Рецепты Апиция - I (СИ)
- Умный мальчик. Помнят. Как ты сказал про меня? Жидко сёрут? А что про тебя думают, догадаешься?
- Устранить, пока не подрос?
- Почти. Я кое-какие меры предпринял. Распустил слухи по Риму. Теперь о тебе знает и плебс, и последний раб. Знаешь, как тебя зовут? Маркус Габий Апиций, Даритель Сфер, ха-ха.
- Обобрали ребёнка, и смеются, - я притворно обиделся.
- В общем, тронуть тебя напрямую они теперь не посмеют. Народ Рима теперь тебя любит. А с любовью народа никто шутить не станет.
- Так это же хорошо, да?
- Ну, как тебе сказать... Ты теперь тоже заложник этой любви. Отвернётся от тебя молва, и ты станешь уязвимым. Так что тебе теперь придётся подтверждать свою доблесть подвигами. Понимаешь?
Я понимал. Что такое любовь народа Рима я знал из истории прошлой жизни. Даже самые безумные императоры с этим не шутили. Именно поддержка народа (и легионов) делала их диктаторами и тиранами.
В настоящей истории, которая не сильно отличается от этой, как было: постоянный приток рабов, как сказали бы в будущем, лишил рабочих мест множество граждан. Примерно как мы боимся, что нас заменят роботы и нейросети. Фактически то, о чём мечтали коммунисты: вкалывают роботы, а человек может заниматься творчеством.
Видимо, теоретики тех времён плоховато знали историю Древнего Рима. Если освободившиеся от трудов граждане Рима и занимались творчеством, то только таким, как я вам рассказывал, упоминая граффити на стенах городов.
Еду им раздают просто так, и, периодически, после очередной победы над соседями, «сбрасывали денег с вертолёта». А ещё скачки, гладиаторские игры, публичные казни - всё, чтобы плебс был доволен и не бунтовал.
«Хлеба и зрелищ», panem et circenses, - Ювенал, поэт-сатирик, сказал это как раз про те времена. То есть про наши. Он, вроде, жив ещё. Точно не знаю. Если что, не ссылайтесь на меня, я из другого мира вещаю.
И вот меня втянули в эту круговерть. Правда роль пока не понятна: как гладиатора, развлекающего толпу, или как полководца, борющегося с пришельцами из божественного мира?
- Ну, а ты чего такой злой? Это мне надо на тебя сердиться за такую подставу, - после довольно долгого молчания я наконец нарушил тишину.
- А то, что наша ферма завязана на тебя. На твою славу. Иначе быть не могло. Ты же добыл этих щенков, - Игнифер хлебнул вина из кубка.
- Ясно. Падёт моя репутация, потянет и вас за собой? - это конечно только половина причины его плохого настроения. Основная причина в том, что я ребёнок. Можно ли доверять такое дело сопляку? Но выбора у него не было, похоже.
- Скорее всего, - вздохнул Игнифер. - Хорошо, что у императора пять сфер. Шестая ему не нужна.
- Хорошо ещё, что я не могу быть ему конкурентом, а то бы он за меня лично взялся.
- Почему не можешь? - удивление прозвучало вполне искренне.
- Так у меня же мать рабыня, - он что забыл? Какой из меня император с такой родословной? Мне сенатором-то не стать.
- Ха! Веспасиан - внук крестьянина и сын всадника. Рабов, конечно в его ближайшей родословной нет, но тоже не аристократия, знаешь ли. Да и вообще, кто разберёт эту любовь толпы? Кто им завтра понравится? Может, уже купленные люди распространяют против тебя слухи, что ты этих чудовищ призвал, и тебя за это надо распять?
Я побледнел, а префект расхохотался:
- Мы в одной лодке, Маркус. Так что мои люди следят за обстановкой, управляют слухами.
- Спасибо.
- Отблагодари лучше деянием. Упрости им работу. Соверши что-нибудь полезное.
- Ты о чём? - я напрягся. Опять чудовищ покорять хочет отправить?
- Через два дня придёт твой десяток. Примус отпустил тех парней, с которыми вы Суку Анубиса ловили. Для общего дела не поскупился, а с ними у тебя уже контакт налажен. Сходишь с ними на очередную миссию по усмирению разбойников.
- Да сколько же у вас их тут?! - застонал я.
- Эти - единственные. Я ж тогда думал, что именно из-за них люди пропадают. А они объявились в совсем другой стороне, ещё южнее.
- А десятка хватит? Их сколько?
- Немного. Сотня или полторы. Точно неизвестно, сколько дезертиров в стаю сбилось, а сколько разбрелось.
- Сотня?! Да ты охренел? Один к дюжине! - я заорал, возмущённо, но тут же прикусил язык. Не на того тявкаю.
- Ты не наглей, сопля. Тебе надо подвиг совершить. А какое геройство без превозмогания? - на удивление, Игнифера моя непочтительность не зацепила.
- Ладно. Понял. Извести меня хочешь, - я надул губу совсем как настоящий мальчишка.
- Ты подумай, что тебе надо, и скажешь мне завтра.
- Говоришь, они дезертиры?
- Да. Из Десятого легиона.
- Подонки?
- Ещё какие! - Анний Тулий скрипнул зубами.
- Тогда, мне нужны два раба, каких не жалко. Повозка, ослик - этих верну. И десяток амфор с дрянным вином. И сонное зелье.
- Понял. Молодец. Уверен, что сработает против такой швали! Ха-ха! Только ты мало попросил. Тебе ещё несколько возов понадобится, трофеи вывозить. И живыми возьмите побольше. Толпе понравится, если их на арене прирежем. Можно даже в Рим послать десяток-другой.
- Надеюсь, нам с ребятами что-то перепадёт? - о местных развлечениях я слушать не хотел, перевёл разговор на то, что меня действительно интересовало. Как-никак у меня только скромное учительское жалование осталось.
- Обижаешь. Любимцу толпы и не дать долю? - настроение Игнифера, как всегда нестабильное, теперь заметно улучшилось.
***
Казалось бы, план надёжный как швейцарские часы, что может пойти не так?
А вот что: дезертиров оказалось больше двух сотен!
Повозку с отравленным вином, управляемую рабом, мы пустили вперёд. Второго Игнифер зажопил, сказал, мол, одного хватит. Мужичку, уже довольно старенькому, была обещана свобода, если выживет. Он только рукой махнул: «Лучше сдохнуть».
Вообще, я могу его понять: если всю жизнь провёл в рабстве, то вряд ли сможешь жить свободной жизнью. Это как всякие тигры и медведи, которых выпускают экоактивисты из зоопарков и лабораторий. А ещё хлеще - курицы какие-нибудь. Не готовы они к жизни в дикой природе. Какова бы ни была их жизнь, они к ней привыкли. Не могут они пищу добывать, после того как каждый день в одно и то же время получали пайку за просто так.
Убили дезертиры этого мужичка. Без разговоров, просто всадили меч под рёбра, и сбросили тело с повозки, а сами проверили содержимое амфор: вдруг масло или моча?
Вину, даже дрянному, обрадовались.
Через три часа вернулись наши разведчики с плохими новостями.
Во-первых, вино сработало, но лишь частично из-за того, что в крепости народу больше, чем мы рассчитывали, а они его делили меж собой, потому только самые слабые да уже пьяные заснули.
Ой, я, кажется, сразу и «во-вторых» упомянул - у них там настоящая крепость! Окопались в лучших римских традициях. Знаете ведь, что многие европейские города когда-то были военными лагерями римлян? Они куда не пойдут, всюду несли цивилизацию, как Советский Союз когда-то. Если есть дорога - значит, римляне постарались. Если есть крупное поселение - опять же их работа. Вокруг лагеря быстро торговля налаживалась. Бордели, бани, рынок... А там, глядишь, и ипподромы, они же цирки. Вопреки всеобщему заблуждению будущего, всё-таки гонки на колесницах в эту эпоху любят больше, чем гладиаторские бои. Просто рассказы о них не такие интересные. Чего удивительного в обычном спорте, который дожил до наших дней? Только это не совсем так - тут подрезают и толкаются - только в путь. Весьма травмоопасное развлечение.
Отвлёкся я на ерунду какую-то. Вернёмся к нашим баранам, то есть к подонкам. Не превратится их разбойничье укрепление в город. Мы не позволим.
А вот на что стоило бы отвлечься, так это на мастерство разведчиков. Знаете, как они сведения добыли? Да просто в наглую! Одеты были так же, как и дезертиры, так что просто взяли и пошли прямым ходом, приветствуя встречных. И в лагерь вошли: охрана уже подвыпила. Не зря же эти уроды дезертировали: не знают, что такое дисциплина со всеми вытекающими последствиями в виде крови, пота и слёз-соплей.