Под маской порока 2. Не отпускай меня (СИ)

Я дернула Стасию за руку, вынуждая остановиться.
— Е-е-ев! — прошипела подруга протестующе.
— Что? Не видишь, турист заблудился?
— Да я отсюда чую, как от него несет, а несет от него, замечу, как от козла.
Мужчина наконец догнал нас, замер, прижав одну руку к сердцу и тяжело дыша.
— Ох, спа… простите, сейчас переведу дух… фу-ух! Спасибо, девушки. Я впервые в вашем славном городе и никак не могу найти гостиницу. Вы не могли бы подсказать, как к ней пройти?
— Какая гостиница вас интересует? — уточнила я. И вовсе от него не несет, нечего преувеличивать! Так, немного попахивает давно немытым телом.
— Э-э… — снова прищурившись, незнакомец вгляделся в путеводитель. Поднес брошюрку к самым глазам, затем отвел на вытянутой руке. Спустил очки на кончик носа, потом поправил, водружая на прежнее место. — Вы не могли бы подержать?.. Спасибо, — и сунул путеводитель мне.
Сам же снял очки, посмотрел стекла на просвет. Нахмурился, достал из кармана брюк грязный клетчатый платок и начал старательно протирать очки. Стасия закатила глаза, всем видом выражая недовольство задержкой.
— Если хочешь, иди, — предложила я шепотом.
— Ты что? — подруга выразительно подняла брови. Она что, серьезно полагает, будто в ее отсутствие этот недотепистый турист меня тут снасильничает?
— Ты на работу опоздаешь, — напомнила я.
— А ты — в школу. Нового историка пропустишь.
— Переживу.
— Я вас задерживаю? — встрепенулся мужчина. — Простите, пожалуйста, я не хотел. Если вы торопитесь, то идите, конечно, я могу спросить дорогу у кого-нибудь другого.
Улица, длинная и изгибающаяся, словно след змеи, пуста, как назло. Утром здесь вообще мало кто ходил, потому-то мы ею и пользовались, открывая портал на маленький пустырь в противоположном ее конце. Ныряли камнем в куцые кустики, меняли спешно ипостась, одевались и шли к школе.
— Нет-нет, что вы, мы… я никуда не тороплюсь, — заверила я. — Во всяком случае, минут пятнадцать в запасе у меня еще точно есть.
И случайный прохожий все лучше, чем «добрые» одноклассницы.
— Это хорошо, — мужчина улыбнулся неожиданно одобрительно. — Сопереживание и готовность помочь незнакомцу во все времена было редкостью, — он надел очки, запихнул платок обратно в карман и забрал у меня путеводитель. — Я Марк, а вас как зовут?
— Я не знакомлюсь на улице, — парировала Стасия.
— Ева, — имя достаточно распространенное, в отличие от более редкого Женевьева, например, поэтому я не видела ничего страшного в том, чтобы представиться сокращением от полного.
— Рад знакомству, Ева, — в синих, близко посаженных глазах за толстыми стеклами мелькнуло странное изучающее выражение. — Вот эта гостиница… «Зеленая роща», да?
Я чуть наклонилась, всматриваясь в точку на карте, в которую ткнул палец с черной каймой под ногтем.
— Это «Цветущая магнолия» и она находится в самом центре города, — и еще по меркам Тирса считается гостиницей первого класса, такого путешественника, потрепанного жизнью и дорогами, в «Магнолии» даже на порог не пустят. — Вы, наверное, ошиблись. «Зеленая роща» в другой стороне.
И, кстати, рядом с вокзалом, мимо не пройдешь. Или мужчина пришел в Тирс пешком?
Хотя кто этих оголтелых туристов и любителей дикой природы знает?
— Можно? — я протянула руку к путеводителю.
— Что? — непонятное выражение уступило место растерянности хронического чудака. — А, да-да.
Я взяла брошюрку, пролистала, нашла страницу с нужным участком карты и принялась подробно объяснять, как от точки, где мы находились, добраться до «Зеленой рощи». Марк слушал внимательно, периодически кивал и иногда задавал уточняющие вопросы. Наконец я вернула путеводитель.
— Спасибо большое, Ева, — поблагодарил мужчина, свернув брошюрку в трубочку и запихнув ее под ремень брюк и рукава куртки. — Надеюсь, мы еще встретимся.
— Вы надолго в Тирсе? — сугубо из вежливости спросила я.
— Может быть, на пару-тройку дней. Может быть, придется задержаться. Как пойдет. До свидания, — Марк обогнал нас и быстрым шагом двинулся дальше по улице.
 
— До свидания, — отозвалась я.
Мы нарочито неспешно пошли следом, дожидаясь, пока путешественник скроется с глаз. Едва увенчанная рюкзаком фигура исчезла за поворотом, как Стасия старательно себя обнюхала.
— Кажется, я и сама вся провоняла, — со скорбной гримасой сообщила подруга.
— Не преувеличивай.
— Ев, необязательно оказывать посильную помощь каждому бродяге.
— Во-первых, он обычный турист-натуралист, или как они там себя называют. Во-вторых, что мне, жаль подсказать верную дорогу? И в-третьих, я вовсе не занимаюсь этим регулярно, а раз в месяц можно и помочь.
Мы дошли до школы, расстались, как обычно, у ворот и я отправилась смотреть на нового учителя, поскольку, в соответствии со старым расписанием, первое подготовительное занятие по истории стояло сегодня первым уроком. Беатрис и компания меня демонстративно игнорировали, и я поздоровалась только с Маргарет, державшейся привычно в сторонке.
Кабинет истории открыла госпожа Олуэн. Ученицы расселись и классная вкратце повторила правила поведения с новым учителем, затем внимательно, оценивающе оглядела каждую девушку, явно проверяя, у всех ли волосы собраны в пучок, все ли пуговицы застегнуты, нет ли на лицах косметики, а на платьях — заметных пятен или лишних складок. Одобрительно кивнула мне и почти сразу же в дверь постучали.
— Да, заходите, — разрешила госпожа Олуэн.
Створка распахнулась, пропуская в кабинет высокого молодого мужчину в сером костюме и с черным портфелем в руках. Он прошел к учительскому столу, повернулся лицом к классу. Действительно выглядел лишь немногим старше Галена — года на два-три, вряд ли больше. Каштановые волосы, синие глаза, приятное лицо — опять же, не чета сногсшибательной внешности Галена, но, думать надо, ажиотаж среди учительниц вызвал не меньший. Незамужних среди преподавательского состава хватало, а привлекательный и холостой работник из самого минобразования отнюдь не то же самое, что горькая сиротинушка из столицы, невесть что позабывшая в этой глуши, пусть бы и мужчина-красавец с темным прошлым да идеальным поддельным досье.
— Девушки, позвольте представить господина Марка Метьюза, нашего коллегу из министерства образования Атрии и вашего временного учителя истории.
Еще один Марк. Впрочем, имя тоже широко распространенное.
Госпожа Олуэн одарила класс последним предостерегающим взглядом, кивнула учителю и вышла. Мужчина положил портфель на край стола, посмотрел на нас и вдруг улыбнулся заговорщицки.
— Полагаю, с вами уже провели инструктаж, как вести себя при встрече со злобным старым колдуном из минобразования?
Девушки переглянулись растерянно, я тоже не удержалась и бросила удивленный взгляд на Маргарет, сидевшую за соседней партой.
— Вы совсем не старый, господин Метьюз, — произнесла Беатрис неуверенно.
— Благодарю на добром слове, юная госпожа… — мужчина посмотрел вопросительно на дочь судьи.
— Беатрис Овертен.
— Прекрасно, Беатрис. Плюс вам за смелость, решительность и комплимент. Раз начали, давайте тогда продолжим перекличку, — учитель сел за стол, открыл портфель, достал оттуда список и ручку и поставил галочку возле одного из имен. — Кто следующая?
Имена и фамилии посыпались горохом, господин Метьюз едва успевал добавлять новые галочки, но тараторящих наперебой девушек не одергивал, только иногда просил повторить. Лишь я, Маргарет и Кларисс назвались последними, за что и удостоились более пристального заинтересованного взгляда.
— Скромницы? — уточнил мужчина неожиданно ласково.
— Не все, — ввернула Беатрис и через плечо посмотрела сначала на меня, потом на Маргарет, ненавязчиво этак обозначая, кто тут настоящая скромница, а кто позор для общества честных дев.
И ведь велела же госпожа Олуэн держать язык за зубами, но нет, Беатрис то ли решила так мелко, гаденько отомстить мне и Маргарет за компанию, то ли сочла, что холостые министерские труженики не должны доставаться исключительно коллегам. Да и партия для дочери судьи выгодная, удачная, это вам не поразвлекаться за папочкины деньги с нищим учителем Скаем.