Беременность напрокат (СИ)

Очередной миг, все окончательно поплыло. Я едва успел коснуться губами ее губ и неожиданно оказался на полу, на коленях перед ней, обнимая животик.
Сынишка толкался во все стороны. Оля придерживала живот одной рукой, я поцеловал ее пальцы, содрогаясь всей душой от мысли и осознания, как сильно люблю…
— Как? — прошептала со слезами.
— Безумно сильно люблю.
— Как ты узнал… Как?! — заплакала. — Я не хотела говорить…
— Жестокая. Будь со мной. Прошу. Будь со мной!
Я переплел наши пальцы. Целуя…
— Люблю тебя. Прости…
За моей спиной кто-то шумно высморкался.
— А говорят, сейчас в любви признаваться не умеют… — всхлипнул дедушка Оли. — Умеют. Аж на слезу пробило! Леля… Не мучь парня. Говори «ДА!» Этого берем. У него лысины нет.
— Деда! Какая лысина? О чем ты?!
— У внука Алины Аркадьевны все хорошо, но лысина… Успеешь ты еще на лысого в старости налюбоваться, а пока молодая, да красивая, надо жизнь… жить и любить. Жить и любить, Леля. Больше ничего.
И она робко кивнула мне.
— Да.
Глава 45
Глава 45
Оля
Спустя время, после рождения сына
«Счастливые отношения — это не данность, а тоже очень большая работа» 
После непростых родов прошло почти два с половиной месяца.
Сережка родился крупным, последние дни я уже думала, что ходить не смогу, так хотелось, чтобы живот можно было уложить в небольшую тележку и возить впереди себя. Здоровячок ростом пятьдесят пять сантиметров, весом в пять килограмм сто грамм. Родители Юджина говорили, что Сергей переплюнул папу на целых сто грамм…
Первое время было непросто. Не знаю, как бы я справилась без помощи. Только родив, я поняла, как была самонадеянна ранее, считая, что смогу со всем справиться в одиночку. Сейчас мне помогали нянчиться с сынишкой родители Юджина или мой дедушка за ним присматривал, в доме убирали, но все равно мне иногда казалось, что я ничего не успеваю.
Первые сложности остались позади, семейный уклад жизни изменился. У меня появилось время вернуться к легким тренировкам и растяжкам.
Сегодня у нас с сыном немного сбился режим, и тренировку пришлось провести дома, под пристальным и довольным взглядом Юджина, который словно озабоченный подросток, отпускал советы в стиле «прогнись еще немного», «попку повыше».
Конечно, его можно понять: вынужденный запрет на близость дался этому мужчине непросто. В особенности, если учесть, что последние месяцы перед родами Юджин и я себе в близости не отказывали, а когда перед родами врач посоветовал расслабить шейку матки, то ох… тогда трусы на мне дольше пяти минут не задерживались!
Сейчас вроде бы снова хотелось секса, и врач сказал, что можно.
Пора бы порадовать Юджина или помучить его еще немного?
Но выдержу ли я сама так долго быть без близости?!
Не уверена…
Мне уже очень-очень подробно снилось, как мы занимаемся сексом — много, долго!
Пока я умывалась в душе, сынишка проснулся и начал нетерпеливо покрикивать.
— Я подойду! — отозвался Юджин и склонился над покрикивающим сыном, начал переодевать его. — Вот это вы навалили, Сергей Евгеньевич! От души… И куда в вас столько влезает!
Я задержалась на пороге комнаты, наблюдая, как любимый возился с нашим сыном, обожала наблюдать за тем, как менялась мимика всегда сдержанного Юджина, как он улыбался, дурачился…
— Держи, теперь он твой! — передал переодетого сынишку мне и сел в кресло.
— Юджин, выйди.
— Нет, начинай, — сверкнул глазами, погасив свет.
Он обожал наблюдать, как я кормила сына грудью…
И не только это. Мой обожаемый и озабоченный Юджин сам любил играть с моей грудью, но по-взрослому. И сейчас я с трудом покормила, уложила спать сынишку, трепеща от предвкушения.
Сегодня у Сережки было настроение «поспать-поесть-поспать», поэтому, налопавшись, он отправился к себе в кроватку. Уложила сынишку, включила ночничок и наткнулась на горящий взгляд Юджина.
Он нетерпеливо сунул руку под футболку и потянул вверх, одновременно усаживая меня на кресло.
— Юджин…
— Я тоже голодный, — прошептал хрипло, сняв с меня бюстгальтер.
Он наклонился, обвел потяжелевшие, полные соски, посасывая и приговаривая:
— Сладко пахнешь, молочная Лелька. Очень сладко…
— Ты… Ааааах! — простонала едва слышно.
Юджин выпрямился и распорядился, смотря на меня сверху вниз.
— Поласкай их для меня хорошенько и возьми кое-что… в ротик.
Как же я обожала его прямоту и грубоватые заигрывания. Внутри все дрожало от такого прямолинейного и страстно-нежного Юджина. Я облизнула губы и с готовностью распахнула их, посасывая крупную головку, проникшую мне в рот.
— Еще… Еще… Играй с ними… Играй со своей грудью… — руководил процессом, крепко обхватив меня одной рукой под подбородком, а вторую руку опустив на затылок.
Он зафиксировал мою голову и двигал бедрами, проникая глубоко-глубоко, ускоряясь.
— Сильнее. Да… Сожми! Сильнее! — рыкнул, ускоряясь.
Несцеженное молоко заструилось между пальцев, по груди, стекая горячими каплями по животу.
— Даа… вот это моя.. Моя…
Юджин резко вынул член у меня изо рта и наклонился, жадно целуя. Его руки подхватили меня и понесли в направлении кровати.
— Снимай с себя все! — приказал, быстро раздеваясь.
— Откуда ты знаешь, что уже можно? — пролепетала, стягивая жутко мокрые трусы.
— Теперь я все держу под контролем, не пропуская. И я в курсе всего…
Юджин забрался на кровать и согнул мои ноги в коленях, раздвинув их.
— Охренеть… Съем тебя. Съем… — пополз вверх, накрывая собой.
Я автоматически подстроилась, постанывая от приятной тяжести и контакта с его большим телом. Горячая, большая головка надавила на лепестки возле входа.
— Аааааа…
— Не больно?
— Так давно не было… Как будто впервые.
— Я тоже… Тоже так чувствую, — простонал. — Долго мучить не стану. Войду два-три… раза и кончу! — начал размашисто двигаться, за секунду исчерпав обещанный лимит.
Разумеется, на этом он остановился.
Секс был жадным, острым и захлебывающимся. Я кончила трижды, пока он выпустил из себя все, наполняя меня хлюпающими толчками.
Потом Юджин взасос поцеловал меня и спросил:
— Лель, теперь ты готова назвать дату свадьбы?
— Люблю тебя.
— Да-да. А свадьба? — загорелись глаза.
— Давай… Давай спешить не будем, — попросила я, поцеловав его.
— Я сегодня к друзьям. Поехали со мной?
— Юджин, не торопи меня, — нахмурилась я. — Я обязательно с ними познакомлюсь.
— Когда? Ты так важна для меня. Я хочу познакомить тебя, сына… Хочу всему миру рассказать, что вы… есть у меня.
— Дай мне еще немного времени.
Эпилог
Эпилог
Юджин
К Эмилю Каролю я поехал один. Несмотря на все уговоры, Леля была непреклонной, осталась дома с сынишкой. Из дома я почти бежал, чтобы не попасть под перекрестный огонь троих стариков — своих родителей и деда Лели. Эта троица спелась просто прекрасно! Они и возраста почти одного… Только дед Лели немного старше.
— Юджин!
— Внучек…
— Вернусь поздно! — прокричал я, вылетая из дома едва ли не в носках.
Так и видел их взгляды, полные уверенности, мол, ты делаешь что-то не так. Недостаточно хорошо, много…
Лелю они обожали, души в ней не чаяли и в том, что мы до сих пор не женаты, винили исключительно меня.
Откровенно говоря, я и сам себя винил, искал причины…
***
Время в обществе друзей летело незаметно, я смотрел на их детишек и был уверен — моей Лельке было бы здорово в этой компании. Ей бы непременно понравилась непосредственная, милая Юля, а позднее она бы всем сердцем полюбила и более сдержанную, но очень искреннюю Аделину, жену Эмиля Кароля.
— Что с тобой, Юрвин? — донесся до меня будто сквозь пелену тумана голос Роберта.