Хранитель сердца моего (СИ)
В последнее время, неожиданно для самой себя, я стала ухаживать за цветами, подрезать засохшие веточки, поливать их и удобрять золой с очага, как учила меня бабушка.
Это расслабляло и помогало немного отвлечься от навязчивых мыслей и томительного ожидания предстоящей проверки. К тому же мне ужасно надоело сидеть целыми днями без дела, и хотелось быть хоть чем-то полезной.
Я пришла в сад и решительно направилась к одному кустарнику. Он был сухим, листья давно осыпались, из земли торчали корявые мертвые корни. Я заметила этот куст, когда один из послушников Хранителя хотел его срубить. Я долго просила юношу не делать этого, обещая, что постараюсь выходить растение.
Почему-то я вбила себе в голову, что если куст зацветет, то мои проблемы тут же решатся. Для меня это засохшее растение олицетворяло всю мою нынешнюю ситуацию.
Я сидела на коленях и полола землю вокруг кустарника, когда услышала тихие шаги позади себя.
— Мой ученик поведал, что ты упросила его не срубать растение, — услышала я задумчивый голос Морана. Я впервые его увидела с того момента, как Пролан набросился на меня.
Я неловко поднялась с колен, вытирая руки о полотенце, что захватила с собой.
— Это так, — ответила я, щурясь от солнца, — надеюсь, это не возбраняется?
— Вовсе нет, — сказал Моран, — но почему ты так настойчиво пытаешься ухаживать за этим кустом? Ему уже ничего не поможет. Растение мертво.
— Ты слишком категоричен, Хранитель, — сказала я и провела рукой по сухим веточкам, — в нем еще теплится жизнь. Я верю, что забота и должный уход сделают свое дело. За этим несчастным растением никто не ухаживал, никто не дарил ему любовь и тепло, вот оно и зачахло.
Я замолчала, опустилась на колени и продолжила работу. Неожиданно Моран опустился рядом и стал молча наблюдать за тем, как я ловко вырываю сорняки.
Нас ярко освещало солнце. И хотя я не смотрела на Хранителя, но остро чувствовала на себе его пронзительный взгляд. Мне, как обычно, становилось спокойнее. Казалось, все проблемы растворились, и существовал лишь этот миг. Этот засохший кустарник, мои перепачканные землей руки, да этот мужчина с голубыми глазами.
— Ты думаешь, растение завяло из-за недостатка заботы и любви? — неожиданно произнес Моран, заставив меня вздрогнуть.
— Конечно, — ответила я и взглянула на него, — в конце концов, любое живое существо нуждается в сострадании.
— Даже если это существо сотворило нечто ужасное? — спросил Моран, внимательно глядя мне в глаза.
— Все совершают ошибки, — твердо произнесла я, — и все имеют право на второй шанс. Чтобы исправить то, что сделано. Искупить вину. И начать новую жизнь.
— Твои суждения тоже категоричны, — с улыбкой произнес Моран, — и, к сожалению, наивны. Не все заслуживают второй шанс, и тем более сострадания.
— Я верю в то, что говорю, — сказала я и вырвала очередной сорняк.
— Бессмысленно продолжать этот спор, — спокойно произнес Моран и поднялся на ноги, — если хочешь дальше ухаживать за этим мертвым растением, я не возражаю. Я распоряжусь, чтобы мои послушники дали тебе все, что для этого потребуется.
Он повернулся и стал медленно удаляться. Я тоже поднялась на ноги и направилась за ним.
— Постой, Моран! — вскрикнула я. Хранитель обернулся.
— Мне говорили, — сказала я, — что меня будут проверять с помощью сосуда воспоминаний. А еще, что после этой проверки я забуду все, что когда-либо помнила. Превращусь в тень и…
— Верно, — не дал договорить мне Хранитель, — именно такими бывают последствия от применения сосуда. Но проверять тебя будут только в том случае, если камень и зеркало покажут, что ты действительно в сговоре с эльфом. Если же твоя совесть чиста, то тебе нечего опасаться. Я оставлю тебя, мне пора в столицу.
Он развернулся и ушел.
Что ж, это были хорошие новости. Настроение значительно улучшилось, и я с большим воодушевлением принялась за прополку.
За работой я не заметила, как пролетело несколько часов. Я чувствовала приятную усталость во всем теле. Обвела взглядом результаты своего труда, села на одну из скамеечек и удовлетворенно закрыла глаза.
Поначалу я наслаждалась пением птиц и ароматом цветов. Но затем на смену безоблачным мыслям пришли другие, которые донимали меня и днем, и ночью.
Я в очередной раз думала о серьезном обвинении, что мне предъявили. О том, что меня подозревали в сговоре с врагами королевства. С эльфами.
Мне никак не давала покоя мысль о прошлых войнах между людьми и эльфами. За что они ненавидели друг друга? Что стало причиной этой многолетней вражды? И как такое возможно?
Ведь эльфы… Они такие…милые, что ли. Добрые, светлые. Такими я их всегда себе представляла. Да и люди не монстры. Не все, по крайней мере.
Я пыталась найти хоть какие-то упоминания об этом в книгах, но тщетно. В библиотеку доступ был запрещен, я довольствовалась тем, что приносил Галвин. Но в этих книгах даже намека не было о войне. Словно кто-то стер все упоминания об эльфах и многолетней вражде.
Как-то Галвин случайно обронил, что лучшая библиотека находится в покоях Хранителя. Это была святая святых, и вход туда был разрешен только самым высокородным, избранным из избранных. Уж явно не мне.
Но каждый раз, когда я думала об этом, мне все сильнее и сильнее хотелось проникнуть туда. Подгадать время, когда Морана не будет на месте, взять пару книг и бежать, бежать скорее в свою комнату.
Но в моем блестящем плане были явные пробелы. Во-первых, я не могла знать, когда именно Моран будет вне крыла своей башни, во-вторых, скорей всего, там все усеяно всякими магическими штучками и ловушками.
Я поднялась со скамьи, взяла корзину с инструментами и вернулась назад, прошлась по внутреннему залу, где, на удивление, никого не было в этот час. Стояла странная, непривычная тишина, которую прерывал лишь лай собак, доносящийся с заднего двора.
Все куда-то пропали. Хранитель тоже ушел… Я остановилась, как вкопанная. Раз он ушел, то я смогу попробовать проникнуть в его покои! Конечно, я не собиралась заходить внутрь, это было бы очень опасно, тем более в моем нынешнем положении. Но если бы просто взглянуть, издалека, на что это похоже. Его покои. Его библиотека. Может, она находится не в самих покоях, и доступ туда открыт? Или относительно открыт.
Я подошла к двери и выглянула наружу. Солнце садилось, и Морана нигде не было видно, как и других людей.
Я резко развернулась и побежала к запретному для простых смертных крылу. Туда, где находились покои самого Хранителя. Это крыло отличалось от остальных тем, что его башня уходила высоко в небо, утопая в густых облаках.
Вход в это место мне был запрещен. И я решила отправиться туда именно сейчас. Мысленно я ругала себя последними словами, но при этом не сбавляла шага. Любопытство, желание узнать историю людей и эльфов жгли меня и были подобно зуду, который я не могла игнорировать. Это был глупый поступок. Но я надеялась на свое везение.
Я быстро бежала, постоянно озираясь по сторонам. Никто не встретился по пути. Никто не увидел меня.
Так, по крайней мере, я думала. С каждым шагом вход в крыло Хранителя становился все ближе, а мое положение — все более шатким. В тот момент мной руководила решительность. Или решительная глупость.
Я подбежала к двери и остановилась. Обернулась. Посмотрела по сторонам. Вокруг ни души. Стояла почти осязаемая тишина.
Я глубоко вдохнула и открыла дверь. Петли тихо заскрипели, но мне этот звук показался громом. Я распахнула дверь, подождала несколько минут…и ничего не произошло. Никто не прибежал, не сработали никакие ловушки, которых я опасалась. Обычная распахнутая дверь слегка раскачивалась и словно приглашала войти внутрь.
«А, была — не была!» — подумала я и ступила за порог.
Передо мной открылся самый незамысловатый вид, какой только можно представить. Серые стены, каменный пол, узкая винтовая лестница. Никаких гобеленов, картин, мозаик. Все аскетично и просто. В духе Хранителя. Я провела рукой по перилам и начала свой подъем.