Печать Демона. Мстительница

– Решили порадовать свою девушку? – задорно поинтересовался парень, протягивая ему алую розу.
– Конечно, – без заминки ответил Майкл, меняя купюру на цветок.
А я вся зарделась, словно обычная девчонка.
– Держи, – он с чарующей улыбкой на губах подарил мне розу.
– Спасибо, – голос снова хрипел, только теперь от обуревающего меня волнения.
Лилит же счастливо мурлыкала, но хоть не подкидывала мне особенно стыдные фантазии.
– Может, в кафе? – предложил он.
Глаза Майкла горели, взгляд то и дело скользил по моим губам. Его желание ощущалось почти физически. Но нельзя поддаваться эмоциям, нужно рассказать правду, дать ему время свыкнуться с ней и принять решение. Сейчас я для него воскресшая подруга, но он должен понять, что смерти не было, зато была целая жизнь другой девушки по имени Клио.
– Давай, у меня нет других планов, – вдохнув тонкий аромат бутона, я грустно улыбнулась.
Сомневаюсь, что в меня влезет даже любимый кофе. Особенности Земли влияют на тело, оно будто впадает в стазис из-за огромного количества энергии в резерве. Скоро я перестану есть и спать. Конечно, можно опустошить резерв, жить с полупустым, как во времена учёбы в академии, но у меня слишком много врагов, чтобы сознательно ослаблять себя.
– Только не здесь, – карие глаза наполнились почти забытым мной металлом. – Нужно сбросить хвост.
За нами следили, даже не знаю, как нашли, но мы заметили горе-шпионов сразу.
– И это тоже, – я всё ещё пыталась улыбаться.
Опасности давно стали частью моей жизни.
Майкл открыл нам портал. Мы попали в знакомое кафе, куда он меня водил, когда ещё встречался с Анни. Тогда я его ревновала, с тех пор ничего не изменилось, меня злило присутствие в его жизни других девушек, пусть они и остались в прошлом.
Мы разместились за дальним столиком, сделали заказ. И наступила пора откровенных разговоров. Я поведала ему о том, о чём умалчивала при друзьях: о жизни Кри, проблемах с Азазэлем, столкновениях с Уриэлем, воздействии атайи Кассиэля.
– Она ещё действует? – Майкл не скрывал своей злости на действия моего бывшего мужа.
А я не могла ненавидеть Кассиэля, но стремление к нему истаяло с разрывом ментальной цепочки.
– Нет, – не в состоянии смотреть в его глаза я отвела взгляд. – Нужно было разрушить последовательность воздействия. Но я не знала, что в неё вбито. Уверена была только в том, что мне запрещены измены.
– У тебя кто-то был? – догадался он.
Я гулко вздохнула и принялась за новый рассказ. То торопилась, то, наоборот, вдавалась в ненужные детали, и смотрела куда угодно, только не на Майкла. К счастью, принесли заказанный мной кофе, и можно было уткнуться взглядом в молочную пенку с коричным сердечком.
– Натали? – он коснулся моего запястья. – Посмотри на меня.
Казалось, легче пережить несколько битв со спайком, чем сделать над собой усилие и вновь заглянуть в его глаза. Я так мечтала о встрече с ним. И до жути боялась напороться на холод в глубине столь дорогих мне карих глаз. Но глупо бежать от правды, лучше сразу познать её горький вкус и не обманываться.
– Нат, – снова позвал он, и я вскинулась, присматриваясь к его лицу. Он больше не улыбался, но и не было в нём неодобрения, только тоска и мягкость. – Ты любишь… – он замялся, словно не в состоянии подобрать правильные слова.
– Что?
– Сейчас ты влюблена? Твоё сердце занято? – он волновался, я это видела и чувствовала всеми фибрами души.
«Занято, тобой», – мелькнуло в мыслях, но я лишь покачала головой, коротко бросив:
– Не влюблена.
Он кивнул, словно принимая к сведению, и мне показалось, мой ответ принёс ему облегчение.
– А ты, – я решила в привычной нам манере перевести разговор в шутку, – успел влюбиться, пока меня не было?
– Времени не хватило, – усмехнулся он, но в голосе слышалась мрачность. – У меня были проблемы с резервом.
– С резервом?
– Я стал слишком крут для своего человеческого тела, – на его губах расплылась широченная улыбка, но его ответ лишь встревожил.
– Что это значит, Майк?
 
– Как бы объяснить? – он закатал рукав худи, и я громко вздохнула от неожиданности.
Вдоль руки по внешней стороне шла тёмная татуировка, скрываясь под одеждой. Просто ровная линия, от которой будто сами собой начинали формироваться полупрозрачные ответвления.
– Ты решил забить рукава?
– Резерв слишком большой. Возникла необходимость в концентре, иначе пришлось бы ставить на себя ограничители.
– Понятно, – медленно кивнула я.
Майкл развивал свой резерв экспериментальным способом: опустошал и пополнял энергией жнеца. Это изменило его, сделало сильнее, но его тело оставалось человеческим, что накладывало свои ограничения. Печатникам помогает избежать этих проблем концентрирование энергии через печать и силовые линии. Выходит, Майк, зная об этой нашей особенности, создал альтернативу.
– И это работает?
– Как ни удивительно, – пожал он плечами.
– И много… – я потянулась к нему через стол и коснулась тёмной линии.
– Прилично, – хохотнул он. – Хочешь взглянуть?
Вообще не отказалась бы, уж очень любопытно. Но насколько уместно предлагать ему раздеться?
– Тогда допивай кофе, есть ещё одно наше место, которое нужно посетить.
– Это какое? – заинтересовалась я, тут же припав губами к чашке.
– Наш пляж, – карие глаза Майкла вспыхнули, завораживая своей яркостью.
Я же чуть не подавилась. Пляж предполагал почти полное отсутствие одежды, там можно рассмотреть его татуировки во всей красе, и не только их. Но насколько это правильно?
Принимать решение ему, Натали, – наставительно заявила Лилит. 
Она права. Майкл знает правду, дальше дело за ним. Вряд ли он будет долго мучить меня молчанием и скоро сам выставит границы. Остаётся только ждать.
Мы покинули кафе. Майкл отправился к себе, чтобы собраться, а я вернулась в свою крепость. И сразу рванула в ванную в желании привести себя в порядок перед походом на пляж. Через полчаса друг вернулся. Теперь он переоделся в шорты и футболку, открывающую протянувшиеся вдоль его рук и ног татуировки.
– Тебя заставили побриться? – расхохоталась я.
– А как ты думала забивают татуировки? – Майкл наградил меня лёгким подзатыльником за смех.
Пошли шуточки про женские трудности и красоту его ног. Мы переместились сначала в коридор административного здания академии, а потом Майкл открыл портал на наш пляж. Лица коснулся насыщенный солью ветер, воспоминания защекотал шелест волн. Сюда он меня привёл, когда я только пришла в себя после смерти Джошуа. Здесь я осознала, что вижу в лучшем друге мужчину. А теперь мы пришли в это знаковое место в непонятном статусе. Больше не лучшие друзья и не пара. Нам только предстояло определиться.
– Давай, показывай, где ещё тебя заставили бриться, – подбодрила я друга, когда он постелил под тенью пальм покрывало.
– Смотри, тут рядом вода, можно и утонуть, – беззлобно пригрозил он, в одно движение снимая с себя футболку.
Мне открылся вид на его безупречный торс. Во рту как-то резко пересохло, да и все шуточки вылетели из головы.
Очнись, – пропела язвительно Лилит. 
К счастью, Майкл не стал делать акцент на моей заминке, а просто развернулся, позволяя мне рассмотреть украсившие его спину татуировки. Раньше я бы спокойно подошла, коснулась их пальцами, проверила, как по ним циркулирует энергия. Но сейчас я боялась к нему приблизиться, опасалась за своё самообладание. Как оказалось, суккуб спал только в Эдеме. При виде полуобнажённого привлекательного мужчины он вдруг восстал из мертвых и попытался распылить флёр.
– Нужно было лучше поработать над дизайном? – пауза затянулась, Майкл взглянул на меня из-за плеча в ожидании ответа.
Каштановые волосы трепал ветер, в них путались солнечные лучи. Глаза казались теперь янтарными, глубокими, влекущими.
– Стильно, – я тоже постаралась улыбнуться, беспечно и задорно. – Тебе и раньше не рекомендовалось снимать одежду, а теперь тем более, устроишь сотни сердечных приступов у встреченных девушек.