Мнимые люди (СИ)

Между тем сама женщина продолжала раскачиваться из стороны в сторону издавая жуткий, нереальный плачь, ничуть не озаботившись появлением постороннего в комнате.
— Николлета, это вы? — почему-то шёпотом спросил Терентьев у тёмной фигуры. — С вами всё в порядке? Это я младший лейтенант Терентьев, ваш участковый. Вы помните меня?
Фигура женщины никак не отреагировала, продолжая покачиваться и плакать.
— Николлета! Вы слышите меня, — громче позвал Терентьев.
Фигура продолжая плакать, наконец повернула к нему голову, хотя волосы закрывавшие лицо женщине, так и не дали Терентьеву возможности понять, повернулась она к нему или же наоборот отвернулась. Чем-то эта женщина напомнила сейчас ему, умершую девочку из фильма ужасов «Звонок». Та точно так же закрывала своё лицо чёрными волосами.
Терентьев, находясь на грани паники, всё же зло улыбнулся своим мыслям:
«Тьфу, твою ж мать. Уже всякое дерьмо лезет в голову, совсем рехнулся от страха. Это же Николь и возможно она не совсем сейчас нормальная психически, но уж точно не чудовище из ужастиков. Надо подойти и успокоить её. В конце концов — это твоя работа, а ты выдумываешь всякую ерунду. Бред, одним словом»…
Бывают такие случаи в жизни, когда человек отказывается слушать свою интуицию, которая в момент опасности, иной раз, просыпается даже у самых чёрствых людей, а начинает выстраивать свои собственные логические цепочки, приходя к ложным выводам. А вот что ему подсказывает сама природа, человек отбрасывает, как ложное чувство. И чаще, чем кажется, это-то и оказывается последней ошибкой в его жизни.
Вот и Терентьев, гонимый прочь внутренним предчувствием, вопреки всему, сделал шаг по направлению к фигуре женщины, полностью быв уверен, что это Николлета. Он сделал всего лишь шаг. Всего один шажочек…
Женщина взметнулась с места прямо в воздух, как атакующая кошка, без предупреждения и подготовки, раз, и преодолев в прыжке два метра, обрушилась на младшего лейтенанта Терентьева.
В следующий момент, подъезд дома номер пять, огласил душераздирающий, смертельный крик ужаса и пометавшись, потыкавшись в двери и окна, он растворился на задворках улицы.
Баба Марья, оправившаяся от ужаса увиденного ею в квартире соседей, выглянув снова за дверь, вот же любопытная карга, рухнула трупом в прихожей. Не выдержав второй психической атаки, за столь краткий миг, старушечье сердце навеки прекратило свой бег…
В перерыве же, где-то продолжительностью в минуту, устоявшуюся тишину подъезда, снова разорвал ужасающий крик — вой, страха и боли отчаяния, одиночества, тоски и смятения. И припозднившиеся прохожие видели, как пробив окно третьего этажа, пятого дома, на улицу выпрыгнула женщина с распущенной копной волос, в домашнем халате и тапочках, быстро оглянулась по сторонам и побежала прочь от освещенного пространства, ничуть при этом не хромая, как будто и не было прыжка с восьмиметровой высоты.
Нашли её вмёрзшей в сугроб, только через три дня, в старом, заброшенном дворике. Тело женщины поступило в морг, как буйно-помешанная, и передано дальним родственникам для последующего захоронения, без проведения экспертизы. Дело по убийству Мещерякова Федора Ивановича и младшего лейтенанта Терентьева заглохло на раннем этапе, из-за недостатка улик и свидетелей…
* * *
Москва — огромный город. Город где рождается любовь и ненависть. Где разврат соседствует с целомудрием. Где добро и зло сплелись в такой сумасшедший клубок, что уже не понять где что…
Москва — это город огромного богатства и невероятной нищеты. Здесь за секунду сбываются все мечты и рушатся жизни. Одним он помогает подняться на вершину, других он безжалостно топчет и скидывает в самый низ, жизненных устоев. Здесь можно быстро обогатиться и так же быстро всё потерять. Это город мечты и надежды для многих жителей страны.
Но ещё — это город множества судеб и он, как не странно, властен над ними и он может играть этими судьбами, как ему заблагорассудится. Одним он может подбросить шанс и преподнести им райские куши, у других же наоборот, может всё отобрать, ввергнув в пучину Ада.
 
Он может калечить жизни или вдохновлять на подвиги.
И переступив его пределы, вы уже не будете властны над своею собственной судьбой, а — это он будет распоряжаться Вами, целиком и полностью завладев вашей душой.
Почему?
Потому что, у этого города есть своя собственная Душа. Своя собственная, живая душа. Душа, которую создают сами люди — жители города, временные его гости или постоянные его обитатели. И каждый из них, хочет он того или нет, а вносит в его душу частичку самого себя, меняя естество, самого города.
И ещё, душа города способна чувствовать, как и мы с вами. Одни его чувства сильнее, другие почти не заметны, но среди многообразия его чувств, выделяется прежде всего одно, самое сильное его чувство — чувство безразличия и равнодушия. С каждым днём город наполняется этим чувством и оно плещась через край, задевая множество маленьких людей, корёжа их собственные души.
И люди потеряли сострадание, забыли сочувствие, и что самое страшное, среди всей этой злости и жестокости, люди даже не пытаются делать добро, расцвечивать яркими красками, как свою собственную жизнь, так и жизнь ближнего своего. Люди превратились в этакую серую и бездушную толпу. Каждый из них запершись в своём маленьком, и порой никчёмном, мирке, старается смотреть на общий мир сквозь пальцы, будто бы он его абсолютно не волнует. И потому абсолютное большинство сразу же, просто перестало Жить, а стало просто Существовать.
Но в середине зимы город обуяло новое чувство. Настолько новое и сильное, что оно вытеснило другие, враз оказавшиеся менее значимыми. Тем чувством было чувство страха, самое древнее и сильное, чувство с которым просто невозможно бороться, его лишь можно притупить. И по своей силе оно чем-то сродни чувству любви. Оно так же поглощает душу человека и впитывается в сознание людей, не на минуту не оставляя их разум. Но любовь, как известно, родилась позже страха и с ней хотя бы можно бороться, со страхом нет. Он сидит в печёнках с рождения многоклеточной жизни. Жизни, которая смогла осознать себя живой, а значит понять, что за жизнью следует смерть. И вот главная задача страха, как раз и заключается в том, чтобы как можно дольше сохранит эту самую жизнь. И действия его направленно на то, чтобы живое существо всегда было настороже, и в случае опасности, в любой момент, оно должно немедленно бежать, прятаться, схорониться в недоступном месте или сбиться вместе со своим видом. Вместе-то оно и не так страшно, а значит появляется реальный шанс и выжить.
И вот этот самый страх смерти опустился на город и город сразу замер. Замер в предчувствие ожидания чего-то недоброго, более ужасного, чем те страшилки, что ежедневно крутят по телевизору, показывая смерть во всех её проявлениях.
И вызван был тот страх, изуродованными трупами, что систематически появлялись на улицах города. Каждое утро люди идя по улице натыкались на очередных жертв зверства, лежащих на мостовой или где-нибудь в кустах.
В начале страницы газет запестрили заголовками о неуловимом маньяке, что каждую ночь ищет очередную жертву, для услады своего больного воображения. Затем эта версия, мало сказать, показалась абсурдной и к одному маньяку припаяли ещё сразу двух. Но и это версия впоследствии не вписалось в логическую цепочку, выстроенную сотрудниками правоохранительных органов.
Наконец появилась третья версия: «в Москве действует целая секта изуверов. Предположительно сатанинской направленности», громогласно звучала она.
Каждый день правительство города требовало отчета, по поимке членов секты. Министры поставили милицию на уши и перевели в усиленный режим работы. Но плодотворная работа никак не приносила результатов.
А в городе тем временем, уже насчитывалось более пятисот убитыми и не менее двух тысяч числились без вести пропавшими.
Мэрия города с посыла МВД, ввела в городе комендантский час с одиннадцати вечера. Любой замеченный субъект в означенное время, на улице, задерживался и с пристрастием допрашивался.