилище дорогого гостя.
Прошло два дня…
Три дня…
Пять дней…
Каладрис начал терять терпение, когда прошла неделя. Но вот со стороны фонтана донеслось чьё-то сладкое зевание. Довлатов, наконец, очнулся.
…
Зона отдыха, Корректор
Михаил Довлатов
С трудом разлепив веки, я от души зевнул и потянулся.
[Ну чё, словил откат?] — ворчал в голове дух-страж. — [Повезло, что ты вообще смог влезть в голову ишвар [9]… Пусть его ранг и снизился до архимага [8]. И второй раз повезло, когда во сне возникло состояние нестабильности. Только поэтому ты и смог вмешаться.]
[И тебе доброе утро,] — я снова зевнул, не вставая с места. — [Сколько… Я проспал в этот раз из-за отката?]
[Неделю,] — буркнул голос в голове.
Но тут вдруг над самым ухом раздался недовольный рык.
— Неделю! Ты дрых неделю.
Недовольно морщась, поворачиваюсь к Каладрису.
— Вы, как обычно, сама гостеприимность, мистер главный Охотник. Как насчёт того, чтобы сказать: «Спасибо, Довлатов, что с того света меня вытащил!»
— Спасибо, — произнёс Охотник тем тоном, каким обычно проклинают. — Какого дьявола твоя аура изменилась?
— Я умер, — пожимаю плечами и сразу перехожу на ты. Всё-таки мы с Охотником не первый день знакомы. — Переродился в другом мире, похожем на мир Земли. Потом ВДРУГ соскучился по твоему сарказму и решил в гости заглянуть. Ты в курсе, что с Исхода человечества прошло уже семьдесят пять лет?
Охотник глянул на моё правое запястье, но не увидел меток Первопроходца.
— Метки спрятаны под кожей, — намекнул я, зевая в третий раз. — Ням-ням… Как и у тебя. Сказал бы мне кто-то, что я встречу на Земле покорителя девяносто пятого этажа Стены, ни за что бы не поверил.
Не став ничего скрывать, я убрал со своего запястья верхний слой кожи. Охотник внимательным взглядом прошёлся по скрытым там меткам Первопроходца.
— Целитель высшей категории, вирусолог… хм, — Каладрис кисло улыбнулся. — С твоей невероятной изворотливостью я удивлён, что медалей от хранителей так мало.
— Эй-эй! А вот сейчас обидно было, — я шутливо отдёрнул руку. — Меньше чем за пять пройденных этажей у меня уже три медали. Много ты, вообще, таких успешных Первопроходцев знаешь?
Посерьёзнев, Каладрис поднял голову и огляделся.
— Меньше пяти этажей… Значит, Стена приписала мир Земли к пятому этажу?
— Ага.
— И ты попал сюда через задание от Хранителя, — взгляд Охотника стал цепкий. — Внизу… В смысле на территории водного мира сейчас идёт большая бойня?
— И снова да.
Несколько удивляло, что Каладрис не стал задавать вопросов о перерождении. Видимо, за долгую жизнь он и не такое видел.
— Вовремя ты меня разбудил, — Охотник хрустнул, разминая шею.– Скорее всего, Ткач… В смысле Хозяин Цифр шлёт им всем свои координаты. Это плохо… До тех пор, пока местный полубог-хранитель не поставит алтари, сюда могут соваться какие-нибудь авантюристы.
  
Оглядев зону отдыха, Охотник добавил чуть тише:
— Когда церковь местного хранителя заработает в полную силу, Корректор и Летающие Острова переместятся в новый дикий мир… Ещё лет на сто-двести Ткача получится укрывать от разумных.
— Па-да-жди, — произнёс я, выбираясь из фонтана. — Я, вообще-то, пришёл к тебе по делу.
Следующий час ушёл на пересказ Охотнику событий, случившихся после Исхода человечества из мира Земли.
— Ловушка времени, — задумавшись, Каладрис коротко кивнул. — Вам сильно повезло, что Аталанта вообще смогла заблокировать эту атаку. Хронос стёр далеко не одну цивилизацию со страниц истории. Так как ты выжил?
— В смысле, выжил? — с недоумением смотрю на Охотника. — Я же сказал, что умер. Меня Аполлон, этот чёртов архимаг-киллер со способностью к предсказанию, подловил недалеко от берегов Испании. Время уже начало замедляться… В общем, я находился на грани смерти и обратился к Великим Сущностям, которые меня благословили. Так и смог переродиться… В общем, я хотел попросить тебя помочь в войне Земли с Олимпом.
Усмехнувшись, Охотник покачал головой.
— Я искренне… ценю Аталанту, — в глазах Каладриса промелькнула грусть. — Но у меня есть долг перед Леди.
Качнув головой, Охотник намекнул на тюрьму-куб Хозяина Цифр. Точнее, Ткача Судеб, как его называл орден Колохари.
— Довлатов… Думаю, пора сказать: «Поздравляю со знакомством с большим миром», — Каладрис усмехнулся. — Думаю, теперь ты понимаешь, насколько мало моё реальное влияние на судьбу Земли. Мой долг, охрана узла Ткача Судеб. Ещё до Исхода я и так через Ассоциацию Охотников и Центр Телепортации довёл землян до максимального усиления.
У меня только в этот момент в голове начали складываться даты. Выходит, с покидания мира Здравницы минуло уже двенадцать дней из максимума в четырнадцать.
— Во-первых, — достаю из личного хранилища Эликсир Духа и аккуратно протягиваю его Охотнику, — держи двумя руками. Это лекарство способно…
Не дослушав, Каладрис вдруг откупорил пузырёк и выпил Эликсир залпом.
— … способно поменять пол владельца, — продолжил я, не моргнув глазом. — Его сделал сам бог-целитель Асклепий. Ты ведь слышал о Здравнице с четвертого этажа?
— Довлатов, — Каладрис усмехнулся, отбрасывая пустой флакон. — Я адепт Пустоты. Вкус, кстати, так себе. На меня почти не действуют никакие яды и эликсиры…
Охотник вдруг поменялся в лице, кожа побледнела.
— Что такое? — участливо поинтересовался я. — Чувствуешь какие-то изменения в теле? Давай, мужик… Дыши маткой…
— Довлатов! — заорал Каладрис. Рука Охотника потянулась к верному мечу. — Что ты мне подсунул? Я чувствую, как… Во мне что-то меняется.
Делаю вдох-выдох. Машу руками, показывая Каладрису, чтобы тот повторил. Вдох-выдох.
— Вот так, молодец, — говорю доверительным тоном. — А теперь начинай дышать маткой.
— ДОВЛАТОВ! — Охотник вытащил рапиру из ножен. — ЧТО. ТЫ. МНЕ. ПОДСУНУЛ?
— Эликсир Духа, — произнёс я, продолжая улыбаться. — Лекарство, способное вылечить травму духа даже у ишвар [9]. Ради его получения… И только из-за тебя… Я четыре месяца набивался на приём к Асклепию.
Не выпуская меч из рук, Каладрис прикрыл глаза.
— Оно… Оно действительно работает, — произнёс Охотник крайне удивлённо. — Я снова чувствую связь с десятым слоем в духовном теле.
— Фух! — я аж сам сглотнул от напряжения. — Слава богу. С первым пунктом закончили. Если согласишься помочь Земле, я передам тебе Исток Пустоты… У меня как раз есть один свободный.
Каладрис захохотал.
— Смешно. В Эликсир от Асклепия я ещё готов поверить. Но вот в Исток Пустоты? — Охотник покачал головой. — Ты хоть понимаешь, о чём речь, Довлатов?