Рецепты Апиция - I (СИ)
Люди это видят и относятся по-разному. Могут пошутить неуместно, проигнорировать приказ и прочие мелкие «шалости». Не скажу, что все такие, всего трое или четверо, видимо, затаившие обиду на что-то или на кого-то. Не знаю, не выяснял. Мне было проще с ними не общаться.
Но вот сейчас, когда мы выйдем в поход - такого быть просто не должно. Теперь это вопрос жизни и смерти.
- Это Анна. По документам Примия Габия Ханна, вольноотпущенница Примуса Габия Феликса. Ясно? - вообще-то я и сам не знал о такой традиции поименования ещё полчаса назад. Вольноотпущенников раньше не встречал, или никто их не именовал по полному имени.
Обычно освобождённый раб принимает имя бывшего хозяина, а старое «имя» становится когноменом. Ещё был вариант Габия Ханна (Hanna - на иудейский манер) - это тоже традиционно, но мне не хотелось такого варианта: в поместье есть уже две Габии, дочки Примуса.
- Чего уж тут не понятного... Одарённая, - проворчал один солдат.
- Этому - два удара плетью. - Децим Фавн! Исполнять!
Новоназначенный растерялся, потом кинулся было за плетью. Пришлось заорать:
- Ты охренел? Ты теперь десятник! Прикажи любому из оставшихся! Я вас, скотов, приучу к дисциплине! - зло зашипел я.
А мужики-то испугались! Нет, не меня, конечно. У меня за спиной Анна стоит. По взглядам вижу, что её боятся больше. Или только её. А меня только как самодура, получившего силу и власть.
- Так. Тот любитель жоп ослов прощён. И это не милосердие... Я понял свою ошибку, - сказал я в полной тишине, стараясь говорить грустно. - Если вас пороть, то всех.
Мужики напряглись. Кто-то сглотнул так, что было слышно всем.
- Нет. Не будем. Десятник. Строй в линию своё стадо, - я сказал спокойно, а вот Децим каааак заорёт:
- Venite! Ad unum, exi!
Хм... А приказ-то выполнили чётко. И встали ровненько. Привычка видна. Единственная заминка была с местом в строю Децима. Сначала там брешь образовалась, но быстро сдвинулись.
- Я доволен. Молодцы. Теперь вижу, что не сброд, - начал я речь. - Парни, кто из вас хочет сдохнуть? Или лишиться яиц, как ваш бывший командир? - сделал театральную паузу, попытался поймать хоть чей-нибудь взгляд, но все смотрели поверх моей невысокой макушки. - Вижу, что никто. Нам всем ещё жить и жить.
Я посмотрел на гвардейцев, одетых во что попало. Заявились мы к ним без предупреждения, они борьбой занимались в это время. Так-то их больше, но я специально уточнил у отца, когда будет "мой" десяток в казармах. Остальные сейчас кто где. Служат.
- Расскажу, что знаю о том, куда идём. Чтобы вы не слухами пользовались. Нас будет три десятка. Кроме нас ещё один от префекта и один от какого-то семейства из Помпей. Точно не знаю.
Тремя десятками нам нужно будет расправиться с проблемкой: обозы пропадают время от времени по пути к нам и от нас. Чёткого места нет, есть только район. Догадываетесь?
- Немейский Лес? - предложил кто-то из строя.
- Он самый. Неудобное место для строевого боя. Места для засады - каждый куст.
Солдаты с восторгом посмотрели на Анну. Понимаю их мысль: она видит ауру, и от неё в кустах не скрыться.
- Командовать нами будет тоже одарённый, человек Анния Тулия. Официально вы все подчиняетесь ему. Права командовать у меня нет, но отец делегировал мне право вето: я могу от его имени отменить приказ нашего командира, если он будет... хм...
- Тупым? - подсказал кто-то со смешком.
- Значит, решили, что если не могу командовать официально, то можно дисциплину нарушать? - я попытался говорить сурово, насколько это возможно, учитывая, что я ребёнок. - Опасным! Даже тупой приказ мы обязаны выполнять. Есть те, кто в этом сомневается?
Естественно, бойцы смотрели не на меня, а на Анну и косились на крышу казармы - пример, что бывает за нарушение дисциплины всё ещё там. Даже не знаю, как он слезать будет. Ноги-то ему не свести вместе.
- Выходим через два часа. К вечеру должны быть у Оплонтиса. Там встанем лагерем и следующим днём должны быть в Помпеях. Где городские казармы знаешь? - обратился я к десятнику.
Расстояние от Геркуланума до Оплонтиса - это дюжина километров на юг по прямой, и до Помпей ещё треть от этого. Вроде, по меркам будущего - рядом, но учитывайте, что пешком придётся топать и тащить всё имущество на себе. Эти-то привычные, и больше прошагают. Я по себе маршрут спланировал, с передышкой по середине. На всякий случай. Я же вообще так далеко от виллы ещё ни разу не отходил! Впрочем, как и половина её обитателей.
Децим Фавн кивнул:
- Разберёмся.
- С момента прибытия задача нас кормить будет на помпейском магистрате, но сами понимаете... - воины посмурнели. - Вот ещё что. Выберите ещё одного в десяток. Формальности я улажу.
На самом деле это и так не был «десяток» в смысле математическом - их было девять до моего прихода. Но подумалось, что чем больше, тем лучше. Да и сотня, она же центурия, - не из ста человек состоит. Насколько я знал, это не какая-то локальная история, потом точно так же будет в будущем, в средневековье. Некомплект - это бич армии. Люди мрут на войне, такова её природа. А в этом времени санитарные потери ох, какие немаленькие.
- Разрешите доложить? - гаркнул Децим Фавн вытягиваясь в струнку. Конечно, не так он сказал, но похоже. Это я вам на понятный перевожу. Там было что-то больше похожее на «не гневайся, дозволь слово молвить».
- Говори.
- Уже лет сто как контуберия (exp.: десяток = contubernium, дословно - "живущие в одной палатке") состоит из восьми человек. Деканом главного кличут больше по старой памяти.
- То есть новенького натаскивали? Кого?
- Меня, - смутился Децим Фавн.
- Оттт эттт я даллл! Назначил новичка командовать ветеранами, - сказал я вслух, а у солдат сначала пробился смешок, который превратился во всеобщий гогот, когда заметили, что я не отреагировал на это.
Да я и сам понимал глупость ситуации.
- Отставить смех, - постарался гаркнуть я голосом, который ещё даже не начал ломаться.
Подождал, когда исполнят, сразу ржание не унять.
- Ничего не меняем. Может это и к лучшему, а то вон ваш бывалый как вас распустил. Узнаю о неподчинении - лишитесь яиц. Ясно?
Некоторые мужчины кивнули.
- Не слышу!
- Яс-но! - гаркнула «банда». Они и в самом деле в тренировочной одежде выглядели как разбойники.
Не знаю, так ли тут положено отвечать по уставу, но сказали отрепетировано. Может и нет никаких уставов? Что-то я не слыхал ничего про это ни в той жизни, ни в этой. Потом десятника спрошу тихонько.
- Всем: разойдись (exp.: signum demittite). Декан, ко мне.
Децим подбежал и поклонился - без лорики, в тренировочной хламиде, он выбрал такое приветствие. Я не спешил начинать с ним разговор, посматривал на расходящихся солдат. Уверен, что они всякого повидали, не особо их и пробрали мои угрозы.
- Справишься? - спросил я, когда убедился, что настроение в отряде приподнятое.
- Разрешите доложить? - начал децим Фавн, но я вскинул руку:
- Вне строя можешь говорить со мной свободно.
- Думаю, помогут. Десяток - это как семья. А декан - глава. В семье всякое бывает: и спорят, и имущество делят. Но когда что-то серьёзное, все встают друг за друга.
- У тебя семья большая? - я догадался, откуда такая аналогия.
- Большая. Два брата и три сестры. А ещё семьи братьев отца рядом живут...
Я задумался, прежде чем принять понятную новому десятнику ролевую модель, а потом выдал, на его языке:
- Только помни, что ты для них теперь не брат, а как отец. А я как старый дряхлый дед, который сам уже ничего не может, но к нему обязаны проявлять уважение. Понял?
- Трудно будет. Я хотел стать им страшим братом.
- Если только злым старшим братом, - ухмыльнулся я. - Сам запомни и им расскажи: мне нужна в первую очередь дисциплина. Уяснил?
Десятник вытянулся по струнке и уже, видимо, хотел гаркнуть своё громогласное «Яс-но!», но я вскинул руку, остановив его. Мне барабанные перепонки ещё пригодятся.