Клан Волка. Том 3. Турнир
– Тогда я с ней встречусь и переговорю…
– Нет, вот так в лоб нельзя, – оборвал меня Галей. – Нужно, чтобы она добилась тебя сама. Сейчас твоя ценность в её глазах всё выше, и Акула не упустит любой возможности. Нужно лишь немного её подтолкнуть.
Учитель грузно поднялся с кресла.
– Что ж. Тебе тоже пора бы отдохнуть. А мне необходимо написать доклад Императорскому Дому.
Услышав это, я замер.
– И о чём вы будете докладывать?
– Обо всём. Я буду докладывать обо всём, Кирилл. До Дня Бартла остаётся всё меньше времени, и больше молчать и строить догадки я не могу. Я должен рассказать всё, что знаю. И вряд ли буря обойдёт нас стороной. Об одном я умолчу. Что ты являешься Иномирцем. Для твоей же безопасности. Даже если ты у меня сейчас не учишься, ты всё равно остаёшься моим учеником, а значит, мой долг оберегать тебя.
– Я сделаю всё, чтобы учиться у вас снова, Галей-кин.
Он улыбнулся (второй раз за вечер!).
– Не сомневаюсь в этом, настырный опоссум. Готовься к турниру Витязей. И знай, что это будет не только твоё противостояние, но и моё.
Галей направился к выходу, прихватив аквариум с Мастером Ли. И в который раз, глядя на грузную, будто налитую свинцом, фигуру однорукого учителя, мне хотелось самому защитить его, прикрыть от ударов судьбы. Только для этого надо было самому стать сильнее.
– Учитель! – окликнул я его. – А мой атлас…
Он резко обернулся и уже без улыбки ответил:
– Я отдам его тебе, как только ты перейдёшь в мою учебную группу. А пока забудь о нём. Готовься к турниру, опоссум. Господин Орлов до сих пор не понял, с кем имеет дело. Так покажи ему.
Книга 3. Эпизод 3.
«Готовься к турниру, опоссум».
Под этим лозунгом прошла вся моя следующая неделя.
И первое, что я сделал – это нашёл в библиотеке старые альбомы о командах-победителях турниров прошлых лет. Изучил записи о том, как проходили соревнования, кто участвовал, кто проиграл, кто вылетел сразу.
Но особенно меня заинтересовало интервью с победителями последних трёх лет, потому что побеждала всегда одна и та же команда, и эта группа всё ещё училась в Академии, на последнем, четвёртом, курсе.
Это были уже двадцатилетние студенты, и чтобы с ними поговорить, мне пришлось выискивать их четыре дня: то они выезжали на соревнования в островную Империю Каталина, то участвовали в смотре военных отрядов Северного Нартона, то задерживались на приёме у столичного Военного Дома.
Эти ребята были нарасхват.
Особенно их лидер, Витязь по имени Герман Григорьев.
Высокий качок с ёжиком белых волос и в маленьких круглых очках.
И когда я наконец увидел его группу, то понял почему они выигрывали. Это была не просто команда – это был настоящий клан, хоть и совсем небольшой, из пятнадцати человек. Вот тогда-то я со всей серьёзностью осознал, что имел в виду Галей, когда говорил мне о клане.
Каждый из ребят этой группы был на своём месте, каждый знал своё уникальное преимущество, каждый гордился принадлежностью к своей особой семье и безоговорочно принимал лидера, но при этом имел непреложное право высказывать возражения и предложения.
Они всё делали сообща, обсуждали перспективы и вместе думали о развитии. На первом месте для них стояли интересы клана, ведь его процветание означало процветание и каждого в отдельности. У них даже имелся свой герб: пятнадцать языков пламени, заключённые в круг, как солнце.
При разговоре с группой Григорьева я изобразил фаната-слабака, который изучает историю турнира, и они рассказали мне о том, как сформировалась их команда.
Изначально это была средне-сильная группа, но тогдашние первокурсники сошлись на том, чтобы вместе закончить Академию, и чтобы никто из них не провалил экзамены. Для этого нужно было победить в турнире Витязей четыре года подряд.
Этим они и занимались, начиная с первого курса.
– В этом году мы тоже победим, – веско и с улыбкой сказал мне Герман перед тем, как снова поспешить на очередной приём у высоких чинов.
Я пожал ему руку, будто пропитываясь его лидерскими качествами, и кивнул.
Да, скорее всего, они победят снова.
И, возможно, рядом с ними на пьедестале призёров будем стоять и мы. Никогда не знаешь, кто окажется сильнее. Но то, что любая победа – это не случайность и не «повезло», а последовательная работа над собой и подготовка, мне стало ясно как никогда.
Поэтому, если я собирался попасть на учёбу к Галею, то мне предстояло сделать из нашей низко-слабой группы тех, кто займёт одно из трёх призовых мест на турнире. А для этого надо было заразить их идеей стать сильнее.
И начать всё это я планировал уже в ближайший понедельник – на поединке Лёвы Зверева и Платона Саблина.
Всю оставшуюся неделю я тренировался с Лёвой каждый вечер по четыре часа. Нам помогала Исидора. С присущей ей тщательностью она изучила Лёвину кожу и спланировала для него специальную тренировку для создания брони.
– Для такого толстокожего парня, как ты, лучше выбирать частичную броню, а не по всему телу, – констатировала она. – Так будет быстрее и эффективнее во время поединка.
Исидора не давала Лёве и получаса на отдых, заставляя его создавать броню только на определённых местах тела, а потом ещё и отправлять через броню удар молний.
– Тогда и урон от брони будет сильнее, – добавляла девушка с умным видом.
Ну а Лёва из кожи вон лез, чтобы сделать всё как она хочет.
На одной из таких тренировок, которую после ужина мы проводили на площадке за друидскими теплицами, к нам присоединились ещё четыре человека.
Я сам их позвал.
– Спасибо, что пришли. Без вас наш воин будет готов не до конца.
– Во-о-оу, какие у вас тут бои! Витязи всегда так усложняют себе жизнь? – усмехнулся Мичи, с интересом оглядывая Исидору с книжкой и вспотевшего Лёву с деревянным мечом.
– И что надо делать? – без прелюдий и очень серьёзно спросил Горо.
Он не интересовался ни Лёвой, ни Исидорой, а ждал ответа только от меня.
В последнее время он вообще сильно изменился, и теперь совсем не напоминал того парня, с которым мне довелось столкнуться лбами в Ютаке. Подаренный им и Мичи щит мне очень пригодился, и, возможно, когда-нибудь Горо Исима тоже станет тем, кому можно будет безоговорочно доверять.
Я быстро раздал всем по деревянному мечу из коллекции Лёвы и попросил:
– Будете атаковать нашего воина. Все сразу.
– Сделаем! – объявила Мидори.
Вместе с ней пришла и Джанко. Между ними всё ещё ощущалась напряжённость, но общались они уже без того неприкрытого соперничества, чем раньше. Обе девушки тоже взяли себе по деревянному мечу и приготовились, косясь больше друг на друга, чем на Лёву.
Но прежде чем начать, я познакомил ребят друг с другом, коротко рассказав, кто какой Линией владеет и родом из какого княжества.
Ну а потом на Лёву напали сразу четыре человека.
Фехтовали они плохо – владение мечом не было их сильной стороной, но этого и не требовалось. Вместе с ними на Лёву обрушились удары и двух Витязей – меня и Исидоры. И вот теперь ему пришлось отбиваться сразу от шестерых противников разного уровня владения оружием.
– Мамочки-и-и-и-и! – орал он, отражая удар за ударом. – Поле-е-е-е-егче! Поле-е-гче!! Мамочки-и-и-и!
Он шумно сопел, раздувал щёки от натуги, ловко уходил от атак и отбивался, напоминая мяч, отскакивающий в разные стороны.
И всё орал:
– Мамочки-и-и-и! – будто не веря тому, что сейчас происходит.
А происходило то, что он умудрялся не только отбиваться, но и атаковать. То меня, то Исидору, то остальных. Стук деревянных мечей набирал силу. Лёва, весь мокрый от пота, стоял насмерть, а на него обрушивались удары со всех сторон.
Первыми он отшиб Целительниц. Потом досталось Горо и Мичи. Когда и Исидора сдалась под его напором, остался только я.
Бой продолжился.
Я не жалел Лёву и не делал ему поблажек, но всё же дрался не в полную силу, давая противнику ощутить вкус возможной победы. И он махал мечом всё виртуознее, его шаги становились всё легче и быстрее, а удары сильнее.