Лунариум

Сунув трубку в рот, он прибавил уже спокойно:
— Вам предстоит пережить большое потрясение, Уэбб. Как раз эти двое только что с Луны, и они еще не совсем понимают, какое воздействие имеют на других… — Скотт замолчал, услышав гул приближающихся моторов. — Вам лучше приготовиться к опытам, доктор Уэбб, — сказал он.
Гул перешел в рев, когда вертолеты приземлились возле здания. Через минуту в вестибюле послышались шаги, и дверь отворилась.
Два человека вошли в комнату. Один из них, высокий, пристально посмотрел на Уэбба, и Уэбб почувствовал, будто его обжег порыв знойного ветра. Спокойные глаза сверкающей голубизны, казалось, проникали Уэббу в самую душу, мягко теребя его нервы. Он почувствовал большой душевный подъем. У него было такое же ощущение, как когда-то давным-давно, когда он оказался один во мраке леса, сотрясаемого бурным ветром. Не в силах произнести ни слова, он тяжело дышал. Во всем теле чувствовалась слабость. Взгляд голубых глаз пронзил его, оставив смущенным, встревоженным и глубоко разочарованным.
Уэбб смутно видел, как Скотт, пройдя через комнату, поздоровался со вторым, который был ниже ростом.
 Первые люди на Луне. 
 Возвращение лунной экспедиции. 
 Первые люди на Луне. 
Скотт сказал:
— Здравствуйте. Очень рады, что вы вернулись целыми и невредимыми. Все было в порядке, когда вы покинули Луну?
Тот, к кому он обратился, улыбнулся, пожимая ему руку.
— Благодарю вас, доктор. Да, все было в порядке. Наши два сменщика уже крепко взялись за дело.
Он взглянул на своего товарища, и оба улыбнулись.
— Да, — сказал второй. — Фоулер и Макинтош прекрасно справятся.
Прошло уже шесть дней после прилунения, но Дон Фоулер и Эл Макинтош все еще ощущали дрожь при одном воспоминании о первых минутах после высадки на Луну.
Корабль резко пошел на снижение. Фоулер первый неловко вылез через воздушную камеру. Он оглянулся, чтобы убедиться, что Макинтош следует за ним, затем стал обходить корабль, ища тех, кого они должны были сменить.
Корабль сел вблизи расщелины. Покрытый бороздами блестяще-черный базальт вокруг расщелины был скользок от пара, выходившего из корабля. Нога Фоулера попала в углубление у края расщелины, и он, потеряв равновесие, с трудом удержался, чтобы не упасть. При силе земного притяжения он, конечно, упал бы, но при силе притяжения Луны ему удалось остаться на ногах. И все же, спотыкаясь на каменистой ряби, он покачнулся. Макинтош хотел поддержать его, но Фоулер, взмахнув руками, извиваясь всем телом, внезапно исчез в глубине расщелины. Макинтош рванулся за ним, его ноги скользнули по ряби на твердом гладком базальте, и он тоже упал в расщелину.
На глубине тридцати футов расщелина сужалась, поэтому они упали неглубоко. Фоулер висел головой вниз в четырех футах от Макинтоша. Они не ушиблись, но когда они, сделав несколько попыток вылезти из расщелины, обнаружили, как крепко они в своих космических костюмах застряли между гладкими стенами, то сильно испугались. Пилот космического корабля, герметически закрытый в своей кабине, не могу им помочь. Те двое, которых они прибыли сменить, находились, быть может, на расстоянии многих миль. Так они висели, ожидая невесть чего.
Первым заговорил Фоулер:
— Послушай, Мак, удалось тебе посмотреть хоть, как она выглядит, Луна, прежде чем ты провалился сюда?
 
— Нет. Я надеялся, что, может быть, ты что-то увидел. А теперь нам не о чем даже поговорить.
Молчание, затем снова заговорил Фоулер:
— Об этом прямо-таки книгу можно написать. Тебе что-нибудь видно?
— Только дно этой ямы — и одно могу тебе сообщить, что там все черным-черно.
— А я здесь, снаружи, тоже ничего не вижу. Передо мной лишь приятный вид противоположной стены.
— Можешь добраться до меня?
— Нет. Я даже не вижу тебя. А ты можешь?..
— Что это вы там делаете, юноши? — новый голос вступил в беседу. Ни Фоулер, ни Макинтош не нашли, что ответить.
— Оставайтесь на месте, — продолжал голос, и что-то подозрительно похожее на смешок послышалось в нем. — Мы сейчас спустимся и вызволим вас.
Фоулер и Макинтош почувствовали царапанье о скалу. Две пары рук высвобождали их из каменных объятий стен. Макинтоша вытащили первым, и он с интересом наблюдал, как двое одетых в космические костюмы людей ловкими движениями вытаскивали Фоулера, повернув его головой кверху и подняв до надежного места в расщелине, где он сам мог удержаться. Затем все четверо стали карабкаться вверх по гладким стенам, скользя спиной по одной и упираясь ногами в другую.
Эти двое, которых они должны были сменить, обошли корабль и указали Фоулеру и Макинтошу на запад, в направлении Моря Дождей. Один из них сказал:
— За той возвышенностью, в полумиле отсюда, вы найдете купол. На расстоянии примерно восьми миль к югу лежит последняя транспортная ракета — она упала там два дня назад. Местность здесь труднопроходимая, так что вам лучше подождать несколько дней, пока не привыкнете к силе притяжения, а потом уже начнете исследования. Мы приготовили для вас горячий чай в куполе. Ну, теперь будьте начеку!
Все четверо торжественно пожали друг Другу руки. Звяканье металлических ладоней космических костюмов, скрип шарниров пальцев, запястий и локтей превратили простое рукопожатие в шумную церемонию.
Фоулер и Макинтош тщетно пытались разглядеть лица своих предшественников на Луне: был лунный день, и пластины их лицевых фильтров были закрыты. Их голоса в микрофоне звучали так же, как звучали бы на Земле.
Фоулер и Макинтош осторожно и неуклюже стали продвигаться к западу от корабля. Пройдя около четверти мили, они обернулись назад, чтобы еще раз взглянуть на него, и тут впервые увидели лунный ландшафт.
Описания и изображения часто могут дать достаточно ясное представление о месте или о событии. Но в тех случаях, когда человеческие чувства не обогащены опытом, одних только описаний и изображений недостаточно.
Возможно, и на Земле существуют такие же пустынные и дикие местности, но их немного, и люди живут только по краю их. Люди пересекают и исследуют их, а попав в беду и оказавшись беззащитными, могут выжить, могут перенести привычный для них дневной зной и ночной холод. Здесь же беззащитного человека ждала только смерть, мгновенная смерть, какой никогда не бывает на Земле. И не было здесь ни одного живого существа, не было возможности для существования человека. Только более темные или более светлые серые пятна, никаких красок, черное небо, белые точки вместо звезд, и во всем лунном пейзаже ничего, кроме сверкающих серых тонов и полутонов между белыми звёздами и черным небом.
Хотя Фоулер и Макинтош заранее знали, что их ожидало на Луне, но, оказавшись в месте, где не существует людей, они должны были сделать над собой усилие, чтобы подавить непреоборимое желание громко закричать. С широко открытыми глазами, сильно бьющимся сердцем и капельками пота на лбу, они через дымчатые фильтры пристально вглядывались в окружающую их природу. Каждый из них слышал в наушниках тяжелое дыхание другого, и их немного успокаивало лишь сознание, что оба чувствуют одно и то же.
Внезапно возникшая в небе огненная струя привлекла их внимание. Они оглянулись: космический корабль все еще стоял на месте, громадный и неповоротливый. Огненная струя превратилась в огромный столб. Корабль задрожал. Затем столб сжался в плоский огненный пласт, и корабль медленно стал подниматься. Пыли не было видно. Небольшой поток огня взметнулся в сторону — это взвилась уравновешивающая ракета. Корабль поднимался со все увеличивающейся скоростью; Фоулер и Макинтош откинулись назад, чтобы лучше видеть. Корабль над линией горизонта казался почти неподвижным. Они смотрели, как он все уменьшался, пока не исчез среди звезд. Теперь они огляделись кругом.